УКРАШЕНИЕ ИСКАТЕЛЯ ЗНАНИЙ
Автор:
Бакр Абу Зайд

С комментариями:
Мухаммада ибн Салиха аль-’Усаймина

 

Содержание (в виде ссылок):

ВВЕДЕНИЕ

ПЕРВЫЙ РАЗДЕЛ Правила благопристойности, которых искатель знания должен придерживаться в отношении себя

Глава 1 Знание — это поклонение

Глава 2 Будь на пути праведных предшественников

Глава 3 Постоянно остерегаться Аллаха

Глава 4 Постоянное осознание надзора Аллаха

Глава 5 Смиренность и отказ от хвастливости и высокомерия

Глава 6 Удовлетворённость и аскетизм

Глава 7 Украситься великолепием знания

Глава 8 Украситься благородным приличием

Глава 9 Обладание чертами мужественности

Глава 10 Отказ от изнеженности

Глава 11 Отвращение от праздных собраний

Глава 12 Отвращение от сумятицы и гвалта

Глава 13 Украситься мягкостью и добротой

Глава 14 Обдумывание

Глава 15 Проявлять стойкость и удостоверяться

ВТОРОЙ РАЗДЕЛ Как приобретается знание

Глава 16 Принципы и этапы получения знания

Глава 17 Получение знания от шейхов

ТРЕТИЙ РАЗДЕЛ Нормы благопристойности ученика в отношении шейха

Глава 18 Соблюдение почтительного отношения к шейху

Глава 19 Твой капитал, полученный от шейха, о, искатель знания

Глава 20 Активность шейха на уроке

Глава 21 Записывание за шейхом во время урока и повторения

Глава 22 Получение знания у приверженца нововведений

ЧЕТВЁРТЫЙ РАЗДЕЛ Нормы благопристойности в отношении товарищей

Глава 23 Остерегайся плохого товарища

ПЯТЫЙ РАЗДЕЛ Нормы благопристойности ученика в его жизни на поприще знания

Глава 24 Великое рвение в знании

Глава 25 Жажда получения знания

Глава 26 Путешествие ради обретения знания

Глава 27 Сохранение знания посредством записывания

Глава 28 Сохранение знания посредством заботы о нём

Глава 29 Повторение выученного

Глава 30 Обретение понимания посредством связывания частных вопросов с основами

Глава 31 Прибегание к Всевышнему Аллаху при поиске и получении знания

Глава 32 Учёная надёжность

Глава 33 Правдивость

Глава 34 Щит искателя знания

Глава 35 Сохранение главного капитала — отведённых тебе часов жизни

Глава 36 Предоставление отдыха душе

Глава 37 Чтение для исправления и уточнения

Глава 38 Штудирование обширных трудов

Глава 39 Задавание вопроса благим образом

Глава 40 Дискуссии без вступления в пристрастные споры

Глава 41 Воспроизведение знания в памяти

Глава 42 Искатель знания должен жить между Кораном и знаниями Сунны

Глава 43 Полное овладение прикладными основами каждой из наук

ШЕСТОЙ РАЗДЕЛ Украшение деянием

Глава 44 Что относится к признакам полезного знания

Глава 45 Закят знания

Глава 46 Величие учёных

Глава 47 Защита знания

Глава 48 Деликатность и потворство

Глава 49 Увлечённость книгами

Глава 50 Опора твоей библиотеки

Глава 51-52 Обращение с книгой

Глава 53 Уточнение неясностей в написаном

СЕДЬМОЙ РАЗДЕЛ То, чего нужно опасаться

Глава 54 Сон наяву

Глава 55 Остерегайся того, чтобы быть человеком одной пяди

Глава 56 Занимать заметное место до того, как станешь пригодным для этого

Глава 57 Не изображай тигра в знании

Глава 58 Бумагомарательство

Глава 59 Твоё отношение к ошибкам тех, кто предшествовал тебе

Глава 60 Отведение от себя сомнений

Глава 61 Берегись неправильностей в речи

Глава 62 Выкидыш мысли

Глава 63 Новые исраилизмы

Глава 64 Остерегайся византийских споров

Глава 65 Отказ от приверженности партиям и группам, и построение на этом любви и отречений

Глава 66 Вещи, разрушающие эти украшения

 

بســـــــــم الله الرحمن الرحيـــــــــم

ВВЕДЕНИЕ

С позволения Аллаха, по милости Всевышнего мы начинаем сегодня с вами изучать книгу, которая называется «Хильяту тъалибиль-‘ильм» Бакра Абу Зайда — выдающегося учёного. Что означает «хилья»? «Хилья» («украшение»). Эта книга «Хильяту тъалибиль ‘ильм» («Украшение искателя знаний») действительно благословенная. Аллах дал благодать (барака) этой книге. Эта книга очень полезна и представляет собой суть о том, что говорится во многих книгах по нормам благопристойности и благонравию (адабу и ахълякъу).

Известно, что учёные (‘уляма) Ислама очень много об этом говорили и писали, были составлены большие труды и краткие книги по этому поводу. В чём заключается достоинство этой книги? Достоинство этого труда заключается в том, что автор собрал всю суть из многих книг и изложил их в этой книге. Итог того, что сказано по поводу этой книги: изложена она хорошим, понятным, красивым языком, материал изложен в хорошем порядке, порядок изложения замечательный — как расположены главы и как преподал он этот материал.

Благопристойность (аль-адаб) — это высокое нравственное качество и поведение, которое обязательно для искателя знаний. Поэтому учёные начинали свои кружки знаний, свои собрания знаний с побуждения учеников к благонравию. Потому что, если человек получает знание (‘ильм) без адаба, то искатель знания лишается благодати (барака) этого знания, такое знание не приносит пользу ни самому требующему знания, ни людям, и не оказывает влияния на сердца людей.

А как вести себя человеку, который говорит, что он искатель знания? Как ему себя вести в отношении самого себя, в отношении учёных? Какие правила благонравия нужно соблюдать в отношении знаний, которые он получает, в отношении носителей знаний, в отношении книг, в кружках, в собраниях знаний? Какие нормы благопристойности действуют в отношении других требующих знаний? Каким должен быть адаб у человека и как должны проявляться эти адабы в нём, в его поведении? Всё это очень важно. Искатель знания должен стремиться к изучению адабов требующего знания, затем претворению их в жизни, то есть обрести их и приносить пользу. Поэтому некоторые ‘уляма говорили: «Адаб — это практически треть знаний». Очень важно требующему знания обладать им.

Обратите внимание, какое замечательное название дал автор этой книге — «Украшение искателя знаний». Название очень точное и очень кстати, потому что благопристойность, благонравие — это украшение для обладателя его и это настоящая драгоценность. И действительно, ничто не украшает и не придаёт такую красоту человеку, как благонравие.

Если человек обладает красивым адабом, если он действительно человек благонравный и ведёт себя пристойно, то люди любят его, восхищаются и говорят: «Какой прекрасный нрав, какой прекрасный адаб». Видя его обращение, говорят: «Какое прекрасное обращение». И это очень влияет на людей, и влияет на то, как люди приближаются к человеку, как люди воспринимают от этого человека то, что он говорит, как влияют его слова на них, какую пользу он приносит.

Что касается человека с плохим адабом, с плохой нравственностью, то такой человек отталкивает, отвращает людей от себя, не приносит им пользы (сам не получает пользы и не даёт её другим). Поэтому это название, которое дал автор (да помилует его Аллах) очень точное.

Мы просим Всевышнего Аллаха сделать для нас полезным изучение этой книги, что бы это не было пустым проведением времени, где мы послушали и не претворили это в наших деяниях, в наших поведениях.

Начинает автор (да помилует его Аллах) свою книгу с введения (Мукъаддима), предисловия к этой книге. И говорит автор после того, как воздаёт хвалу Аллаху: «Я ставлю вехи (первые столбы) для этого благословенного сокровища аль-Хилья в 1408 году хиджры, когда мусульмане — хвала Аллаху — переживают подъём и пробуждение в плане религиозного знания, что заставляет лица сиять от радости. И этот подъём, двигаясь к совершенству и зрелости, продолжает оживлять в сердцах молодежи этой уммы осознание её славы и придавать ей новые силы для жизни. Мы видим, как молодёжь массово берётся за изучение различных областей религиозного знания, поднимает на свои плечи тяжелую поклажу и несёт её, делает первые глотки и затем продолжает пить из его источника. Их горячее желание, сосредоточенная целеустремлённость в собирании знаний, поразительная эрудиция и осведомлённость, погружение в самые глубины религиозных вопросов заставляют мусульман радоваться этому как победе и помощи от Аллаха, и пресвят Тот, Кто оживляет и умерщвляет сердца.

Но это благословенное зерно нуждается в поливе и всемерной заботе о нём по всем направлениям, чтобы распространить те вещи, которые обеспечат и гарантируют ему защиту от ошибок, неудач, промахов на пути поиска знания и деяний, под натиском разных волн, связанных с идеологией, убеждением, поведением, разрозненностью по группам и партиям».

Это «зерно» — оно есть, прекрасное зерно, которое устремило молодёжь к получению знаний. Это поражает, это радует, но появление этого ещё недостаточно, нужно позаботиться о том, чтобы сохранить этот подъём, чтобы он двигался в правильном направлении.

Комментарий (шарх) к этой книге давали многие учёные. Из лучших шархов к этой книге, конечно, дан шейхом Мухаммадом ибн Салихом аль‑ ‘Усаймином (да помилует его Аллах). И разбирая предисловие автора, он говорит: «То, что говорит автор здесь — это правильно. В последнее время, хвала Аллаху, мы видим ту устремлённость молодёжи по всем направлениям религиозного знания. Но молодёжь сейчас нуждается в том, чтобы всё это как-то регулировать, защищать, чтобы удерживать это в правильном направлении, чтобы остался этот подъём и устремлённость». Если же какая-то вещь начнёт переходить за грани и её не останавливать вовремя, не направлять в нужное направление, то если она перейдёт за эти грани, всё вернётся опять к «разбитому корыту». Если это не регулировать, то это обернётся для общества бедами и разрушениями, и для сердца человека — это тоже обернётся бедами и разрушениями.

Пример этому «хавариджи, хариджиты». Ведь у них действительно было сильное желание, была сильная любовь, рвение к тому, чтобы мусульмане исправились, к тому, чтобы мусульмане пришли к религии, но их рвение перешло за границы, установленные Аллахом. И когда это не было вовремя остановлено и направлено в правильное русло, это привело к тому, что они стали обвинять в неверии руководителей мусульман и простых мусульман, выступая против них, называя неверующими (кяфирами). И как пророк ﷺ сказал: «Вылетают они из Ислама как вылетает стрела из пробитой ею насквозь дичи»[1].

Поэтому ты должен удерживать своё сердце в правильном направлении, потому что одного рвения недостаточно. Самое главное — это установить религию Аллаха. То есть у человека должно быть желание оказать помощь религии, а не просто удовлетворить своё рвение, свой пыл. Многие люди не видят эту границу в желании удовлетворить свой порыв. Иногда религия нуждается в помощи — остановке там, где надо. Если у тебя есть рвение — это хорошо, но рвение должно быть регулируемо, где-то нужно останавливаться.

Говорит шейх: «Может придётся заключить какое-то перемирие, уступить в каких-то вопросах, потому что это в интересах религии». Поэтому ты должен думать о том, что лучше получение успеха для религии, а не то, к чему призывают тебя твои эмоции и твои чувства.

Дорогие братья, проявите немного терпения. Во-первых, вы являетесь — искателями знания, так как в основном в этом собрании собрались искатели знания, поэтому для вас — это очень важно, так как эта книга предназначена для тех, кто ищет знания, а не для широких масс. От вас требуется приложить усилия и старания для того, чтобы понять эти очень важные и весомые слова, находящиеся здесь. Ведь вы не находитесь в этом месте для развлечения, и поэтому прошу вас вникнуть в то, что сейчас говорится. В предисловии может быть немного сложно, но дальше будет легче с дозволения Аллаха. Соберитесь с силами и проявите терпение.

 

Говорит автор: «Ранее я предложил вниманию молодежи послание под названием ат-Та’алюм, где раскрыл для них опасность тех, кто проникает в их ряды. Я сделал это, опасаясь, что эти люди могут погубить искателей знаний, испортить и загубить для них их дело, рассеять их следование на пути поиска знания, и отклонить их так, что они сами этого не заметят. Так вот, сегодня твой брат хочет поддержать тебя и взять за руку!»

Посмотрите, что здесь происходит, вдруг из разговора, рассказа в третьем лице, автор так переходит к обращению ко второму лицу, то есть обращение. Для чего это делается? Автор книги (да помилует его Аллах) известен как большой знаток арабского языка и арабского красноречия. Когда в арабской речи меняется стиль — это защищает от того, что тебе надоедает слушать или рассеивается твоё внимание. Если речь идёт однообразно, то человек может устать, может рассеиваться его внимание, но когда происходят такие переходы, то это снова заставляет человека слушать внимательно.

Аллах говорит в Коране: «Вот Аллах взял завет с сынов Израиля», — в каком лице это повествование? — в третьем. Аллах взял завет. «И послали Мы среди них 12 руководителей»[2], то есть здесь идёт повествование от первого лица, так как Аллах говорит: “Мы”. И автор использует здесь это /переход/.

Он говорит: «Сегодня твой брат хочет поддержать тебя и взять тебя за руку! И поэтому, я предоставляю твоёму вниманию послание, которое разъяснит тебе те качества, которые являются твоим украшением. Итак, я кладу остриё моего пера на поверхность бумаги, чтобы ты прочёл начертанное мною для тебя — да насладит Аллах тобою взоры», — это обращение к тебе, о, тъалибуль-’ильм. Автор начинает разъяснять тебе качества, которые являются твоим украшением.

Далее говорит он: «Существует множество шариатских установлений и предписаний, доводов, указывающих на то, что украшение нормами благопристойности, прекрасными нравственными качествами, хорошим поведением и правдивым благообразием — это признак людей Ислама. И что, знание, которое является самой ценной жемчужиной в короне этого пречистого шариата, может достичь только тот, кто обладает качествами и нормами благопристойности, которых оно требует и избавлен от пороков, которые его губят. Вот почему учёные уделяли такое внимание изучению этих норм благопристойности и указанию на них, и посвятили им книги, которые содержат в себе либо общие нормы для всех шариатских наук, либо для отдельных из них. Например, нормы благопристойности для носителей Благородного Корана, или для мухаддисов, либо для муфтиев, либо для судей, либо для руководителей и попечителей и т. д.».

Автор говорит здесь о важности адабов. «Знание — это украшение, знание — это самая ценная жемчужина в короне этого пречистого Шариата. Достичь этого знания может только тот, кто обладает этими адабами, кто избавлен от вещей, которые эти адабы нарушают. Существуют общие адабы для всех тъуллябуль-’ильм, касающиеся всех областей знаний, а есть касающиеся специальных областей: адабы для носителей Корана, то есть для тех, кто знает Коран наизусть, адабы для муфтия, къадъия, адабы для попечителей, руководителей и т. д.».

Дальше он говорит: «Темой этой книги является общие нормы и правила благопристойности, которых должны придерживаться те, кто следует путём изучения шариатского знания. Раньше учёные в кружках знания разъясняли ученикам нормы благопристойности, связанные с изучением религиозного знания. Я застал последние примеры этой практики в некоторых кружках знания в благородной мечети пророка ﷺ, где некоторые учителя обучали учеников книге Та’лим аль-мута’аллим тарикъ ат-та’алюм аз-Зарнуджи (умер в 593 г. х.). Я надеюсь, что учёные не позволят оборваться этой крепкой нити, которая ведёт к самой правильной дороге, и этот предмет», не общие адабы для всех мусульман, а именно тъалибуль-’ильм; «этот предмет будет введён в качестве начальных уроков в мечетях и введён в программы системного образования.

Я надеюсь, что эти мои записи послужат добрым началом, которое побудит к оживлению и восстановлению этого предмета, призванного воспитать искателей знания и повести их верным путём в области этики получения знания, несения его, правил благопристойности, которые должен соблюдать искатель знания в отношении себя, своего учителя, в отношении урока, в отношении товарищей по учёбе, в отношении книги, в отношении плодов его знания на всех этапах своей жизни».

Автор (да помилует его Аллах) разъясняет, что этот адаб, которым должен обладать тъалибуль-’ильм делится на части:

  1. В отношении самого себя.
  • В отношении учителя.
  • В отношении шейхов.
  • В отношении урока, товарищей по учёбе.
  • В отношении книги, которую ты изучаешь.
  • В отношении плодов знаний.

Вот эти 6 пунктов, в отношении которых есть свои адабы.

Далее он говорит: «Предоставляю твоёму вниманию сокровище, заключающее в себе целый ряд правил благопристойности и тех пороков, которые нарушают их», то есть говорит, о правилах благопристойности (адаб) и о противоположных вещах, которые нарушают эти правила; «если человек упускает одно из этих правил и норм благопристойности, то из-за своего упущения, совершает одну из этих порочных вещей в том или ином объёме. И поскольку эти правила и нормы занимают разные степени, от желательности до обязательности, то и вещи, их нарушающие, представляют собой даракят (не дараджат) — слои, опускающиеся до нежелательности или далее до запретности».

 

Далее он говорит: «Среди этих норм есть такие, которые касаются всех людей из числа мукъалляфов (достигший совершеннолетия мусульманин)», то есть все мусульмане (мукъалляфы) должны обладать этими нормами. Среди адабов тъалибуль-’ильм есть такие, которые касаются всех мукъалляфов; «и есть те, которые относятся только к искателям знания. Есть такие, которые познаются из аксиом Шариата», то есть в Шариате есть основные положения, из которых они познаются; «и есть те адабы, понимание которых заложено в естестве и в то же время на них указывают общие доводы религии, побуждающие к благопристойности и благонравию».

Дальше он говорит: «Я не ставлю своей задачей полностью охватить освещение всех норм благопристойности, однако расскажу о них путём упоминания некоторых примеров, намереваясь указать на самые важные вещи, и если они (сказанное) встретят праведную душу», то есть тот, кто будет читать и слушать это; «то эта душа сможет взять это малое и приумножить его, сможет взять упомянутое в общем и понять его в подробностях. Кто возьмёт для себя эти нормы, тот получит пользу для себя и принесёт пользу другим».

 

Дальше говорит: «Эти нормы и правила, в свою очередь, почерпнуты мною из этики и благопристойности тех людей, чьё знание получило благословение Аллаха и которые стали имамами, за которыми следуют. Пусть Аллах соберёт нас вместе с ними в Своём раю. Аминь».

Откуда автором взяты эти нормы? Из книг учёных, из слов и рассказов о тех, чьё знание благословил Аллах, и раз Аллах дал им бараку, значит они обладали этими нормами, они знали об этом вопросе. Автор говорит: «Я почерпнул это оттуда». Заканчивает ду’а, чтобы Аллах собрал нас вместе в Своём раю, говорит: «Амин».

Таким образом, что делает автор в этом предисловии (мукъаддима)? Он разъясняет здесь причину написания им этой книги, разъясняет важность этой книги. Говорит он, что об этом очень важно заботиться, и что об этом всегда заботились ‘уляма во всех сферах Шариата.

Говорит, что адаб — это вопрос широкий. Адаб бывает в торговле, бывает в отношениях между соседями, адаб в отношении родителей, адаб в мечети. Но эта книга касается не всех сфер адаба, а именно адаба тъалибуль-’ильм, как нужно получать знания и как нужно поступать в отношении этих знаний.

Это то, что касается «мукъаддима», то есть этот вопрос очень важный, поэтому «К нему нужно проявить много заботы», — говорит автор.

Пусть Аллах сделает полезным для нас то, что мы изучили.

ПЕРВЫЙ РАЗДЕЛ
Правила благопристойности, которых искатель знания должен придерживаться в отношении себя

Глава 1
Знание — это поклонение

Автор приступает к первому разделу своей книги «Адабы тъалибуль‑’ильм, которые он должен соблюдать в отношении самого себя».

Говорит автор (да помилует его Аллах): «Знание — это поклонение (аль-‘ильм ‘ибада)» — вот первое что ты должен усвоить. Сегодня мы изучим с вами первое правило благопристойности — «Аль-‘ильм ‘ибада». Знание (‘ильм) — это поклонение.

Говорит он: «Это и есть основа основ в данном Сокровище, да и во всяком добром деле. Ты должен знать, что знание — это поклонение». Один из учёных сказал: «Знание — это съаля́ (молитва) души и поклонение сердца». Многие ли из нас задумываются и вспоминают о том, что ‘ильм — это ‘ибада. Ты читаешь Коран, учишь Коран, учишь суры, вспоминаешь ли ты о том, что это ‘ибада? Делаешь ли ты это для того, чтобы приблизиться к Аллаху, получить Его довольство. Об этом нужно всё время помнить, когда учишь что-то, когда читаешь что-то, когда сидишь на уроке.

Тебе необходимо вспоминать, о том, что ты сейчас совершаешь ‘ибада ради Аллаха. Для тъалибуль-’ильм, это всегда важно помнить. Знание — это поклонение, и оно из самых важных видов поклонения, посредством которых человек наиболее сильно приближается к Аллаху. Потому что ‘ильм — прежде слов и дел. Потому что без ‘ильма ты не сможешь ни сказать правильно то, что угодно Аллаху и сделать то, что Ему угодно, потому что без ‘ильма ты не будешь знать действительно ли или нет твоё деяние, без ‘ильма ты не можешь знать это Сунна или новшество в религии (бид’а). Только имея знания, ты сможешь отличить прямой путь (аль-худа) от заблуждения (ад-дъаляль), истину от лжи, только на основании знания. Поэтому ‘ильм — это ‘ибада, вне всякого сомнения, причём из самых великих и самых лучших видов поклонения.

Аллах в Коране упомянул борьбу (джихад) на пути Аллаха вместе со знанием, сказав: «И не подобает верующим выступать всем вместе в военные походы. Почему бы из каждой группы не отправиться по одному отряду для того, чтобы получать знания в религии и увещевать свой народ, после того как вернутся к ним. Может быть они будут остерегаться»[3], то есть Аллах приказывает, чтобы не все отправлялись в военный поход, чтобы были группы, которые изучают религиозное знание и потом доносят до людей и увещевают. Обратите внимание, насколько важно быть требующим знания (тъалибуль-’ильм). И это смысл слов Аллаха «чтобы обрели знание в религии, понимание религии и увещевали свой народ, когда вернутся к ним. Может быть, они будут остерегаться».

Пророк ﷺ сказал: «Для кого Аллах желает блага, тому Он даёт понимание в религии»[4], то есть знание, понимание единобожия (таухида) прежде всего; вероубеждения (‘акъида), поклонения (‘ибадат), знание правила взаимоотношений между людьми (муамалят), знание норм благопристойности (адаб).

Пророк ﷺ говорит: «А тот, кто следует путём поиска знания, Аллах облегчает посредством этого путь в Рай»[5], поэтому это из самых великих видов поклонения.

Я поздравляю вас и призываю благодарить Аллаха за то, что Он позволил вам отнести себя к тъалибуль-’ильм, то есть к получению шариатского знания. Если ты видишь, что Аллах одарил тебя этим, этой милостью, что ты начал получать шариатское знание, то радуйся! Радуйся благу, потому что сказано: «Тот, для кого Аллах хочет блага, тому Он даёт понимание в религии». Надейся, что Аллах хочет для тебя блага.

Имам Ахмад (да помилует его Аллах) сказал: «Со знанием ничто не сможет сравниться, если у человека правильное намерение». Его спросили: «А что нужно делать, чтобы намерение было правильным?» Он сказал: «У него должно быть намерение избавить от невежества себя и людей».

Итак, первое мы усвоили — помнить всё время о том, что ‘ильм — это ‘ибада, одно из самых лучших видов поклонений Аллаху. Помнить обэтом всё время.

Говорит автор: «Отсюда следует, что для знания, как для всякого поклонения, необходимо условие»: искреннее посвящение его (знание) одному лишь Всевышнему и Пречистому Аллаху, и об этом Он сказал: «И было им приказано лишь поклоняться Аллаху, искренне посвящая Ему религию, будучи ханифами…»[6], и до конца аята.

В известном хадисе, который является хадисом фард, переданном от повелителя правоверных ‘Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах) сообщается, что Пророк ﷺ сказал: «Поистине деяния оцениваются по намерениям»[7].

Что значит хадис фард? То есть хадис, который передан от одного в цепочке передач, один передатчик; только от ‘Умара ибн аль-Хаттаба, поэтому называется хадис фард. Итак, здесь автор говорит о такой важной вещи, как искренность намерения (ихълясъ анния) при получении тобой шариатского знания, потому что Аллах принимает только деяние, совершённое с чистым намерением.

Ты читаешь Коран, учишь его, суру за сурой, джуз за джузом, изучаешь арабский язык для понимания религии, разбираешься во многих религиозных вопросах, (даже в сложных). Но ничего из этого не будет принято Аллахом, если у тебя не будет чистого намерения (чтобы это было посвящено только Ему Одному.

Далее он говорит такие замечательные слова: «Если знание теряет искренность, чистоту (ихълясъ) намерения, то из лучших видов поклонения оно превращается в самый низкий из грехов. Ничто так не разрушает знание, как стремление к показному (рия), будь это смешанное стремление к показному (рия ширк) или чистое стремление к показному (рия ихълясъ) или стремление прославиться (ат-тасми’), когда человек говорит, желая, чтобы о нём услышали: Я получил знание, я выучил…».

Он говорит, что знания разрушаются, если к намерению что-то примешалось: «Из самых высоких видов поклонения превращается в самый тяжкий грех», потому что хуже многобожия (ширка) греха нету! И если знания не ради Аллаха, то тогда оно из самых мерзких и низких грехов, и ничто так не разрушает знания, как стремление к показному (рия).

Дальше он говорит: «Будь то рия-ширк или рия-ихълясъ», в чём разница между рия-ширк и рия-ихълясъ? Существует 2 вида (со слов Караси):

  1. «Рия-ширк» — когда человек совершает деяния и ради Аллаха, и ради людей, чтобы люди видели и восхищались.
  2. «Рия-ихълясъ» — когда человеком движет стремление только к показному.

Так вот, ничто так не разрушает деяния как эти два вида «рия», и такая вещь как «тасми’». Что такое тасми’? Когда человек хочет, чтобы люди услышали о нём, он говорит: «Я — ‘алим, я — хафиз, я — выучил то и это, и т. д.».

Автор говорит: «Посему, неукоснительно освобождайся от всего, что примешивается к твоёму намерению подлинного поиска знания, будь то любовь к известности и славе, желание возвыситься над ровесниками, превращение знания в ступень для достижения мирских целей или мирских благ: авторитет, имущество, уважение, слава, поиск похвалы в свой адрес, обращение на себя внимания людей. Эти и подобные им вещи, если примешиваются к намерению, портят его и уничтожают благодать знания. Поэтому ты обязан защищать своё намерение от примешивания к нему желания чего-то, кроме Всевышнего Аллаха. Более того, нужно охранять всё то, что вокруг него, и даже подступы».

Кто-то может спросить про ихълясъ в вопросе требования знаний, в чём он заключается? Какие его составляющие? И это очень важно на самом деле, потому что мы не задумываемся об этих вещах.

Шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах) разъясняя этот момент, говорит: «Ихълясъ в вопросах требования знаний заключается в том, что ты должен иметь следующее намерение»:

  1. Первое намерение — это подчинение Всевышнему Аллаху, — я получаю ‘ильм, потому что это приказ Аллаха. Он — мой Господь, мне это приказал. Аллах говорит: «Знай, что нет божества достойного поклонения, кроме Аллаха и проси прощение…»[8]. Аллах приказывает знать, и в аяте из суры «Покаяние», о котором мы с вами говорили, Аллах тоже побуждает к этому. К тому, чтобы были группы людей, которые изучали шариатское знание и потом разъясняли это людям. Если Аллах побуждает к чему-то, значит Он любит это и доволен этим, а раз любит и доволен — приказывает это.
  2. Второе намерение сохранить Шариат и религию Аллаха — только путём изучения его. Изучать и заучивать его (сохраняя в сердце) или записывая, составляя книги, составляя труды по знанию.
  3. Третье намерение — это защищать Шариат. Аллах защищает этот Шариат посредством учёных (‘уляма). Если бы не было учёных, кто бы защищал этот Шариат? Он не был бы защищён. Поэтому мы видим, например, шейх аль Ислам ибн Таймия и другие учёные, как они вставали против приверженцев новшеств в религии (ахлюль-бид’а), опровергали то, что они говорят, защищали этот Шариат, разъясняли несостоятельность их слов, опасность их ереси, и мы видим сколько блага дал Аллах через них.
  4. Четвёртое намерение — следование Шариату Мухаммада ﷺ. Всевышний Аллах послал посланника, с верным руководством и ты должен следовать за его Шариатом (закон). А как ты будешь следовать ему, если у тебя нет знаний?! Значит, тебе нужно его изучать.

Итак, это четыре составляющие искренности (ихълясъа). Когда мы говорим, что нужна искренность в требовании знания, то это означает, что оно должно быть посвящено только Единому Аллаху.

Далее автор (да помилует его Аллах) говорит: «Ты обязан избавляться от тех вещей, которые могут примешаться к намерению». Потом упоминает среди них: любовь к славе, известность, желание возвысится над своими товарищами, ровесниками, делать знания ступенькой к получению мирских благ и т. д. — это указание на его обязательность, и это очень правильно, от всех этих плохих целей обязательно избавляться, и на это указывают шариатские тексты пророка ﷺ. Есть предупреждения, где сказано: «Тот, кто изучает какое-то знание, которое изучают только ради Аллаха и он делает это для того чтобы получить какую-то мирскую выгоду, тот не почувствует запаха Рая в Судный день»[9].

Другой хадис: «Тот, кто получает знание, чтобы спорить с глупцами, и чтобы состязаться со знающими, гордиться перед ними, и чтобы обращать лица людей к себе — тот в Адском огне»[10].

Я хотел бы, чтобы вы выучили эти хадисы, потому что человек всё время должен вспоминать о них.

Эти вещи, которых многие люди хотят добиться путём получения шариатского знания, то есть похвалу, уважение и авторитет среди людей, чтобы люди на них смотрели и восхищались, показывая пальцем.

На самом деле, человек получит эти вещи и так, если его намерение будет искренним, ради Аллаха. То есть если у тебя намерение будет чистым, ради Аллаха, то ты ближе к тому, чтобы получить эти вещи. Аллах делает так, что, когда человек не хочет показного, а хочет деяний только ради Аллаха, то из-за этого его намерения Аллах делает так, что он становится имамом для людей и люди его уважают, и люди его любят, и люди его хвалят, и он обретает авторитет среди людей. И это становится одной из наград и благих вестей человеку в этом мире то, что люди начинают его любить и уважать.

И говорит он: «Ты должен защищать это намерение, не только само намерение, но и защищать подступы к этому намерению». Как сказано в хадисе: «Поистине, у каждого царя есть запретная территория, поистине, то, что запретил Аллах — это Его запретная территория»[11]. Поэтому нужно защищать не только намерение, но и подступы к нему, потому что это вопрос таухида и ширка.

Вопрос: «В чём разница между любовью к славе (быть известным среди людей) и любовью, и желанием помочь людям, принести им пользу? То есть, например, у человека намерение принести людям пользу и в результате этого происходит так, что ему приходиться это делать открыто, люди на него смотрят, он становится известным и т. д.»

Ответ: «Если его намерением было помочь людям и спасти их, и из-за этого на него обращают внимание, но его намерение не было таковым, то тогда это ему не повредит. А если же человек изначально имел намерение, чтобы люди восхищались им и хвалили его, то в таком случае эта форма ширка навредит ему». И как мы сказали, если человек хочет пользу для людей, его не волнует: узнают его люди или нет, прославится он или нет, будут на него показывать пальцем или нет — это его не волнует. Его желание — помочь людям, но в результате этого получилось так, то это ему не повредит.

Итак, мы говорим ещё раз, что тот, чьё намерение правильное, хорошее, Аллах делает так, что люди начинают его уважать и возвеличивать, начинают считаться с его словами — они становятся важными для них. Поэтому есть разница между тем, когда человек изначально хочет мирскую выгоду и между тем, когда человек хочет довольства Аллаха и не стремится к мирской выгоде. Когда человек хочет только довольство Аллаха, Он даёт ему и эти мирские итоги.

Вопрос: «Входит ли сюда соревнования в знании?» Это очень важный вопрос. Так как люди не всегда могут различить, когда это действительно соревнование, а когда это те действия, которые портят намерение.

Ответ: «Если у человека нет намерения быть выше кого-то, но он хочет иметь больше знания чем у людей ради самого знания, больше, чем у его ровесников, тогда это благо, это хорошо. А если целью его является обогнать в знании ради мирской выгоды, и если он превзойдёт в этом и дальше уже не будет стремиться к получению знания, так как целью было получить мирскую выгоду, то это плохое, порицаемое намерение. Вот тонкая грань, на которую нужно обращать внимание!».

Поэтому посмотри, что тобой движет? Ты хочешь и соревнуешься в поисках знаний, потому что ты хочешь знаний? Ты хочешь превзойти людей не потому, что тебе хочется быть выше их, а потому, что ты хочешь увеличить свои знания, тогда это хорошо! А если для тебя важно быть выше по положению, то в таком случае это то, от чего предостерегает автор. Тонкая грань, но очень важная. Многие люди иногда говорят: «Соревнование друг с другом в знании — это же хорошо!» Это хорошо только в том случае, если это знание, получаемое ради Аллаха.

Далее говорит автор (да помилует его Аллах): «Существует множество высказываний учёных по этому поводу и явленных ими примеров, некоторые из которых были представлены мною в первом разделе книги ат-Та’алюм». Сюда же, к вещам, нарушающим намерение, нужно добавить запрет учёными такой вещи, как «ат-тъубулият», что это такое? Это такие вопросы, которые поднимаются с целью добиться известности. «Ат‑тъубулият» — от слова «тъабаль» («барабан»), то есть такие вопросы, которые человек специально поднимает, при том, что его не интересуют эти вопросы, его не интересуют религиозные знания, ему просто хочется как-то прославиться, поэтому он придумывает какой-то вопрос, начинает ковырять и поднимает шум, чтобы обратить на себя внимание. Учёные запрещали это, потому что барабан издаёт звук и привлекает к себе внимание. Поэтому поднимать какие-то странные вопросы, находить что-то такое ради прославления — это также входит сюда.

Потом автор приводит здесь: «Есть такое высказывание: Ошибка учёного оглашается ударом в барабан», — это предостережение для тъалибуль-’ильм, для ‘уляма. Может быть так, что простые, невежественные люди делают это множество раз, но никто не обращает на них внимания, никто не говорит о них, но если эту ошибку, этот промах допускает тъалибуль-’ильм или учёный, то тогда это сразу получает огласку, люди начинают говорить и распространять об этом. Так каждый удовлетворяет свои порочные цели и намерения, распространяя ошибки учёных и требующих знания.

Далее автор говорит: «От Суфьяна, да смилуется над ним Аллах, передано, что он сказал: Мне было дано понимание Корана, но когда я принял кошелек, то был лишён этого понимания», сам по себе этот асар от Суфьяна ибн ‘Уяйна не является достоверным, то есть нет достоверного иснада по поводу этого, хоть и приводится некоторыми учёными в их книгах, но само по себе это высказывание — оно верное.

Стремление к мирскому очень сильно влияет на понимание. Когда у человека искренние намерения, ради Аллаха, а не ради мирских каких-то интересов, то у него не такое понимание как у человека, который хочет мирских благ (дунья). Здесь сказано, что, «было дано мне понимание Корана, пока не принял кошелёк, когда принял кошелёк лишился этого понимания».

На самом деле, конечно, саляфы, были известны тем, что они зачастую не принимали от властьимущих подарки. Почему? Потому что они очень хорошо понимали этот вопрос. Они понимали и остерегались принятия подарков от правителей и говорили: «Для чего они дают нам это? Для того, чтобы купить нашу религию (ад-дин) за свою мирскую жизнь (ад-дунья)», то есть посредством своего мирского хотят купить нашу религию. Кроме того, имущество некоторых властьимущих было получено не дозволенным путём, поэтому также остерегались принимать от них.

Можно ли принимать учёному подарок от правителя или нет? Здесь есть, конечно, уточнения, тъуллябуль-‘ильм должны понимать этот вопрос. Если влиятельный, властьимущий человек хочет посредством своего подарка тебя купить, чтобы сделать этот подарок “конём”, на котором будет к тебе всё время подскакивать, для того, чтобы ты соглашался с ним всегда и во всём (с его словами, с его действиями, одобрял их, когда ему это нужно, когда это ему угодно), тогда нельзя принимать ни в коем случае.

А если имущество этого властьимущего человека, чистое, дозволенное и принимает этот человек подарок не для того, чтобы продать свою религию и потом говорить всё, что угодно этому правителю, то в таком случае у нас есть пример, хадис от ‘Умара ибн аль-Хаттаба, которому сказал пророк ﷺ: «То, что приходит к тебе из этого имущества и ты к нему не стремишься, и не просишь его, то бери, а то, что не приходит, то свою душу с этим не связывай»[12]. То есть если даёт и ничего не требует взамен, ни каких-то уступок в плане отречения от истины, соответствия его словам и т. д., имущество это чистое, ты не желал этого, не просил этого, тогда это тебе дозволено, согласно этому хадису. Цель этого а́сара из слов автора (да помилует его Аллах) — предостережение от этих вещей.

Далее он говорит: «Так держись же крепко за несокрушимую рукоять, защищающую от этих примесей, да помилует тебя Аллах, прилагая все усилия для достижения искренности и сильно боясь всего, что может ей повредить, изо всех сил проявляя великую нужду в Аллахе и прибегая к Его защите», то есть три вещи:

  • прилагаешь все усилия, чтобы достичь искренности;
  • изо всех сил боишься того, что может испортить эту искренность;
  • испытываешь великую нужду в Аллахе, просишь Его и прибегаешь к Нему за защитой от этого.

И дальше он говорит: «Передано, что (другой) Суфьян ас-Саури, да смилуется над ним Аллах, сказал: Никогда не было для меня ничего сложнее, чем борьба за моё намерение», то есть это очень сложная вещь, борьба за искренность намерения, борьба, которая не прекращается никогда, ни на одну минуту и до самой смерти. Великие слова. Вот эта борьба за искренность намерения, которая будет продолжаться до смерти.

Слова Всевышнего: «Поклоняйся своему Господу, пока не придёт к тебе убеждённость»[13], то есть пока не придёт к тебе смерть. Нельзя расслабляться ни на час, ни на минуту. Тъалибуль-’ильм всё время должен вести эту борьбу, следить за своим намерением, потому что, как только ты расслабишься, ты сам не заметишь, как шайтан уведёт тебя в неправильное направление. Может даже ты не чувствуешь: ты думаешь, что твоё намерение ради Аллаха, а оно уже не ради Аллаха, а ради авторитета или славы, превзойти ровесников и т. д.

Далее он говорит: «Однажды ‘Умар ибн Зарр сказал своему отцу: Отец! Почему, когда ты увещеваешь людей, они начинают плакать, а когда их увещевают другие, то они не плачут? Отец ему ответил: О, сынок! Женщина, оплакивающая сына, не подобна нанятой плакальщице!». Аллах велик, такие вот слова, великий пример. Как плачет женщина, которая потеряла своего ребенка? Как влияет её плачь на окружающих? Что они при этом испытывают? Какую жалость? Это, потому что она плачет от сердца. Та, которую наняли плакальщицей, — её плач, её стоны не влияют на людей, потому что это искусственный плач, наоборот только раздражает. “То, что исходит от сердца, доходит до сердца”. А если это только на языке у человека, то и его увещевания не повлияют даже на него самого. Как же это будет влиять на окружающих и как будет до них доходить?! Поэтому сначала надо это прочувствовать самому, прежде чем это доносить до людей. Очень важные слова, указывающие на искренность намерения.

Хорошо, кто-то скажет: «Как будто человек хвалит сам себя» (о словах Зарра), на самом деле мы должны думать о саляфах хорошо. Конечно же намерение саляфов — не хвалить самих себя, ни в коем случае. Для чего же тогда это делается? А для того, чтобы указать людям на истину, сделать наставление. В данном случае, он хотел указать на важность намерения: чтобы намерение было искренним, что нужно отдаляться от показухи «рия».

Этим он хотел объяснить причину того, почему, когда ты иногда обращаешься к людям, они проникаются и откликаются, и плачут, а в другой раз на них это не оказывает никакого влияния. Этими словами он хотел научить важности «ихълясъа» и тому, что нужно отдаляться от «рия». И безусловно это не хвала в отношении самого себя, потому что Аллах запретил хвалить самих себя и сказал: «Не хвалите самих себя, Он Аллах лучше знает тех, которые богобоязненны»[14].

Часто возникает вопрос (мы с вами уже об этом говорили на уроках «Китаб ат-таухид» и до этого), некоторые люди говорят, что в наше время очень трудно иметь ихълясъ и практически невозможно, потому что везде требуются какие-то свидетельства (шахада), какие-то иджазы, дипломы и прочее. И когда есть диплом, то говорят, что уже намерение не искреннее, ради диплома. Поэтому в наше время очень трудно иметь чистое намерение.

Мы разбирали этот вопрос. Шейх ‘Усаймин разъясняет этот вопрос: «Надо смотреть на намерение, для чего человек хочет получить этот диплом. Если человек хочет иджазу, диплом и прочие свидетельства для того, чтобы получить какие-то мирские блага, уважение людей, получить пост и т. д., то в таком случае это — ширк и это запрещено.

А если человек зная, что без этого диплома никуда не получится устроиться на сегодняшний день, он не сможет даже преподавать в начальной школе, не говоря уже о том, чтобы преподавать где-то в университете и т. д., а его намерение доносить до людей истину и обучать ей. И несмотря на то, что с этим дипломом к нему придут какие-то льготы, но он не хотел этого, то это ему не повредит, на основе хадиса ‘Умара ибн аль-Хаттаба, который мы с вами сегодня упоминали.

Итак, мы сказали, что знание (‘ильм) — это поклонение (‘ибада). А раз это ‘ибада, значит, должно быть 2 условия:

  1. Искренность (ихълясъ).
  2. Качество

Говоря о качестве, оно объединяет в себе благо земной и вечной жизней — любовь к Аллаху Всевышнему и любовь к Его посланнику ﷺ. Подлинным выражением этой любви является полное следование за «ма’сум» — тем, кто был защищён от ошибок, то есть за пророком ﷺ и доказательство этому слова Всевышнего: «Скажи: «если вы любите Аллаха, то следуйте за мной и тогда Аллах возлюбит вас и простит вам ваши грехи»[15].

Итак, автор говорит о 2-м условии (качество), то, что оно объединяет в себе благо земной и вечной жизни, так оно и есть. Любовь к Аллаху, любовь к Его посланнику ﷺ — это то, благодаря чему человек получает блага этого мира и вечного. Любовь — очень важная вещь. Она движет человеком. Человек так устроен, он стремится получить то, что ему желанно, то, что он любит, и наоборот, стремится избавиться от того, что ему ненавистно. Мы с вами разбирали слова ибн Къаййима (да помилует его Аллах): «Все действия человека строятся на любви». Всё, что делает человек, строится на любви. Чтобы он ни делал — он делает либо для того, чтобы получить любимое, либо для того, чтобы избавиться от ненавистного.

Поэтому Аллах говорит про тех, которые ненавидят то, что ниспослал Аллах: «Это потому, что они возненавидели то, что ниспослал Аллах и Он сделал их деяния тщетными»[16], то есть итог этого неверие (куфр)! Потому что они не любят то, что ниспослал Аллах.

Любовь — объединяет для человека блага этого мира и вечного. Любовь к пророку ﷺ — это от любви к Аллаху. И любовь к пророку ﷺ толкает человека к следованию за пророком ﷺ, потому что так устроен человек, любимому человеку хочется подражать, даже в мирских (обыденных) вещах, если кого-то любишь, начинаешь ему уподобляться.

Шейх ибн аль-’Усаймин приводит пример. «Шейх ‘Абдуррахман ибн Са’ди (да помилует его Аллах), так любили его некоторые ученики, что даже почерк его перенимали, хотя почерк его не был красивым». Не потому, что они специально перенимали его почерк, просто, когда любишь кого-то начинаешь походить на него. А тем более если речь идёт о пророке ﷺ. Если человек любит пророка ﷺ, то конечно он хочет во всём следовать за ним ﷺ. Поэтому как прекрасны люди Сунны, у которых все действия соответствуют Сунне. Некоторые предшественники говорили: «Если можешь почесать голову на основе Сунны, на основе асара (предание) то сделай это».

Любовь к пророку ﷺ ведёт человека к следованию за ним ﷺ и затем автор приводит аят, который ‘уляма назвали «Аят испытания»: «Скажи: Если вы любите Аллаха, то следуйте за мной, и тогда Аллах возлюбит вас и простит вам ваши грехи, ведь Аллах — Прощающий, Милующий»[17], потому что все утверждают, что они любят Аллаха, но главное не то, что ты любишь Аллаха, главное то, чтобы Аллах тебя любил.

Когда люди стали утверждать, что они любят Аллаха, Он ниспослал аят, который является проверкой истинности этих заявлений: «Если любите Аллаха, то следуйте за мной», значит следуйте за посланником ﷺ, которого отправил Аллах.

Обратите внимание, что сказано в аяте: «Скажи: Если вы любите Аллаха, то следуйте за мной», смысл этих слов: «И тогда ваши заявления действительно будут правдой!», и далее Аллах говорит о награде за это следование: «Если вы любите Аллаха, то следуйте за мной», не только в подтверждение твоей любви к Аллаху , но самое главное то, что Аллах полюбит тебя: «и тогда Аллах возлюбит вас и простит вам ваши грехи, ведь Аллах — Прощающий, Милующий», ты получишь этот плод, который и является целью. Пусть Аллах сделает нас из тех, кого он любит.

Просто голословные заявления человека не являются достаточным, нужен далиль (доказательство). Слова Всевышнего Аллаха: «Они сказали: Не войдёт в Рай никто, кроме иудеев и христиан. Это их мечтания. Скажи: «Приведите ваш довод, если вы говорите правду»[18]. Нужно обязательно доказать, что ты делаешь то, что действительно заслуживает Рая.

И потом говорит Аллах: «Но тот, кто придал свой лик Аллаху [во всех своих словах и делах] будучи искренним, и он при этом благодеющий [добротворящий], то им будет награда от их Господа»[19]. В этом аяте доказательство на обязанность проявления такого качества, как — искренность (ихълясъ), и обязательность следования за пророком ﷺ во всех своих словах и делах.

Говорит автор (да помилует его Аллах): «В общем, эти две вещи — искренность и следование, являются основой этого Сокровища и служат для него тем, чем является венец (корона) для наряда». Это — основа этого «Сокровища».

И далее он говорит такие замечательные слова: «О, искатели знания! Вот вы скрестили свои ноги для урока и привязали сердца к самому драгоценному сокровищу — поиску знания. И я завещаю вам и себе бояться Всевышнего Аллаха тайно и явно. Это есть провизия, и это есть прибежище достоинств, и обитель достохвальных качеств, и источник силы, и ступень к возвышению, и прочные узы, защищающие сердце от искушений, так не будьте же пренебрегающим!»

Вопрос: «Почему у меня не получается получать знание? Почему я никак не могу…? Почему у меня плохая память?» Ответ: «Потому что нет богобоязненности (такъуа Ллах) или она слабая, из-за грехов нет содействия от Аллаха (тауфикъ)».

Иногда человеку вместо облегчения получения ‘ильма, по причине его богобоязненности Аллах даёт способность различать между истиной и ложью (фуркъан) и даёт проницательность (фираса) — способность находить, принимать правильное решение в тех или иных вопросах, и посредством этого знания он различает полезное от вредного, истину от лжи, отличать ослушание от греха (не всегда это просто), отличать приближённых (аулия) Аллаха от врагов Аллаха. У него может не быть больших знаний в религии Аллаха, но Аллах даёт ему способность различать (фуркъан) и способность принимать правильные решения (фираса) по причине его богобоязненности (такъуа Ллах).

Иногда это различение бывает посредством ‘ильма, то есть Аллах открывает человеку знания, облегчает ему получение его, потому что он проявляет такъуа.

Субхан Аллах (Пречист Аллах)! То есть всё упирается в богобоязненность (такъуа Ллах), это есть провизия (аль-’удда), это есть все достоинства, которые скрыты в богобоязненности, все достохвальные качества. Источник силы — это такъуа Ллах, ступени к возвышению человека — это такъуа Ллах, прочные узы, которые защищают сердце от искушений — это такъуа Ллах, и говорит он: «Не будьте пренебрегающим!».

Правдивы его слова, потому что Аллах говорит об этом: «О те, которые уверовали! Если вы будете бояться Аллаха, то Он одарит вас способностью различать между истиной и ложью [между полезным и вредным.] фуркъан»[20].

Пророк ﷺ сказал: «В предшествующих общинах были такие люди, в сердца которых внушались [свыше] правильные решения, понимание истины, и если в моей умме есть такой, то это ‘Умар»[21]. Аллах открывал и внушал ‘Умару правильные решения во многих вопросах (ильхам), затем ниспосылался аят, подтверждая те решения, которые предлагал ‘Умар, ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллаху).

Итак, посредством богобоязненности Аллах даёт человеку две вещи:

  1. Содействие от Аллаха (тауфикъ), облегчение получения знания (‘ильм) и затем соответственно через знание отличать ложь от истины и т. д.
  2. Или проницательность (фираса) и различение (фуркъан)

И для нас, и для вас, для тъуллябуль ‘ильм эта вещь должна быть очень понятной. Иногда бывает такой период времени, когда видишь, что у тебя, по милости Аллаха есть богобоязненность, смирение, ты обращаешься к Аллаху, ты постоянно возвращаешься к покорности Аллаху (инаба), ты поминаешь Аллаха премного, у тебя есть устремлённость к Аллаху. И в этот период происходит то, что Аллах открывает тебе знания, даёт тебе ключи к большим познаниям.

А иногда наступает период беспечности, пренебрежения, когда ты попираешь установления Аллаха и закрываются для тебя двери, и ты не можешь получать знания — это всё подтверждение слов Аллаха: «О те, которые уверовали, если будете бояться Аллаха, то…» И здесь 3 пользы:

  • Аллах даст вам способность отличать плохое от хорошего (фуркъан);
  • очистит вас от ваших прегрешений, то есть очищение от грехов;
  • простит вас, прикрыв вас, то есть скроет ваши грехи.

Три плода получает богобоязненный человек. Если Аллах прощает человеку, тогда открывает ему двери познания. В подтверждении этому Аллах говорит: «Поистине Мы ниспослали тебе писание, чтобы ты выносил решения, судил между людьми на основе того, что тебе показал Аллах, и не заступайся, не препирайся, защищая тех, кто поступает вероломно, и проси прощения»[22], здесь Аллах приказывает Своему посланнику ﷺ что бы он судил между людьми на основе того, что открыл и показал ему Аллах. А потом говорит: «И проси прощения».

Поэтому некоторые учёные делают вывод из этого аята, что человеку, которому задают какой-то религиозный вопрос, и перед тем, как что-то сказать, ему следует просить прощения у Аллаха, и тогда ему будет показана истина, и укажет ему Аллах на правильный ответ. Потому что сказано, «чтобы ты судил, а потом выносил решения», а потом сказано «проси прощения у Аллаха».

Пусть Аллах сделает полезным то, что мы изучили.

Глава 2
Будь на пути праведных предшественников

Мы продолжаем с вами изучение замечательной книги «Хильяту тъалибиль ‘ильм» шейха Бакра Абу Зайда (да помилует его Аллах).

Второе, о чём говорит автор (да помилует его Аллах) из адабов, из норм благопристойности, которыми должен быть украшен тъалибуль-’ильм: «Будь последователем предшественников (саляфи), следуй верным путём — путём праведных предшественников из числа сподвижников, да будет доволен Аллах ими, и тех, кто пришёл за ними, идя по их следам во всех областях религии: единобожии, деяниях поклонения и прочих. Отличайся неукоснительным следованием по пути посланника Аллаха приучая себя исполнять то, что относится к Сунне, и, отказываясь от споров и полемики, от погружения в каля́м и от всего, что ведёт к грехам и отвращает от Шариата».

Итак, вторая важная вещь, заключающаяся в том, что тъалибуль-’ильм должен находиться на пути «саляф ас-салих» — это из самых главных завещаний. Человек должен быть на пути «саляф ас-салих» во всех областях религии, как говорит автор (да помилует его Аллах):

  • в вопросе вероубеждения (‘акъиды) — на пути саляф;
  • в вопросе поклонения (‘ибада) — на пути саляф;
  • в вопросе взаимоотношений между людьми (торговые или брачные) (му’амаля) — на пути саляф;
  • в вопросе нравственности (ахлякъа) — на пути саляф ас-салих…

Нельзя быть саляфи — последователем саляф в вопросе вероубеждения и не быть саляфи в вопросе нравственности. Человек должен быть саляфи, то есть последователем праведных предшественников во всех вопросах. Недостаточно простых заявлений, что я — саляфи, я — последователь саляф, недостаточно просто слов, здесь нужно доказывать своими поступками. То есть, ты должен быть саляфи — последователем саляф ас-салих в ‘акъиде, в ‘ибадате и в ахлякъе.

Простой пример, человек говорит: «Я — саляфи!» и при этом мы видим, что он пропускает утренний намаз, пренебрегает коллективными намазами. Разве такими были саляф ас-салих? Саляф ас-салих очень тщательно берегли свои намазы, они берегли первый такбир с имамом (такбиратуль-ихрам), они берегли его, чтобы успевать к нему, а человек говорит: «Я — саляфи» и при этом он не ходит на обязательные намазы, просыпает фаджр, то есть как отличить саляфи от не саляфи? Саляфи — это тот, в ком проявляется Сунна, то есть в его действиях, в его словах, в его поведении, поэтому называют Сунна. Почему имамов называют имамы Сунны, кто такие имамы Сунны? Разве это те, которые причисляли себя к Сунне? Нет! Это те, у кого Сунна проявлялась во всём: во всех их поступках, словах и убеждениях, в отличие от приверженцев нововведений (ахлюль-бид’а). Поэтому просто название саляфи, этого недостаточно.

И намаз — одна из таких ежедневных проверок человека. Итак, саляфи — это тот, который неукоснительно придерживается пути праведных предшественников во всём, а за этим путём нет ничего кроме заблуждения, ничего кроме отклонения. Тот, кто придерживается асара, то есть придерживается предания от пророка ﷺ и сподвижников, праведных предшественников, тот на верном пути.

И автор (да помилует его Аллах) говорит: «Во всех разделах религии ты должен быть на пути саляф ас-салих (‘акъида, ибада, ахлякъ и т. д.), то есть ты должен отличаться неукоснительным следованием по стопам пророка и обязывать себя выполнению Суннан», то есть выполнению того, что делал и говорил пророк ﷺ. «И оставить такие вещи как аль-джидаль и аль-мира», — это споры, полемика, прения. Потому что эти вещи, как «аль-джидаль» и «аль-мира» — споры, полемика, прения — вещи, которые закрывают двери истины.

Она перекрывает путь к правде, потому что, когда у человека идёт спор с кем-либо, его уже перестаёт волновать истина и его задачей становится непременно победить в этом споре, одержать победу. Так, что, если правда для него становится явной, и он понимает, что был неправ, всё равно продолжает отрицать эту правду, и истрактовывать её: «Имеется в виду то, а не это…», его целью становится победить в этом споре, заставить оппонента признать его правоту.

Поэтому шейх ‘Усаймин (да помилует его Аллах) говорит такие замечательные слова: «Если ты видишь, что твой брат спорит для победы в споре (занимается мира́ — ведёт спор, несмотря на то, что ему стала ясна истина), то беги от него, как бегут ото льва. И скажи ему, что у меня, кроме той истины, которую я тебе передал, ничего больше нет». Распространённая ошибка людей, которые уже донесли истину, и поняли, что человек понял истину, продолжают с ним дальше спорить, нет! Скажи: «Я донёс, ты понял, это всё что у меня есть из истины» и беги от него, как бегут ото льва, потому что споры и полемика в религии — это качество ахлюль-бид’а — людей приверженцев ереси.

Дальше говорит автор: «Отказывайся от споров и полемики, от погружения в каля́м», так называемый «‘ильм аль-каля́м». ‘Уляма предостерегали от него строжайшим образом, потому что аль-каля́м — это, во-первых, бесполезная потеря времени, так-как последователи каля́ма рассуждают о вещах, которые и так являются понятными и известными.

Шейх ’Усаймин (да помилует его Аллах) рассказывал о том, что некоторые ученики, присутствовавшие на уроках, задавали ему вопросы: что такое аль-‘акъль? Что такое разум с точки зрения языка, с точки зрения терминологии, с точки зрения ‘урфа? То есть о вещах, которые и так известны. На самом деле бесполезное время провождение. Акъль — и так всем понятен, понятно, что такое разум, не нужны здесь какие-то определения, долгие рассуждения по этому поводу, но в чём проблема каля́ма? Этот каля́м принёс большую беду исламской умме — разговоры о бесполезных вещах стало отвращением людей от полезного и от истины, от пути саляф ас-салих, потому что путь саляф ас-салих — он простой, лёгкий, доступный, понятный. Они отвращают от этого пути занимая такими бесполезными вещами, приводя разные сомнительные вопросы (шубухаты), определения, непонятные домыслы, какие-то теории, классификации. Их иногда называют «последователями логики» или «наука каля́м» так называемая, лженаука.

У шейха аль-Ислама ибн Таймии есть прекрасное опровержение этого заблуждения, в котором пребывают последователи каля́ма. Проблема каля́ма в том, что многих, даже больших учёных эта вещь сбила с пути, отклонила от истины в некоторых вопросах, заставив следовать путём истолкования (та‑уиля) в вопросах атрибутов Аллаха (съифат).

Как мы понимаем атрибуты Аллаха? Мы понимаем их в буквальном смысле, без искажения и отрицания, без вопросов «Как?» и без уподобления. Так вот, погружение в эту науку (каля́м) заставила многих больших учёных делать та-уиль, то есть истолковывать атрибуты Аллаха. Последователи каля́ма говорят: «Если так, то значит будет так…, если это понимать так, то будет так…, если Аллах находится на самом деле над престолом, значит Он ограничен…, если Аллаха можно видеть, значит Он находится в какой-то стороне и т. д.». Они говорят по поводу видения Аллаха в следующей жизни: «Этого не может быть, потому что, если Аллаха видеть воочию это значит, что Он находится в какой-то стороне, а если Он находится в какой-то стороне, значит Он тело, а Аллах не может быть телом, значит, нет видения Аллаха в вечной жизни», это их рассуждения. Вот такие речи вводят в заблуждение и при этом они думают, что направляют людей на правильный путь, а на самом деле вводят их в заблуждения.

Поэтому тъалибуль-’ильм — должен оставить споры, прения, полемику. Если ты знаешь истину, знаешь Сунну, донеси истину и всё! Искатель знания — должен отказаться от всяких заковыристых вопросов, которые вводят в замешательство от такой вещи, как копание в том, что его не касается, оставить вычурность, обременение себя ненужными вопросами в религии. Знание, — на самом деле ясное, понятное.

Вот приходит бедуин к пророку ﷺ со своим верблюдом и спрашивает пророка ﷺ о том, что нужно ему для спасения. Пророк ﷺ говорит ему, и он принимает это безоговорочно, без всяких возражений, потому что у него только таслим — предание себя Всевышнему Аллаху. А всякие диспуты, споры, возражения — это всё вредит человеку, и приводит его к грехам, отвращает от Шариата Аллаха.

Далее говорит автор: «Достоверно приводится от аз-Захаби, со слов ад-Даракутни: Нет ничего ненавистнее для меня, чем каля́м и мутакаллимы![23]. Он никогда не связывался с каля́мом и полемикой и не погружался в них, а был саляфи». Это указывает на то, что последователи саляф не занимаются каля́мом и не занимаются диспутами, спорами и т. д., то есть ад-Даракутни никогда не погружался в него, потому что он знал к каким последствиям оно приводит. Это пустые разговоры ни о чём и сеяние сомнений в вещах, которые требуют убеждённости, в которых нет никаких сомнений. Это только запутывание мыслей, введение в замешательство и оставление асаров — преданий от Пророка ﷺ.

Что такое «Каля́м»? Это отказ от асара, то есть от хадиса, преданий от пророка ﷺ и его сподвижников. И поэтому говорит шейх ‘Усаймин: «Вреднее для мусульман, для их ‘акъиды нет ничего, чем этот ‘ильм аль-каля́м», так называемая исламская философия. И многие из крупных специалистов каля́ма в конце своей жизни признали, что всю жизнь они пробыли в заблуждении, они блуждали в этих вещах и перед смертью желали умереть на убеждениях старушек (на религии старушек) — на первоначальном естестве, которая заложена в сердце человека.

У шейха аль-Ислама ибн Таймии есть хорошие слова, он говорит: «Больше всего следует бояться заблуждений в отношении мутавасситъун», — находящихся посередине пути из последователей каля́ма, почему? Потому что тот, кто вообще не вошёл в этот каля́м, он избавлен от него, альхамдулиЛлях. А тот, кто вошёл в него и дошёл уже до крайнего предела, тот понял несостоятельность этого каля́ма и отошёл от него. А опасность угрожает тем, кто на середине пути, которые погрузились в этот каля́м и не дошли ещё до конца, и не поняли его заблуждения, его несостоятельности, но уже в него вошли.

Кому угрожает эта опасность? Тем, которые на середине пути, которые считают себя уже знающими, а на самом деле не утвердились в знании, и для них есть большая опасность, потому что такие люди сами зачастую впадают в заблуждения и вводят в него других. И нам с вами нужно остерегаться этого, не спешить выдавать какие-то фатвы и заключения.

«‘Ильм аль каля́м» — опасное заблуждение. В чём заключается его опасность? Сколько зла принёс он этой умме? О каких вещах он говорит? Несомненно, он затрагивает самые основные вопросы, касающиеся атрибутов Аллаха: кто наш Господь? Касаясь этих вопросов, искажают саму ‘акъиду — основу основ, отрицая шариатские тексты (аяты и хадисы), и делая свой разум (‘акъль) судьей над шариатскими текстами.

Они специально разработали правило, где ‘акъль у них на первом месте, разработали правило по поводу текстов аятов и хадисов об атрибутах Аллаха, делят его на 3 части:

  • Те тексты аятов и хадисов, которые подтверждаются разумом, они их подтверждают, но, не потому что на это указывает Коран и Сунна, а потому что разум их подтверждает, то есть путём разумного объяснения.
  • Аяты, которые отрицает их разум, они без всяких колебаний отрицают.

Вопрос: «Когда они говорят про разум, что они имеют в виду? Настоящий, подлинный, здравый разум, который не отошёл от естества, заложенного Аллахом или про уже извращённый, искажённый, подвергшийся разным влияниям разум?»

Имам Малик говорил: «Хотелось бы мне знать, каким умом можно измерять Коран и Сунну», то есть становиться судьей над Кораном и Сунной, на основании какого ума? И потом он произнёс свои замечательные слова: «Каждый раз, когда к нам будет являться какой-то человек, который более искусен в споре и в приведении каких-то аргументов, чем другой, мы должны будем брать его мнение и оставлять из-за него Коран и Сунну?».

  • Когда разум и не отрицает, и не утверждает. Здесь, в отношении этих текстов они разногласят. У них есть разные течения и направления. Некоторые из них говорят, что нужно признавать только те тексты, на которые указывает разум, если разум указывает на то, что мы не знаем — это нужно отрицать. Другие говорят, если разум не отрицает, значит нужно признавать. Третьи говорят, если разум и не отрицает, и не утверждает, значит нужно воздерживаться в отношении этих текстов.

Откуда взяты эти правила? Разве Аллах ниспослал какой-то довод в отношении этих правил? Разве они подтверждены Кораном и Сунной? Нет! Выдуманные. Посредством этих правил они заблудились сами, впали в замешательство, в сомнения, в растерянность и ввели в заблуждения людей. И ты видишь, как их книги по ‘акъиде строятся на этих правилах, как будто есть аяты и хадисы, которые утвердили для нас эти правила. В действительности эти правила, извлечённые из древнегреческой или древнеиндийской философии.

Последователи каля́ма больше других заблудших сект пребывают в сомнениях перед смертью. Они находятся в мучительных колебаниях: Аллах — субстанция или явление? Аллах — существование Его от Него самого, Сам по себе существует или посредством чего-то другого? Является действующим или не является? Всё это происходит перед смертью, и они умирают, находясь в сомнениях. Да упасёт Аллах от этого.

Говорит автор: «Они и есть Ахлю ас-Сунна ва ль-джама’а, последователи посланника Аллаха . Шейх аль-Ислам ибн Таймия, да смилуется над ним Аллах, сказал: Ахлю ас-Сунна — самые лучшие из мусульман, и они самые лучшие люди в отношении к людям. Так следуйте же этим путём, и не следуйте дорожками, которые отклонят вас от Его (Аллаха) пути».

Кто такие «Ахлю ас-Сунна ва ль-джама’а»? Это те, которые находятся на пути Сунны, то есть на пути пророка ﷺ и на пути джама’а, то есть единой общины. Единая община — сподвижники (сахабы) во времена пророка ﷺ все они находились на одном пути, на одной ‘акъиде, на одном убеждении, на одном манхадже.

Джама’а — единая община. Многие причисляют себя к ахлю ас-Cунна ва ль-джама’а в то время, как они не являются ни последователями Сунны, ни последователями джама’а (единой общины). А являются людьми ереси (бид’а) и раскола, отклонившиеся от пути сахабов (да будет доволен ими Аллах) — это большая проблема. Называют себя ахлю ас‑Сунна те, которые не имеют никакого отношения к ахлю ас-Сунна. И это получило распространение.

Во многих источниках пишут, что ахлю ас-Сунна делится якобы на два вида:

  1. «Муфаввидъа».
  2. «Муаввиля».

«Вот это и есть ахлю ас-Сунна ва ль-джама’а», — говорят они. Но это является грубейшей ошибкой и лживым утверждением, заявлять, что ахлю ас-Сунна ва ль-джама’а делится на «муфаввидъа» и «муаввиля», и этим они причисляют к ахлю ас-Сунна ва ль-джама’а разные заблудшие течения, такие как, аш’ариты, матуридиты и подобные им, и говорят: «ахлю ас-Сунна ва ль-джама’а — это аш’ария, матуридия и саляфия», иногда под саляфитами имеют ввиду «муфаввидъа».

Что подразумевают эти группы? «Муфаввидъа» — те, которые делают «тафвидъ» — буквально означает «препоручение» — это те, которые говорят: «Мы незнаем, что означают эти тексты, в которых упоминаются атрибуты Аллаха», то есть рука Аллаха (йаду Ллах), мы незнаем, что такое «йаду Ллах». Аллах знает, что это такое, мы не знаем и препоручаем знание об этом Аллаху. Так же вознесение над троном (истиуа ‘аля ‘арш) и т. д. — это называется «тафвидъ».

Они заявляют, что тексты об атрибутах Аллаха, знание о них и понимание их нужно препоручать Аллаху и не нужно их понимать. Это очень опасное течение. Потому что самое главное знание о нашем Господе — это наша ‘акъида, это наше убеждение, знание о том, кому мы поклоняемся и как мы будем поклоняться Аллаху. Как же мы будем поклоняться Аллаху, если мы не будем знать кому мы поклоняемся, каков Он [Всевышний Аллах]? А они всё это знание сводят на ноль, говоря: «Неизвестно нам что это означает, смысл этого не ясен».

Самое страшное, что они утверждают, что это был путь саляф ас-салих, что сахаба, последователи, имамы прямого пути: имам Абу Ханифа, Малик, Шафи’, Ахмад, что они были «муфаввидъа» — те, которые препоручали знание о смыслах аятов, хадисов, об атрибутах Всевышнего Создателя Аллаху, якобы заявляя: «Мы не знаем, что они означают». Это чудовищная ложь! Путь саляф — не препоручение знания о смыслах этого Аллаху, не отказ от понимания, нет! Смысл аятов и хадисов об атрибутах Аллаха понятен.

Имам Малик сказал, когда его спросили про «истиуа»: «Не является чем-то неизвестным, все знают арабский язык», что такое «истиуа»? Вознесение, восхождение. Что делает «тафвидъ»? Препоручаем Аллаху знание об образе этого — образ мы не знаем, но смысл мы знаем. Поэтому имам Малик сказал: «Истиуа ма’люмизвестно Что такое, а Как? — это неизвестно, знает только Аллах; верить в это обязательно, спрашивать об этом бид’а» — вот путь саляф. Мы понимаем в соответствии с арабским языком, в его буквальном значении, но образ этого не представляем себе, не знаем какой образ и препоручаем знание об этом только Аллаху.

А этот путь (тафвидъа) очень опасный, почему? Потому что, он лишает нас знания об Аллахе, а что лучше, знание или незнание? Несомненно, знание лучше! Знание всегда выше. Поэтому, когда появляются эти люди, которые говорят: «Мы незнаем, что это означает, вот говорим: йаду Ллах, истиуа, а что это такое незнаем». Тут же приходят философы и говорят: «Вы не знаете, потому что вы джахили, а мы знаем, и мы сейчас вам расскажем, что такое йаду Ллах и что такое истиуа, и как это нужно понимать», и начинают философствовать и истрактовывать.

И вот они говорят, что первая часть — это «муфаввидъа», якобы саляфы были на пути «тафвидъа», то есть препоручения знания о смыслах, отказа от знания, понимания смысла аятов — это явная ложь.

Вторая группа «ахлю ас-Сунна», как они говорят, «муаввиля», — «ахлю ат та-уиль» — это те, которые истрактовывают как-то атрибуты Аллаха и говорят, например, что «истиуа» — завладение, а не вознесение; «йаду Ллах» («рука Аллаха») — это нужно понимать, как «къудра» («мощь») или как «ни’ма» («милость»), «уаджху Ллах» («лик Аллаха») — как сущность Аллаха и т. д., то есть они искажают атрибуты Аллаха и называют словом «та-уиль» хотя это не так. «Та-уиль» буквально — «истолкование», но это не истолкование, а искажение (тахриф).

И говорят они, что путь «ас-саляф» — он более спасительнее, чем путь «аль-халяф» — путь последующего поколения, он более знающ, более крепкий, мудрый. Слова эти чудовищны. Они говорят, что саляф были «муфаввидъа», то есть делали «тафвидъ» и более того говорят, что путь саляф — «аслям» более безопасный, спасительный, но более знающим является путь «муаввиля», который трактует атрибуты — эти слова чудовищны и абсурдны! Путь, который является спасительным, разве он не является и более мудрым? Разве он не является основанным на большем знании? Поэтому сами по себе слова уже абсурдны. Кроме того, то, что они говорят — это ложь. Путь ас-саляф — он есть спасительный (аслям), он есть мудрый (‘алим).

Пусть Аллах сделает нас на этом пути!

Глава 3
Постоянно остерегаться Аллаха

Автор говорит: «Искатель знания должен украшаться, облагораживая себя внешне и изнутри боязнью Аллаха (хашьяту Ллах), бережно относясь к выполнению предписаний Ислама, демонстрируя соблюдение Сунны и распространяя её путём её выполнения и призыва к ней, указывая людям на Аллаха своим знанием, своим поведением, своим деянием, украшаясь мужским благородством, снисходительностью, праведным поведением. Стержнем же всего этого является боязнь Аллаха», и он приводит слова имама Ахмада (да помилует его Аллах), который говорит: «Основой знания является боязнь Всевышнего Аллаха».

Итак, основа знания — это страх перед Аллахом, остерегаться Аллаха. Если ты тъалибуль-’ильм, то ты должен иметь постоянное состояние «Аль-хащья», которое в свою очередь приобретается через знания. «Аль-хащья» — плод знания.

К чему обязывает знание? К тому, чтобы остерегаться Аллаха, и это остережение, боязнь Аллаха, оно в свою очередь является плодом знания. Потому что, если человек не знает Аллаха, то соответственно и не боится Его как подобает. И чем больше человек узнаёт об Аллахе, тем больше у него появляется страх перед Ним, тем больше старается выполнять Его предписания и еще больше сторонится грехов, и воздерживается от ослушания Аллаха. Если основой ‘ильма является хащьяту Ллах, то основа хащьяту Ллах — хорошее познание человеком его Господа. И также познание человеком Господа даёт «мaхабба» — любовь к Аллаху. Увеличивается страх и любовь к Аллаху.

Основой знания является хащьяту Ллах и в свою очередь хащья является плодом познания человеком своего Господа. Человек знает, что Всевышний Аллах взирает на него, что Всевышний Аллах слышит все его слова, что он находится под постоянным наблюдением Всевышнего Аллаха. Вообще, это самое сдерживающее начало, то есть то, что удерживает человека от грехов. Нет ничего сильнее, чем знание человеком того, что Аллах видит его. И нет ничего, что так побуждало бы человека выполнять приказы Аллаха и поклоняться Аллаху, как знание человеком того, что Аллах его видит.

Что такое «аль-хащья»? Чем отличается «хашья» («страх») от «хъауф» («страх»)? Мы говорили, что «аль-хащья» — это непросто страх, а страх, который основан на двух вещах: на знании и на возвеличивании. Поэтому Аллах говорит: «Боятся Аллаха из рабов Его только знающие», потому что «хащья» — это такой страх, который основан на знании о том, кого ты боишься, о Его величии, совершенстве, Его власти. Если человек знает Аллаха по-настоящему, то обязательно в его сердце будет хащьяту Ллах, потому что он знает, что у него есть Великий Господь, Сильный, Могущественный, Который знает всё, что Он делает тайное или явное. Такой человек — знающий, он подчиняется Аллаху наилучшим образом.

‘Уляма говорят: «Разница между хащья и хъауф состоит в том, что хашья — это такой страх, когда боишься величия кого-то, а хъауф проистекает из-за слабости боящегося», то есть хъауф основан на слабости боящегося, а хащья основана на знании того, кого боишься. Хъауф может быть и перед тем, кто и не является великим, например, маленький мальчик боится того, кто постарше. Этот мальчик, который постарше, является великим? Нет! То есть, когда какой-то трусливый человек боится вещей, которые на самом деле ничего из себя не представляют. Поэтому хъауф — основан на слабости боящегося, а хащья — страх, основанный на знании о величии Того, Кого боишься.

В Коране, конечно, Аллах приказывает бояться Его, то есть такое поклонение как «хъауф», об этом сказано: «Не бойтесь их, а бойтесь Меня, если вы верующие»[24], и есть поклонение «хащья» — особый страх, который присущ знающим людям.

Далее автор говорит такие замечательные слова: «Придерживайся боязни Аллаха (хащьяту Ллах) тайно и явно, ибо лучшими созданиями являются те, кто боится Всевышнего Аллаха. Поскольку боятся Его только знающие, значит, лучшим из людей является учёный. Но помни, что учёный считается учёным только в том случае, если он совершает деяния, а совершает деяния в соответствии со своим знанием только тот, чьей постоянной спутницей является боязнь Аллаха».

Он говорит, что поскольку боятся Его только знающие, значит, лучшим из людей является учёный (‘алим). ‘Алим будет ‘алимом только в том случае, если он совершает деяния, а совершает деяния в соответствии со знанием тот, чьей постоянной спутницей является боязнь Аллаха. То есть эти вещи приводят друг к другу, знание приводит к боязни Аллаха, а в свою очередь боязнь Аллаха заставляет совершать деяния, что увеличивает знания человека и он становится настоящим ‘алимом.

Но, конечно, просто ‘алим в значении слова, которого называют «знающий человек», может быть не совершает деяний; просто он ‘алим — противоположность невежде (джахилю). А есть ‘алим в истинном значении. Он имеет в виду здесь, что учёный называется учёным только в том случае, если он выполняет то, что знает. Каких учёных? «Аль-‘уляма ар-раббани», которых Аллах в Коране называет «раббанийюн». Кто такой «‘алимуль раббаний» («набожный учёный»)? Тот, который воспитывает себя, а потом воспитывает других, то есть воспитывает себя в покорности Аллаху, потом воспитывает других в покорности Аллаху.

Автор говорит: «Аль-Хатъиб аль-Багдади, да смилуется над ним Аллах, привёл сообщение с изящной цепочкой передачи, состоящей из девяти отцов. Он сказал: Нам сообщил Абу альФарадж ‘Абдуль-Ваххаб ибн ‘Абдуль-’Aзиз ибн альХарис ибн Асад ибн альЛяйс ибн Суляйман ибн аль-Асуад ибн Суфьян ибн Зайд ибн Укяйна ибн ‘Абдуллах ат-Тамими то, что он запомнил: Я слышал от своего отца, что он услышал от своего отца, а тот от своего отца, а тот от своего отца, а тот от своего отца, а тот от своего отца, а тот от своего отца, а тот своего отца, что тот слышал от’ Али ибн Абу Тъалиба такие слова: Знание зовёт деяние, и если оно не откликается, то оно уходит””», на что это указывает? На то, что если у тебя есть знание, ты должен выполнять то, что ты знаешь. Потому что, если человек не выполняет деяний на основании знаний, которые узнал из религии Ислам, то такой человек будет первым из тех, кем разожжётся Адский огонь в Судный день. Да упасёт Аллах.

‘Алим (знающий), который не совершает то, что он знает, будет наказан прежде идолопоклонников. Если человек не выполняет то, что он знает, не поступает в соответствии со своим знанием, то это знание становиться для него бедой, и он терпит крах и теряет благодать (барака). И если ты знаешь, но не поступаешь в соответствии с приобретённым знанием, тогда в твоём знании не будет барака и оно забудется. Аллах заберёт у тебя это знание.

Доказательство этого в Коране, Аллах говорит: «Из-за того, что они нарушили завет, Мы прокляли их и сделали их сердца чёрствыми, они искажают слова, переставляя их с места на место, и забыли часть того, о чём им напомнили»[25], то есть забыли знание из-за своих грехов, из-за того, что не выполняли завет, который Аллах заключил с ними. Аллах лишает человека благодати знания, если человек не выполняет то, что он знает. А если человек выполняет то, что он знает, поступает в соответствии со знанием, то Аллах увеличивает его знания и добавляет ему «худа» — следование прямым путём, слова Аллаха: «А те, которые идут по прямому пути, Аллах добавляет прямоты, добавляет руководства, увеличивает их знания и увеличивает их богобоязненность»[26].

Если человек делает то, что он знает из религии, поступает в соответствии с этим знанием, тогда Аллах открывает ему дальше то, что он не знал, увеличивая его знания. Поэтому слова ‘Али ибн Абу Тъалиба, которые здесь приведены: «Знание зовёт деяния…», то если деяния отзываются, тогда знание остаётся, а если нет, то тогда знание уходит и оставляет этого человека. И с той точки зрения, что, если ты выполняешь это, то хорошо запоминаешь — это тоже верно.

Приведу пример, человек знает, как правильно совершать намаз по Сунне пророка ﷺ и выполняет это, то соответственно он это запоминает. А если он узнал, как правильно, в соответствии с Сунной совершать намаз, но оставляет это знание, то со временем он забудет.

То же самое Коран: знает Коран, читает, выполняет деяния в соответствии с Кораном или хадисы, знает и выполняет то, что узнал из хадисов, тогда эти знания остаются с ним. Учёные использовали для запоминания хадисов то, что они выполняли то, что узнавали из хадисов. Выполнил хадис — запомнил, не выполнил — забудет. Поэтому, это правило мы должны знать хорошо.

Глава 4
Постоянное осознание надзора Аллаха

Постоянное осознание надзора Аллаха — это называется «Дауам аль-муракъаба».

Говорит автор (да помилует его Аллах): «Необходимо украситься постоянным осознанием надзора Всевышнего Аллаха, как в тайне, так и явно, двигаться к своему Господу находясь между страхом и надеждой, ибо эти две вещи служат мусульманину тем, чем служат крылья для птицы. Устремись к Аллаху всей своей сущностью, и да заполнится сердце твоё любовью к Нему, а язык твой да будет занят поминанием Его, и радуйся установлениям и решениям Пречистого Аллаха и воспринимай их с удовольствием».

Эта глава связана с предыдущей. Четвёртое качество, которое должно быть у тъалибуль-’ильм — «муракъаба». На самом деле одним из плодов хащьяту Ллах — является постоянное осознание надзора Аллаха (муракъаба), то есть постоянное ощущение того, что Аллах за тобой наблюдает. Ты поклоняешься Аллаху полным осознанием того, что Аллах тебя видит.

Перед совершением намаза человек совершает малое омовение (вуду), потому что помнит, что Аллах приказал совершить вуду, сказав: «О те, которые уверовали, если встаёте на намаз, то умойте свои лица и ваши руки до локтей, оботрите ваши головы и умойте ваши ноги до щиколоток…»[27]. Он встаёт совершать вуду, потому что Аллах видит его, потому что Аллах приказал ему и смотрит, как он выполняет Его приказ. Аллах приказал следовать за пророком ﷺ.

Каждый мусульманин должен совершать вуду так, как его совершал пророк ﷺ. Потому, что он сказал: «Тот, кто совершит омовение подобно моему омовению…»[28], а потом упомянул награду за это. И это очень важно.

«Муракъаба» — это основа в праведности деяний. Когда у человека бывают праведные деяния? Когда человек всё время на пути покорности Аллаху? Когда есть «муракъаба».

Самое сильное, что заставляет человека делать деяния на пути Аллаха — это осознание того, что Аллах всё время наблюдает за ним (муракъаба). В свою очередь «муракъаба» берётся от хорошего познания человеком своего Господа, Его имён и атрибутов, Его надзора, осознание того, что ничто не скроется от Аллаха ни на небесах, ни на земле.

Далее автор говорит такие замечательные слова, где он упоминает несколько вещей: любовь к Аллаху. Следуй к своему Господу, находясь между страхом и надеждой, потому что они как два крыла для птицы, то есть он упоминает здесь три вещи:

  • Любовь к Аллаху (аль-махабба);

2) надежда на Аллаха (раджа);

3) страх перед Аллахом (аль-хъауф).

Вот эти три вещи являются обязательными столпами.

Поклоненение имеет свои рукны. Например, некоторые столпы намаза: вступительный такбир (такбиратуль-ихрам), чтение «Аль-Фатиха», стояние (къиям) и т. д. — это внешние рукны этого поклонения.

И у поклонения сердца тоже есть рукны. У каждого поклонения есть рукны внешние, и те, которые в сердце. Что это за столпы, которые в сердце? Это три состояния: любовь, надежда и страх. Обязательно должны быть эти три состояния, то есть ты должен поклоняться Аллаху любя Его, надеясь на Его награду и боясь Его наказания. При каждом поклонении помни о том, что должны быть не только внешние столпы, но и внутренние столпы сердца: поклоняться, любя Аллаха, надеясь на Его награду и боясь Его наказания.

Аллах указывает на это в Коране: «Те, к кому они взывают, они сами ищут приближения к своему Господу»[29], искать приближение к Аллаху — это любовь (махабба), надежда (раджа) надеяться на Его милость (ярджуна рахматаху); страх (хъауф), бояться Его наказания (яхъафуна азаба): «Поистине, наказание твоего Господа неизбежно»[30]. Аллах указывает на эти три столпа, которые в сердце.

В суре «Аль-Фатиха», Аллах указывает нам на эти три столпа: «Хвала Аллаху Господу миров» — восхваляем Аллаха, восхваляем того, Который наделяет нас всеми милостями и, Который обладает совершенством во всём, — это есть любовь. «Всемилостивому, Милующему» — в этом надежда на милость Аллаха. «Властелину Судного дня» — в этих словах страх перед воздаянием. Это рукны поклонения сердца «аркану та’буд аль-къальбия».

Автор говорит: «И идёшь к своему Господу, находясь между страхом и надеждой, потому что они для мусульманина как два крыла для птицы». По поводу страха и надежды автор упоминает одно из мнений, что страх и надежда должны быть одинаковыми, как крылья у птицы. У человека должна быть надежда на милость Аллаха, если не будет надежды, то это приведёт к отчаянию в милостях Аллаха — а это уже неверие (куфр).

Отсутствие страха приведёт к чувству безопасности (амн) от наказания Аллаха, поэтому многие ‘уляма говорят, что они должны быть как два крыла у птицы, одинаковыми. Это мнение имама Ахмада. Если какой-то из этих крыльев начнёт преобладать, то тогда человек погибнет.

Среди ‘уляма есть такие, которые уточняют этот вопрос, и говорят: «В общем, это так, но это зависит ещё от состояния человека». Если ты совершаешь что-то угодное Аллаху, тогда отдай предпочтение крылу надежды (раджа), потому что ты надеешься, что Аллах примет от тебя это поклонение, наградит тебя, возвысит твою степень. Это не значит, что страх должен уйти, но больше перевес в этом случае отдаётся надежде. Если наоборот, душа тянет тебя к греху, ослушанию Аллаха, тогда отдай перевес крылу страха, чтобы не впасть в этот грех.

Другие ‘уляма говорят: «В зависимости от состояния самого человека», то есть положение, в котором он оказался. Ели он оказался в положении болезни или перед смертью, тогда больше должна преобладать надежда, чтобы хорошо думать об Аллахе, надеяться на Его прощение и милость, то есть уйти из этого мира с хорошими мыслями об Аллахе. И если ты болеешь, преобладание отдаёшь надежде, чтобы не впасть в отчаяние.

А если ты здоров и силён? То в таком случае лучше отдать предпочтение состоянию страха, потому что, когда человек здоровый, сильный, то его тянет к совершению грехов. Поэтому и говорят: «О, как могут испортить человека молодость, свободное время и богатство».

Сочетание трёх положений: молодой, здоровый и состоятельный — может нанести великий вред человеку, поэтому в таком состоянии лучше отдавать перевес страху перед наказанием Аллаха. Это очень тонкий вопрос.

Скажем, что в общем, обязательно должны быть и страх, и надежда. Это два крыла, они приблизительно одинаковы, но в зависимости от своего состояния, человек отдаёт перевес тому или этому. Если делает хорошее, то отдаёт перевес надежде, если совершает грех, то больше испытывает страх.

Но надежда всегда должна иметь какое-то основание под собой, то есть не так что человек грешит, упорствует в грехе и говорит: «Ай, ничего, милость Аллаха широка, Аллах простит», конечно же нет! Надежда у человека должна быть в том случае, если у него есть причина для неё, если он делает для этого что-то, если он покорен Аллаху. То есть должна быть причина, на которой эта надежда строится, иначе это будут просто мечтания, это называется “мечта банкрота” (“умнияту муфлис”).

Это вкратце, что касается осознания надзора Аллаха (муракъаба).

Глава 5
Смиренность и отказ от хвастливости и высокомерия

Смирение, отказ от хвастливости и высокомерия — это качество, которым должен быть украшен тъалибуль-’ильм и, о котором он должен помнить всегда. Скромность — это величие для человека. Скромность возвышает человека. Высокомерие, надменность, заносчивость, самомнение — это то, что на самом деле унижает человека, опускает его, хоть он и думает, что это его возвышает.

Говорит автор (да помилует его Аллах): «Укрась себя благопристойными душевными качествами такими, как воздержанность (чистота, целомудрие), сдержанность, терпение, смирение перед истиной, почтенное спокойствие, проявляющимся в степенности, серьезности (уравновешенности), смирении, кротости, переноси смиренность обучения ради величия знания и будь покорным истине». Эти замечательные слова, — совет для тъалибуль-’ильм — человека, который ищет знания.

«Украсься душевными качествами такими как…» и он перечисляет эти качества:

  1. «Аль афаф» — во-первых, может быть воздержанностью в отношении того, что есть у людей. Тъалибуль-’ильм не просит у людей то, что у них есть, он воздержан. Можно подумать, что он богат, потому что он не заглядывается на то, что есть у людей и не просит то, что есть у людей;

во-вторых, «аль афаф» может быть воздержанностью в значении целомудрия и чистоты, то есть этот человек целомудренный и чистый, он оберегает себя от того, чтобы смотреть на запретное (харам).

  1. «Аль-хильм» — сдержанность — это значит, что человек не спешит как-то наказать того, кто поступил в отношении его плохо, не пытается отомстить и проявляет сдержанность.
  2. «Ас-съабр» — терпение, со всеми его тремя видами: терпение в отношении оставления запретного (харама), в отношении совершения того, что приказал Аллах и в отношении перенесения тех испытаний, которые Аллах ему предопределил. Может быть, что тъалибуль-’ильм услышит разные неприятные слова, возможно его будут ругать, будет слышать в свой адрес слова, которые ему неприятны, но он должен проявлять терпение в отношение этого. Может услышать неприятное от своих сверстников, от учителя, но он должен оставаться терпеливым и надеяться на награду от Аллаха.
  3. «Смирение перед истиной», то есть если истина становится очевидной, — подчинись ей, какого бы мнения и мазхаба ты не придерживался до этого, к какой бы группе ты не относился, пусть истина будет для тебя важнее всего.

Шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах) говорит: «Как часто бывает, что для учителя истина открывается через ученика». Иногда ученик может указать учителю на какие-либо вещи в обсуждении того или иного вопроса, и, если учитель истинный тъалибуль-’ильм, если он ‘алим и ему нужна истина — он принимает это даже от того, у кого меньше знаний чем у него. Иногда для учителя открывается истина через его учеников, и, некоторые вопросы, в которых он ошибался. Поэтому говорит шейх ибн Усаймин: «…Ничем не пренебрегай из этого».

  1. «Почтенное спокойствие», которое проявляется в степенности, серьёзности, уравновешенности — это то, что должно быть у тъалибуль-’ильм. Нужно отдаляться от какого-либо легкомыслия, легковесного поведения, будь то в походке или в обращении с людьми, отдаляться от постоянного хохотания, смеха. Для тъалибуль-’ильм эти качества недопустимы, всё это убивает сердце и лишает его степенности, серьёзности.
  2. «Кротость» — тъалибуль-’ильм должен быть скромным, кротким человеком — это качество украшение для него.
  3. «Переноси смиренность обучения ради величия знания», то есть укроти, усмири, унизь свою душу ради обучения, ради ‘ильма, и ты получишь плоды этого — величие знания. Через это украшение своей души, украшение нафса — получишь величие знания. И сказано: «Будь смиренным перед истиной».

Далее он говорит: «Ты должен остерегаться вещей, которые разрушают упомянутые добродетели, ибо они (эти вещи), помимо того, что являются грехом, ещё указывают на недостаток ума и обделённость знанием и деяниями в соответствии с ним. Берегись хвастливости, ибо она есть лицемерие и высокомерие, и предшественники стремились предохранить себя от неё как могли».

Требующий знания должен остерегаться тех вещей, которые противоречат достоинствам, о которых было упомянуто ранее, потому что это будет указывать на недостаток его ума и являться грехом. Это также будет причиной лишения его знания и деяний в соответствии с ним.

И затем он говорит: «Остерегайся хвастливости», — существует такое внутреннее состояние человека, как «самодовольство», которое, когда начинает проявляться в действиях и словах, то становится хвастливостью (аль‑хъуяля). В хадисе от пророка ﷺ передаётся: «Кто волочит по земле подол своей одежды из высокомерия (самодовольства, хвастливости), на того не посмотрит Аллах в Судный день». Значит, самодовольство бывает в сердце, а хвастливость проявляется внешне.

Далее говорит он: «Остерегайся этого, потому что это лицемерие и это высокомерие». Почему хвастливость является лицемерием (нифак)? «Нифак» — это когда у человека внешнее проявление не соответствует внутреннему. Хвастливость — это внутреннее самодовольство, выраженное внешне, и своим хвастовством он преувеличивает свое достоинство, которого нет в действительности, поэтому — это качество является лицемерием (нифак). Как например, человек, который внешне показывает себя верующим, а в душе он не верует в Аллаха, или человек, который показывает себя внешне праведным, а в действительности таковым не является. Также человек, который хочет казаться ‘алимом (знающий), а на самом деле это не так. Это и есть нифакъ.

Итак, хвастливость — это высокомерие и лицемерие, потому что внешне демонстрируется преувеличение того, что есть у человека. От такого качества, как высокомерие, тъалибуль-’ильм должен оберегать себя постоянно и быть на чеку. Поэтому автор говорит, что: «Саляфы защищали себя от этого как могли, прилагая для этого все усилия». Также праведные предшественники говорили: «У знания есть такое же высокомерие, как и у денег», то есть как богатство делает человека высокомерным, так и знания могут сделать человека высокомерным, когда это знание получено не тем, кто достоин этого знания.

Когда такой человек не хочет принимать истину, когда он презрительно относится к людям, считая, что все непременно должны с ним соглашаться, он начинает судить о людях, о сказанных ими словах и т. д., выступая в роли шариатского судьи (къадъия). Ведь суждение — это уже суд, и такой начинает судить не на основе справедливости, а на основе своих страстей из-за своего высокомерия. Кто с ним — тот хороший, а кто не с ним — тот плохой, даже если это человек Сунны и говорит истину.

Аллах сказал Дауду, мир ему: «Не следуй страсти, ибо страсть собьёт тебя с пути Аллаха»[31]. Тъалибуль-’ильм должен быть очень осторожен, так‑как ‘ильм даёт высокомерие, самомнение, а это в свою очередь ведёт человека к своей страсти, и также ‘ильм может дать человеку произвол (тъугъйан). ‘Ильм — должен привести человека к скромности и кротости, а не высокомерию.

И потом приводит он пример (да помилует его Аллах) того, как саляфы остерегались этой вещи, как высокомерие. Так говорит он: «Одним из тонких примеров этого является сообщение, которое аз-Захаби привёл с цепочкой передачи при описании биографии ‘Амра ибн аль-Асуада аль-’Анси» — человек, который застал ещё эпоху джахилии, но он не видел пророка ﷺ то есть этот человек относится к таби’инам (последователям) и из самых выдающихся последователей таби’инов, то есть последователей сподвижников пророка ﷺ. ‘Амр ибн Асуад аль-’Анси, который передавал хадисы от ‘Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах), передал хадисы от ‘Абдуллаха ибн Мас’уда (да будет доволен им Аллах), от Абу ад-Дарды, от ‘Убада ибн ас-Съамита, то есть из выдающихся таби’инов.

Аз-Захаби, при описании биографии ‘Амра ибн Асуад аль-’Анси, который умер в правлении ‘Абдуль-Малика ибн Марвана (да смилуется над ним Аллах), пишет: «Выходя из мечети, он (‘Амр) хватал и держал своей правой рукой свою левую руку. Когда его спросили, почему он это делает, он ответил: Я делаю это, боясь лицемерия со стороны своей руки (что рука совершит лицемерие)». Аз-Захаби сказал: «Он удерживал свою левую руку, боясь размахивания ею при ходьбе, ибо это одно из проявлений хвастливости». Не значит, конечно, что мы тоже должны держать свои руки, но это является примером того, как саляфы боялись хвастовства. И говорит далее: «Таким образом, это препятствие возникало (даже) перед самим аль-’Анси (да смилуется над ним Аллах)». Саляфы боялись в отношении себя, мы тем более должны бояться этой вещи (хвастливости, высокомерия).

Далее он говорит: «Бойся болезни тиранов — высокомерие (джабабира), (кибр), алчность (хирсъ) и зависть (хасад) являются первым грехом, посредством которого было совершено ослушание Аллаха. Твоя заносчивость перед учителем, непочтительность к нему — это высокомерие, твоё пренебрежение тем, от кого ты можешь получить пользу, хоть он и ниже тебя по уровню — высокомерие, а нерадивость в выполнении того, что знаешь — глина высокомерия и показатель обделённости благом», такие вот великие слова.

Итак, он говорит: «Остерегайся болезни тиранов». Какая это болезнь? Это высокомерие. Что такое высокомерие? Кто дал определение понятию высокомерие? Посланник Аллаха ﷺ, который сказал, что высокомерие — это отвержение истины и презрительное отношение к людям. «Батъаруль хаккъ» — когда человек отвергает истину; «Гъамтъу н-нас» — когда человек презрительно относится к людям (надменно, с высока смотрит на них).

Говорит он: «Остерегайся болезни тиранов, потому что высокомерие, алчность и зависть — это первый грех, посредством которого произошло ослушание Аллаха», он имеет в виду шайтана, когда он ослушался Аллаха. Первое из известных нам ослушаний, о котором нам сообщено, — это ослушание Иблиса, когда он ослушался Всевышнего Аллаха, когда Всевышний приказал ему совершить приветственный поклон Адаму (мир ему), но высокомерие, зависть, алчность не дали ему это сделать. Слова Всевышнего: «Что помешало тебе пасть ниц, когда Я приказал тебе?» Иблис сказал: «Я — лучше его: Ты сотворил меня из огня, а его — из глины»[32],это и есть зависть — первый грех, посредством которого было совершено ослушание Аллаха.

Как мы сказали, по мере нашего знания, потому, как нам известно. Потому что до этого тоже было что-то, а Аллах знает лучше. Он (Аллах) сказал ангелам: «Я установлю на земле наместника». Ангелы сказали: «Неужели Ты поселишь там того, кто будет распространять нечестие и проливать кровь, тогда как мы прославляем Тебя хвалой и освящаем Тебя?». Он сказал: «Воистину, Я знаю то, чего вы не знаете»[33].

Почему ангелы сказали такие слова? Откуда они знали, что род человеческий проливать кровь, сеять порчу? ‘Уляма говорят, что ангелы произнесли эти слова на основе того, что знали, что до этого на земле жили общины не из потомков Адама (мир ему), которые сеяли порчу, проливали кровь. Следовательно, какие-то грехи были до потомков Адама (мир ему), но нам об этом неизвестно. Первое ослушание, о котором нам известно — ослушание Иблиса.

И потом автор приводит здесь примеры высокомерия (кибра). Он говорит: «Твоя непочтительность, заносчивость перед учителем — это есть кибрия» — высокомерие заносчивость, надменность, непочтительность к учителю может выражаться как языком, так и действием. В том, как человек реагирует на слова учителя, на какие-то действия учителя. Такой человек может идти с учителем, хвалиться и горделиво что-то рассказывать: «Я и то сделал, и то сделал…» и т. д. Таким образом пытаясь себя возвеличить, проявляя заносчивость. Это пример высокомерия.

Далее он говорит: «Когда гнушаешься ты, пренебрегаешь тем, от кого можешь получить пользу, хоть он и ниже тебя по уровню — это высокомерие», остерегайтесь этого, так-как некоторые искатели знаний попадают в эту страшную ошибку.

Мы не устаем приводить пример, как Хадий ибн Къайс, который приехал в Медину к имаму Малику, чтобы получать от него знания. Когда он приехал в мечеть пророка ﷺ пришёл человек и сел, он сказал ему: «Встань, соверши два ракаата намаза, а потом садись». Тот совершил молитву, потом сел и возле него стали собираться люди, задавать ему вопросы, и удивился Хази ибн Къайс, спросил: «Почему, кто это такой?» ему сказали: «Это же ибн Аби Зи’б — из известных имамов, учёных Медины», и ему тогда стало стыдно, он подошёл и стал извиняться. Что сказал ибн Аби Зи’б? Он сказал: «Ты нам приказал покорность Аллаху, и мы подчинились тебе», и не сказал: «Ты кто такой? Ты знаешь кто я?», поэтому гнушаться, пренебрегать тем, от кого ты можешь получить пользу, пусть он ниже тебя будет по уровню — это тоже высокомерие (гнушаться тем, кто гораздо ниже тебя по положению).

Дальше он говорит такие замечательные слова: «Твоя нерадивость в выполнении того, что ты знаешь — это глина высокомерия и показатель обделённости благом», то есть сама глина, тесто из которого делается высокомерие. Это когда человек не делает то, что он знает, не поступает в соответствии со своим знанием, когда Аллах обучил тебя какому-то знанию. Ты знаешь о том, то, что приказал Аллах, этому обучил нас пророк ﷺ и побудил выполнять, а ты пренебрегаешь, на что это указывает? Пренебрежение — это есть надменность, высокомерие, более того сказано, что это глина высокомерия. Дальше он приводит такое двустишье:

Знание не достижимо для высокомерного,

Так же, как водный поток недоступен для вершин.

Если есть вершина, может ли там водный поток удержаться? Нет! Водный поток стекает вниз; вот также высокомерный человек, — недостижимы для него знания, как для вершины недоступен водный поток. Этот поток стечёт вправо, влево, но там не задержится.

Дальше автор говорит: «Постоянно прижимай свое эго (нафс) к земле, унижай, ломай, усмиряй и укрощай его, как только оно устремит свой взор в сторону высокомерия или заносчивости, или желания быть на виду, или самодовольства … и прочих пороков, убивающих знание, уничтожающих его достоинство, тушащих его свет».

Дальше он говорит: «Чем большее знание ты обретёшь, или чем более высокую должность займёшь, тем усерднее придерживайся этого совета, и тогда ты обретёшь величайшее счастье и степень, которой позавидуют люди». Следовательно, чем больше у тебя знаний, тем больше ты должен усмирять свой нафс. Как только заглядываешься в сторону высокомерия, получаешь какое-то управление, какую-то должность, какую-то власть, руководство, тем больше ты должен принижать свой нафс и переживать за то, чтобы не коснулось твоей души высокомерие и тогда ты обретёшь величайшее счастье и высокую степень, которой позавидуют люди.

И далее он приводит такое сообщение: «‘Абдуллах, сын Бакра ибн ‘Абдуллаха аль-Музани, выдающегося передатчика хадисов, имама, хадисы которого приведены во всех шести сборниках (да смилуется над ними обоими Аллах) сказал: Я слышал рассказ одного человека о том, как мой отец, находясь на ‘Арафате, растрогался и сказал: Если бы меня не было среди этих людей, то я сказал бы, что им прощено””. Это сообщение привёл аз-Захаби, после чего сказал: Так рабу следует унижать своё эго и ломать его».

Подобных сообщений от саляфов передано много. Вот здесь Бакр ‘Абдуллах аль-Музани — выдающийся имам, передатчик хадисов, увидел, как люди на ‘Арафате поклоняются Аллаху, как они взывают к Аллаху горячо. И он, увидев это, растрогался и испугался только одного, чтобы из-за его греховности или его неискренности люди не были лишены того, что было принято от них, и чтобы из-за этого они не были бы прощены, и сказал, что, если бы не я среди них, то им бы было прощено.

Это указывает на их великую скромность, но это не означает, что они впадали в отчаяние в милости Аллаха, что они отдавали перевес этому или у них, было плохое мнение об Аллахе, но они, зная себя, зная свои грехи, свои недостатки — боялись. Когда смотришь в сторону милости Аллаха начинаешь надеяться, но, когда смотришь на себя и на грязь, которая есть в тебе начинаешь бояться и остерегаться, вот из-за этого страха за свои грехи они произносили такие слова.

Сообщается от ‘Али (да будет доволен им Аллах): «Пусть надеется раб только на Аллаха, не надеется на свои деяния, знания и праведность, пусть надеется раб на своего Господа, пусть ничего не боится кроме своих грехов», потому что Аллах не накажет тебя кроме, как за твои грехи, поэтому бояться нужно только своих грехов. Вот из-за такого страха саляфы произносили подобные слова. Как говорит шейх ‘Усаймин «Конечно лучше человеку в таких случаях хорошо думать об Аллахе, особенно когда человек находится на ‘Арафате, там, где люди взывают к Аллаху, со смирением молят Всевышнего. И человеку лучше думать так, что раз Аллах облегчил то, что я добрался до этого места и нахожусь сейчас здесь, то наверно мой Господь примет от меня моё ду’а, примет от меня мой истигфар (просьба о прощении), простит мне мои грехи».

«И сказал Господь ваш: «Взывайте ко Мне, и Я отвечу вам»»[34]. Но как уже сказано ранее, подобные выражения саляфы произносили из-за скромности, не из-за того, что плохо думали об Аллахе, а из-за того, что плохо думали о себе.

Глава 6
Удовлетворённость и аскетизм

Следующее качество, о котором говорит автор (да помилует его Аллах), которым должен быть украшен тъалибуль-’ильм — «удовлетворенность и аскетизм». «Аль-Къана’а ва з-захада». Удовлетворённость — это великое благо. Быть довольным тем, что даёт Аллах — это сокровище, которое не иссякает. Такой человек, когда имеет мало, находится в довольстве, спокойствии, у него нет переживаний, он удовлетворён, и если человек обладает таким качеством, как удовлетворённость (аль-къана’a), то он будет счастлив. А человек, у которого нет удовлетворённости, даже если у него будет много имущества, денег, всё равно будет обеспокоен, встревожен и поэтому несчастливый.

И говорит автор: «Hеобходимо украситься удовлетворенностью и аскетизмом», то есть удовлетворённостью и воздержанным отношением к мирским благам.

И далее он говорит: «Истинный аскетизм (зухд) заключается в воздержании от всего запретного и отдаления от его границ путём отказа от сомнительного, а также в том, чтобы не засматриваться на то, чем владеют люди», вот что такое зухд. Он говорит здесь: «Истинный зухд», в чём он заключается? В воздержании от запретного, отдаления от того, что вокруг харама, отказываясь от сомнительного и от того, чтобы не засматриваться на то, чем владеют люди. Вот эти два качества, которым должен обладать тъалибуль-’ильм.

Ранее мы говорили о таких важных качествах как, — скромность, отказ от высокомерия. Тъалибуль-’ильм обязан украшаться скромностью, отказываться от высокомерия во всём (в одежде, в словах, в походке). Каким образом бороться с высокомерием? Есть только один путь — муджахада, то есть это постоянная борьба и поможет тебе в этой борьбе — искреннее, настоящее, правдивое поклонение Аллаху. А ‘ильм, мы сказали с вами, что это из важнейших видов поклонения Аллаху. Если твой ‘ильм будет искренним и правдивым, то это тебе поможет избавиться от высокомерия. Для человека, который искренне, ради Аллаха, правдиво стремясь приблизиться к Аллаху, получает ‘ильм — это будет главным подспорьем в избавлении от высокомерия.

Аль-Къана’а ва з-захада — это когда обычный человек или тъалибуль‑’ильм удовлетворён тем, что даёт ему Аллах, это очень важно для него и обязательно. У него не должно быть желания оказаться в рядах богатых людей, тех, которые купаются в роскоши, потому что некоторые тъалибуль‑’ильм, к сожалению, ищут возможности и стремятся оказаться среди богатых, среди людей аристократов, у которых есть роскошь. Поэтому видишь, как этот человек, хоть и тъалибуль-’ильм, много расходует на еду, на питьё, на одежду, на комфортную мебель — во всём этом, он стремится быть на уровне богатых людей и зачастую из-за этого тъалибуль-’ильм находится в больших долгах…

На самом деле это ошибка, тъалибуль-’ильм не должен быть таким! Качество тъалибуль-’ильм — это удовлетворённость тем, что даёт Аллах. Из лучших сокровищ, которые могут быть даны человеку, лучшая провизия для мусульманина — это удовлетворённость тем, что даёт Аллах. Это настоящее счастье.

А потом он разъясняет, что такое аскетизм? Говорит: «Аскетизм (зухд) — это оставить харам, отдалиться от хима — от того, что вокруг харама, отказаться от сомнительного (муштабихат), и не заглядываться на то, что есть у людей». Зухд, на самом деле, как описал автор — больше подходит для такой вещи как набожность (аль-вара’). Зухд выше, чем вара’.

Чем отличается набожность от аскетизма? Набожность (аль-вара’) — это, когда человек оставляет всякий харам, муштабихат, то есть то, что может ему навредить в этой жизни, а аскетизм (аз-зухд) выше, потому что — это уровень, когда человек отказывается не только от того, что может навредить в этой жизни, но отказывается ещё и от того, что не приносит пользы в вечной жизни (ахъира), то есть от каких-то вещей, связанных с этим земным миром, которые не принесут ему пользы в вечной жизни. Получается, что аз-зухд уровнем выше и включает в себя аль-вара’.

Далее он приводит слова имама аш-Шафи’и (да помилует его Аллах): «Если некто завещает своё имущество самому умному человеку, то следует отдать его аскетам», то есть тем людям, которые воздержаны в отношении мирского, которые не занимаются тем, что не принесёт им пользы в вечном мире, и, само собой, которые оставляют харам и оставляют сомнительное. Посмотрите на слова имама аш-Шафи’и (да помилует его Аллах), что они означают? То, что человек завещает такую-то долю своего имущества самым разумным из людей.

Завещание не может быть боле «и трети много», как сказал пророк ﷺ. Потому, что имущество будут наследовать наследники, которых упомянул Аллах в Своей Книге и пророк ﷺ в Сунне. Но какую-то часть имущества человек может завещать не наследникам — это называется «васъия». Наследникам завещание не записывается, потому что наследники и так получают свою долю, которую Аллах им определил, но какую-то долю человек может завещать кому-то, не из числа наследников, эта доля — треть или менее того.

Итак, допустим, человек написал васъия: «Завещаю своего имущества самым разумным из людей. Кто этот самый разумный из людей? Имам аш-Шафи’и говорит: «аз-захид» (человек, который воздержан от мирского) — это и есть самый умный из людей. Это указывает на достоинство зухда, скромности, воздержанности в отношении мирского.

Дальше он приводит слова Мухаммада ибн аль-Хасана аш-Шайбани — это один из учеников имама Абу Ханифы. Есть два известных ученика имама Абу Ханифы: Абу Юсуф и Мухаммад ибн аль-Хасан аш-Шайбани (да помилует ихАллах).

Когда Мухаммада ибн аль-Хасана аш-Шайбани (да помилует его Аллах) спросили о том, не собирается ли он написать книгу о зухде (аскетизме)? Он сказал: «Я уже написал книгу о торговле». Обрати внимание на эту великую просьбу. Его попросили написать книгу о зухде, о воздержанности в отношении мирского, о том, кто такие захиды. Автор сказал: «Истинный захид — это тот, который оставляет харам и оставляет сомнительное, не привязывается к мирскому, и не заглядывается на то, что есть у людей». — Это и есть захид? Захид — это не тот, который носит одежду из шерсти, и не ест ничего, кроме сухого чёрного хлеба, и спит циновке. Нет!

Поэтому, когда Мухаммада ибн аль-Хасана аш-Шайбани попросили написать книгу о аскетизме и т. д., он сказал, что написал уже книгу о торговле. Что это означает? Я написал книгу о торговле, о постановлении торговли, что является дозволенным (халяль) в торговли, а что является запретным (харам). Если человек изучит эту книгу и будет поступать в соответствии с ней, то он и будет захидом, он тот, который будет оставлять харам, будет оставлять сомнительное, — это и есть захид, это и есть аскет.

Также важное указание на то, что невозможно быть захидом, если у тебя нет ‘ильма. Как ты будешь захидом, если у тебя нет знаний в отношении харама, как можно бояться, остерегаться чего-то если ты не знаешь?! Поэтому эти люди, которые не интересуются шариатскими знаниями, но говорят: «Зачем нам знания, если мы аскеты», не могут быть аскетами. Если у человека нет знаний, то он будет совершать запретное сам того не понимая, поедать харам сам того не понимая.

И сколько людей на самом деле, которые годами занимаются запрещёнными исламским шариатом торговыми сделками, но при этом оставляют то, что Аллах сделал халялем, отказываясь, говоря: «мы — захиды», но при этом долгие годы совершают харам сами того не зная.

Поэтому, эти замечательные слова Мухаммада аль-Хасан аш-Шайбани, когда ему сказали напиши книгу о зухде, он сказал, что уже написал книгу о торговле. Он (да помилует его Аллах) имел в виду, что аскетом является тот, кто остерегается всего сомнительного и нежелательного в торговле, а также во многих других взаимоотношениях и ремёслах. Если человек занимается каким-то ремеслом, родом занятий, какими-то взаимоотношениями — он обязан изучить постановления Шариата (хукмы): что является запрещённым, а что дозволенным.

Шейх Бакр Абу Зайд говорит: «Так пусть же искатель знания будет умеренным в своём материальном быту, так чтобы не опорочить себя, оберегая себя и тех, кто находиться на его содержании и избегая того, что может стать причиной унижения и бесчестия». То есть, если тъалибуль-’ильм будет умеренным в своём быту, он убережёт себя, свою честь, своих домочадцев от того, что может стать причиной унижения и бесчестия.

И дальше он говорит: «Наш шейх Мухаммад аль Амин аш-Шанкъитъи, скончавшийся в 1393 году хиджры, был весьма неприхотливым и довольствовался в этом мире малым. Я видел, что он даже не разбирался в достоинстве и видах бумажных купюр. Как-то раз он поделился со мной, сказав: Когда я приехал из земли Шанкъитъ, со мной было сокровище, которым мало кто обладает — неприхотливость (къана’) и умеренность. Если бы я захотел должностей и постов, то смог бы их добиться, но я не могу отдать предпочтение земной жизни перед жизнью вечной, и я не променяю знание на земной удел». Бакр Абу Зайд делает дуа за своего учителя: «Пусть Аллах дарует ему обширную милость! Аминь!».

Это, что касается аскетизма (зухда) и неприхотливости (къана’). Тъалибуль-’ильм должен украшаться этими качествами, которые строятся на знании.

Кто-то скажет, что шейх аш-Шанкъитъи хвалит себя, произнося такие слова. А Аллах говорит: «Не хвалите самих себя, Он (Аллах) лучше знает богобоязненных»[35]. Но мы должны с вами понимать, что аш-Шанкъитъи и подобные ему учёные такого уровня ни в коем случае не имеют намерения хвалить самих себя. Если подобные слова мы слышим от учёных, когда они рассказывают что-то о себе, что является как будто похвалой, на самом деле, мы должны понимать, что они это делают, чтобы нам с вами принести пользу, то есть передать нам, научить нас этому, чтобы мы последовали этому примеру, и были на этом пути. Эти люди были самыми далёкими от того, чтобы хвалить самих себя. Шейх аш-Шанкъитъи (да помилует его Аллах), как свидетельствуют все учёные, был из настоящих аскетов, настоящих людей, которые жили этим «зухдом».

Шейх ибн аль-’Усаймин говорил: «Если бы ты на него посмотел, можно было подумать, что это простой человек из ахлю-бади», то есть бедуинов; «на нём была простая одежда (накидка), без всякой роскоши и, вообще, он не заботился о какой-то роскоши, о каком-то ублажении себя и своего тела. Он был очень аскетичным человеком».

Глава 7
Украситься великолепием знания

Что такое «Раунакъ»? Значит зиина (красота), великолепие, прелесть.

Говорит он: «Украситься великолепием знания», потому что знания, как мы с вами говорили, должны человеку внушить такие качества, которые являются для него украшением. Не случайно, эта книга так и названа: «хильяту тъалибиль ‘ильм» — украшение искателя знания. Поэтому предшественники уделяли огромное внимание этому, — обучению людей этим прекрасным качествам, которыми должен быть украшен тъалибуль-’ильм. Посвящали этому очень много времени. Заостряли внимание на отдаление от вещей, которые не совместимы с качествами, украшающими тъалибуль-’ильм.

Как говорит (да помилует его Аллах): «Украситься великолепием знания — значит обрести добропорядочное поведение, благообразные манеры. К ним относятся постоянное спокойствие, уравновешенность, серьёзность, кротость, скромность, приверженность правильному пути, выражающееся в совершенствовании, облагораживания себя изнутри и снаружи, избавление от вещей, которые его нарушают». С одной стороны, ты должен украшаться всеми этими прекрасными качествами, а с другой стороны отдаляться от всех вещей, которые их нарушают.

От ибн Сирина (да смилуется над ним Аллах) передано: «Они учились правильному поведению прежде, чем учились знанию». Такие великие слова о праведных предшественниках. Они (да смилуется над ними Аллах) учились правильному поведению, которое должно быть у тъалибуль-’ильм прежде, чем они учились знанию.

И из пороков и изъянов обучения нынешнего времени, то, что сначала человек учит разные науки из языка, из каких-то прикладных наук и только потом что-то из адабов тъалибуль-’ильм, из правильного поведения, хотя должно быть наоборот.

Эта глава является продолжением предшествующих глав, потому что в предшествующих главах говорилось об этом: о хорошем поведении, благонравных манерах, спокойствии, серьезности, скромности, смиренности, которая должна быть у тъалибуль-’ильм. Всё это уже было указано. Автор повторяет это ещё и здесь, потому что это очень важно для тъалибуль-’ильм. Если что-то является важным, то это повторяют часто.

Почему важно учить религию из уст ‘уляма, по их книгам, по толкованиям (шархам), которые они делают? Потому что когда человек сам начинает изучать религию, он начинает с того, что является интересным для него, то, к чему склоняется его душа и при этом это может быть не так важно, главное начинать с более важного, но он выхватывает то, что ему интересно и происходит перекос. Он не формируется как настоящий тъалибуль-’ильм и настоящий мусульманин, потому что он оставляет что-то более важное и берётся на менее важное. Поэтому необходимо брать ‘ильм от ‘уляма, от людей знания, потому что они направляют тебя к тому, что наиболее важно.

О том, что важно, они говорят много, обратите внимание, если ‘уляма говорят и повторяют о чём-то много, значит это важно. Потому что, если, тъалибуль-’ильм, если не будет украшен этими качествами, то он не сможет быть примером для людей. Поэтому эти слова, из лучших слов, которые сказаны по поводу адабов тъалибуль-’ильм, о нормах благопристойности, которыми он должен обладать.

Далее он говорит: «От Раджа ибн Хайуа (да смилуется над ним Аллах, передано), что однажды он сказал некому человеку: Расскажи нам хадисы, но не рассказывай их со слов нерадивых и поносителей», то есть мы не хотим брать ‘ильм от нерадивых и людей, которые занимаются поношением других, которые не исполняют то, к чему обязывает знание и не имеют качеств знания!

Далее он говорит: «Приведя эти два сообщения»: первое от ибн Сирина, что они учились поведению правильному прежде, чем учились знанию, а второе сообщение от Раджаба ибн Хайуа, который сказал человеку: «Расскажи нам хадис, но не рассказывай от нерадивых и от поносителей».

«Приведя эти два сообщения в “аль-Джами’”, аль-Хатъиб сказал: “Человек, изучающий хадисы, должен сторониться игр и забав, неприличного и легковесного поведения в собраниях, произнося несуразности, смеясь и хохоча, рассказывая много анекдотов и забавных историй, постоянно и много. Можно позволить себе пошутить при условии, что шуток немного, что они остроумны и изящны и не переходят за грань благопристойности и знания. Если же шутки непрерывны, чрезмерны, неприличны, глупы или же обижают людей и ведут к плохому, то они порицаются. Если человек много шутит и смеется, это уменьшает его достоинство и лишает его благородства». Ведь не зря говорится: «Когда делаешь что-то часто, становишься известен этим». Тот, кто делает что-то часто, становится известен этим.

Замечательные слова. Тъалибуль-’ильм должен сторониться этих забав, если только что-то не поощряется в Шариате или не указывается на это: потому что пророк ﷺ сказал: «К пустым развлечениям не относятся только 3 вещи», (в некоторых риваятах — это 4 вещи):

  • «когда человек воспитывает свою лошадь (то, что полезно для джихада на пути Аллаха;
  • его отношения с женой;
  • когда он бросает стрелы;
  • плавание» (в некоторых версиях).

То есть это те вещи, которые имеют какую-то пользу на пути Аллаха. А всё остальное тъалибуль-’ильм должен избегать, такой вещи как пустое времяпрепровождение (аль’абас), то есть, делать какие-то вещи, в которых нет пользы или говорить какие-то слова, в которых нет нужды.

Когда человек начинает вести себя несерьёзно в собраниях, произносить какие-то несуразицы, нести глупости, смеяться, хохотать, рассказывать много анекдотов, особенно если это происходит при простых людях, то таким образом он дискредитирует самого себя, он роняет себя в глазах людей — это значит, что они не будут уже испытывать в отношении него почтительности. Если они не будут испытывать почтительности в отношении него, то они не будут испытывать почтительности в отношении знания, носителем, которого он является.

Поэтому нужно остерегаться чрезмерного смеха и хохота, много шуток и забавных историй, потому что это роняет достоинство тъалибуль-’ильм в глазах людей, особенно в глазах простых людей и они уже не будут испытывать почтительности к вам и вашему призыву.

Если это происходит в кругу близких друзей, то там ситуация немного полегче, но если при простых, малознакомых людях тъалибуль-’ильм позволяет себе чрезмерность в этих вещах, то это плохо и приводит к плохим последствиям. У людей должна быть почтительность к искателю знания, не потому что ему нужно внимание, не потому что он высокомерен, а потому что он является носителем знания, и это необходимо из-за почтительности к этому знанию.

Это не означает, что он должен быть хмурым и не допускаются какие-то шутки, нет! Пророк ﷺ шутил, но шутки должны быть в строгих рамках. Как говорили ‘уляма, пример того, сколько надо шутить — как «соль в пищу», сколько соли можно в пищу добавить? Немного! Вот так и шуток, — не должно быть много, иначе этой несерьезностью он роняет себя и лишает почтительности, а значит и знания, которыми обладает.

И говорит он: «Если человек много шутит и смеется, то это уменьшает его достоинство и лишает его благородства. Ведь не зря говорится, кто делает что-то часто, становится известен этим». То есть если тъалибуль-’ильм постоянно предаётся каким-то забавам или пустословию, смеху и шуткам, он становится известен этим. Люди говорят: «Да, это тот, который всегда смеется, который всегда шутит, всё время забавляется». Он становится известен этим, и соответственно уже люди не испытывают к нему почтение и не берут от него его слова и его знания. Поэтому говорит: «Остерегайся этих ошибок в своём общении и в своих беседах. Некоторые, которые не обладают знанием, принимают чрезмерность в этом за простоту и широту души». Они говорят: «Много смеяться, много шутить — это указывает на то, что человек простой, что у него такая душа», нет! Наоборот, это указывает на легкомыслие и ведёт к тому, что человек роняет себя в глазах людей, поэтому в этом нет ничего хорошего. Шутки строго в рамках, о которых мы с вами сказали.

Передано, что аль-Ахнаф ибн Къайс сказал: «Отдаляйте от наших собраний разговоры о женщинах и еде. Я ненавижу мужчину, который постоянно описывает, чем занимаются его половые органы или чрево». Как часто тъуллябуль ‘ильм сидят и ведут разговоры о женщинах или разговоры о еде, что приготовили, что вчера поели. Сидит тъалибуль-’ильм и говорит: «Вот вчера я наелся до отвала, вот вчера ели то-то и то-то», начинает описывать. Все разговоры в основном об этом: еда или женщины. Это не пристало тъалибуль-’ильм. Ещё хуже, когда начинает рассказывать о женщинах, что бывает между ним и его женой, из отношений.

Пророк ﷺ сказал: «Из самых скверных людей перед Аллахом в Судный день будет человек, который устремляется к своей жене, а она к нему, а потом он рассказывает о её тайнах»[36].

Кто-то спросит: «А в футбол играть?» Мы сказали, тъалибуль-’ильм не подобает пустое времяпрепровождение, пустоделие, пустословие. Входит ли в это игра в футбол? ‘Уляма говорят, что можно играть в футбол (и подобное ему), но есть условия (шарт):

  • соответствующая одежда, — он должен прикрыть те места, смотреть на которые посторонним запрещено. Многие, которые играют в футбол, носят короткие трусы или какую-то одежду, которая открывает их бёдра и те места, которые не дозволено показывать посторонним;
  • не должно отвлекать человека от ваджиба, от выполнения обязанностей перед Аллахом, затем перед рабами Аллаха, вменённые ему Аллахом;
  • не должно сопровождаться руганью, перебранкой и оскорблениями, и такое происходит часто. Люди начинают кричать друг на друга, оскорблять друг друга, обзывать;
  • игра не должна стать для человека привычкой. Как многие люди, которые постоянно играют в футбол, все их мысли и разговоры о футболе.

Итак, 4 условия. Если иногда человек играет, чтобы немного развеяться, то в таком случае можно. Тем более, что игра в футбол — есть в этом польза, потому что это бодрит тело, это физическая активность, укрепляет тело. Но у тъуллябуль ‘ильм положение особое. Это не значит, что тъуллябуль ‘ильм, вот так перед людьми, в любом месте берут мяч и начинают его гонять. Конечно, это не так. Можно поиграть в соответствующем месте; например, куда-то выехали на природу, можно поиграть в мяч, нет в этом проблем. В таком случае это не умоляет достоинства тъалибуль-’ильм.

Далее говорит автор: «В письме человека, которому внушались правильные решения — повелителя правоверных ‘Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах), посвящённому судопроизводству, говорится: Тот, кто украшается чем-то, чем он не обладает, того обесчестит Аллах. Познакомься с разъяснением этих слов, которое дал ибн аль-Къаййим (да смилуется над ним Аллах)».

Так говорит он в письме, человеку, которому внушались правильные решения — Умару ибн аль-Хаттабу (да будет доволен им Аллах), потому что пророк ﷺ сказал: «Если и есть среди вас такие, которым внушаются правильные решения, подобные тем, которые были в предшествующих общинах, то в моей общине это ‘Умар ибн аль-Хаттаб, (да будет доволен им Аллах,)», то есть. Аллах внушал в его сердце правильные решения.

Некоторые люди озадачиваются, когда слышат это, говоря: «Получается, что Умар — лучший из сахаба? А как же Абу Бакр?! Он же лучший в этой общине». Пророк ﷺ говорит: «Если среди вас есть такой, — то это ‘Умар». Шейх аль-Ислам ибн Таймия дал прекрасное разъяснение этого вопроса, он сказал: «Это не означает превосходство ‘Умара над Абу Бакром, во-первых, потому что он получал это через посредничество (ангел внушал его сердцу), а Абу Бакр без посредничества», то есть Абу Бакр, по своей природе был таким, что его решения были правильными, а Умар получал правильные решения через посредника. И даже с этой точки зрения Абу Бакр выше и лучше по своему положению, чем Умар, (да будет доволен ими обоими Аллах), и чем все мусульмане, за исключением пророка ﷺ.

Если посмотреть на решения Абу Бакра в самых сложных ситуациях, то мы видим превосходство Абу Бакра, потому что он был ближе к истине, чем Умар, например, подписание перемирия (Худайбийского мира), когда пророк ﷺ подписал с неверующими договор, в котором были условия, как казалось для мусульман унизительными. Умар не смог смириться с этими условиями. Он пришёл к пророку ﷺ и стал обсуждать это с ним ﷺ отговаривать пророка ﷺ от этого договора. Пророк ﷺ дал ему на это ответ, после этого он пошёл к Абу Бакру и стал с ним обсуждать это. Абу Бакр дал ему ответ “буква в букву”, в точности такое же, какое ему дал пророк ﷺ — это указывает на превосходство Абу Бакра (да будет доволен Аллах ими обоими). В такой сложной ситуации, когда был заключен такой договор для мусульман, казалось, что это очень унизительные условия, это сильно поколебало многих, а позиция Абу Бакра в этой ситуации была правильной, и он произнёс такие же слова, как и пророк ﷺ.

Другой пример: смерть пророка ﷺ. Когда умер пророк ﷺ Умар стоял с мечом и говорил: «Не умер Мухаммад, он просто ушёл, как ушёл Муса для встречи со своим Господом, он вернётся, и кто будет говорить, что он умер! …», размахивая мечом и пугая людей. Самого Умара (да будет доволен им Аллах), при его стойкости и силе, это известие очень сильно подорвало. А Абу Бакр (да будет доволен им Аллах) в этой ситуации проявил самую правильную, взвешанную позицию.

Ещё пример: война с вероотступниками. ‘Умар стал говорить Абу Бакру (да будет доволен Аллах ими обоими), что это всё-таки мусульмане, как с ними воевать и т. д.; Абу Бакр сказал: «Я буду воевать»; и тогда ‘Умар сказал: «Я понял, что это не иначе как от Аллаха, и что Абу Бакр прав».

Ещё один пример: снаряжение войска ‘Усамы бин Зайда Абу Бакром. Пророк ﷺ незадолго до своей смерти назначил его командовать армией и собирался отправить его в Шам и в числе его подчинённых был и ‘Умар и другие сподвижники (да будет доволен ими Аллах), но армия не успела выступить в путь из-за смерти пророка ﷺ. Кто сделал это, несмотря на всю эту ситуацию, которая была? Абу Бакр (да будет доволен им Аллах).

Конечно, Умар более известен людям, так-как его правление было продолжительнее. Много разных примеров и поэтому проявилось мудрость ‘Умара (да будет доволен им Аллах) во многих ситуациях. И поэтому он более известен для мусульман.

Но мы учили одно важное правило. «Превосходство в чём-то конкретно, не означает общее превосходство». Да, особенностью ‘Умара (да будет доволен им Аллах), было то, что он был тем, кому внушались правильные решения. Давайте вспомним с вами, кто передал больше хадисов? Абу Хурайра или Абу Бакр? Абу Хурайра! И вне всякого сомнения, что Абу Бакр выше по положению, чем Абу Хурайра (да будет доволен ими Аллах). Абу Бакр прожил недолго после смерти пророка ﷺ. Он был занят управлением государства, многими важными делами мусульман, общими и частными, поэтому он не имел возможности много передавать хадисов, хотя конечно, он знал больше хадисов, чем Абу Хурайра, потому что он всё время находился рядом с посланником Аллаха ﷺ.

Это ответ на возникающую сложность понимания у некоторых, «Как так, почему ‘Умар лучше Абу Бакра (да будет Аллах доволен ими обоими)?!». Как мы с вами выяснили, Абу Бакр обладает превосходством над всеми остальными сподвижниками (да будет доволен ими Аллах).

Итак, в этом письме сказано: «Тот, кто украшается чем-то, чем он не обладает, того обесчестит Аллах», опозорит Аллах. Истина такова — это великие слова. Если человек изображает из себя требующего знания, а на самом деле он не таков — не обладает качествами, внутренними и внешними, которыми должен обладать требующий знания, он не боится говорить о сложных вопросах, и какой бы вопрос ему не задали, он быстро засучивает рукава и начинает отвечать, говоря: «Я знаю ответ; это — халяль, а это — харам», и начинает подробно разъяснять какие-то вопросы. Подходит к нему искатель знания небольшого уровня и говорит ему: «Ответь мне на такой-то вопрос, пожалуйста», и вот мы видим, как он, который выдавал себя за обладателя знания не может дать ответ на простой вопрос, хотя, если послушать его, как он рассказывает о себе: «Сидел я у такого-то шейха, такие-то книги читал и т. д.», и думаешь, что он действительно обладатель знания, а на самом деле когда ему задают простой вопрос, он не может дать на него внятный ответ и выясняется, что нет у него знаний.

Некоторые люди так же пытаются выставить себя поклоняющимися, праведными. Обязательно будет так, что Аллах раскроет, опозорит такого. Поэтому сказано: «Каким бы плохим качеством не обладал человек, хоть он и думает, что оно скрыто от людей, но люди всё равно об этом узнают». Как бы они не скрывали, Аллах знает, что скрыто в их сердцах и человек может быть опозорен. Для чего это сказано? Это предостережение для нас всех от ‘Умара ибн аль-Хаттаба, и обязательно для нас, сверять все свои дела с этим, чтобы не украшаться тем, чего у тебя нет на самом деле.

И говорит он: «Посмотри шарх на это у ибн аль-Къаййима». Ибн аль-Къаййим дал разъяснение этому положению, когда люди изображают из себя тъалибуль-’ильм и знающих, но на самом деле они таковыми не являются.

Глава 8
Украситься благородным приличием

Следующее качество, которым должен быть украшен обладатель знания, о котором говорит автор (да помилует его Аллах): «Укрась себя благородным приличием. Укрась себя благородством и теми качествами, которые к нему побуждают. Сюда относятся: благонравие, приветливость, радушие, распространение приветствия миром, перенесение доставляемых людьми неприятностями, достоинство, лишённое надменности, величие, лишённое заносчивости, храбрость без слепого фанатизма, пыл, горячая приверженность делу, рвение, но не в невежестве».

  • «Аль-муруа», здесь автор говорит об этом качестве, которым должен быть украшен тъалибуль-’ильм. Что такое «аль-муруа»? Понятие известное в Исламе, известное мусульманским учёным, специалисты фикъха дают определение «аль-муруа». Обычно даётся определение понятия муруа в «Китабу ш-шахадат», то есть в книге, в разделе о свидетельстве. Муруа — это когда человек делает всё то, что его украшает, то, что его облагораживает или наоборот, сторонится всего, что может как-то его замарать, дискредитировать — это и есть «аль-муруа».

Если вас спросят, что такое «аль-муруа»? Скажите: «Это такое качество, которое заключается в том, что человек делает всё то, что его украшает, облагораживает и наоборот сторонится всего того, что его марает, дискредитирует», — это такое общее понятие. Всё, что перед людьми тебя украшает, возвышает, то, что становится причиной для похвалы и хорошего мнения о тебе — это называется муруа.

Даже если это не относится к поклонению, — это муруа. Может быть, что какое-то деяние не относится к поклонению, нет никаких аятов, хадисов по этому поводу, но в обществе принято считать, что это признак благородства, признак благородного приличия, иначе говоря: «аль-муруа» — это благородное приличие.

Есть какие-то вещи, которые не совместимы с муруа (с благородством, с благородным поведением, благородным приличием) хотя, в принципе, эти вещи не являются харамом, но тъалибуль-’ильм должен их сторониться, потому что в обществе это считается неприличным и несовместимо с благородством. Некоторые тъалибуль-’ильм, когда им делают замечания, говоря: «Не делайте этого. Это некрасиво. Это неприлично. Это не совместимо с высоким поведением», они отвечают: «Это же не харам. Приведи мне довод, что это харам». Человек не понимает, что из-за того, что он делает подобные вещи, он пачкает себя, дискредитирует, лишает достоинства себя и свои знания, тем самым он лишается доверия людей и лишается принятия от него знания, люди не станут принимать от него знания и наставления.

«Аль-муруа» — это, когда ты отдаляешься вообще от всех дел, всех слов, которые каким-либо образом порицаемы.

Автор (да помилует его Аллах) приводит пример вещей, которые относятся к муруа, то есть это понятие широкое. И первое, что он упоминает — это «макаримуль-ахълякъ» благородные нравственные качества (каждый раз в этой книге), чтобы мы с вами понимали важность этого. Благонравие — понятие обширное, которое включает в себя все слова и дела, являющиеся похвальными. Среди них — это проявлять уступчивость и прощение; это хорошо, но означает ли это, что уступчивость и прощение должны быть абсолютными, неограниченными и постоянными? Нет. Человек, на самом деле считается обладателем благонравия тогда, когда он ведёт себя правильно и соответственно, когда ему присуще уступчивость и прощение там, где это уместно, и также решительность и твердость там, где это уместно.

Потому что религия Ислам — находится посередине. Ислам в общем занимает позицию умеренности, середины; и он находится в середине между исламской нравственностью и требованиями Ислама; между этой уступчивостью и прощением (потому что если полностью будет только прощение, то это приведёт к попиранию прав людей) — это с одной стороны и с другой стороны — решительностью и строгостью, потому что это может привести к несправедливости.

Простой пример: такая вещь как «аль-къисъас», что такое «аль-къисъас»? Къисъас — это когда за преступление, совершённое против тела человека, против его здоровья (например, убийство) или, когда калечат какой-то орган и т. д., когда за эту душу производится отмщение, и казнится убийца — это къисъас.

Шейх ибн Усеймин (да помилует его Аллах) приводит пример из тех установлений, которые были у бану Исраиль. Сообщается, что бану Исраиль поделились на две части в этом:

1-я — это те, у которых казнь была обязательна и у родственников не было никакого выбора: они не имели право прощать (т. е. родственники убитого). Это в общем Шариат Таурата (Тора), который больше склонялся к строгости;

2-я — это требование прощения. Нельзя было требовать отмщения, нельзя было требовать къисъас, обязательно родственники должны были простить.

Шариат Ислама в этом вопросе посередине. Серединность заключается в том, что у родственников есть выбор, если хотят, то могут потребовать у правителя казни для убийцы, если хотят они могут простить за выкуп или же бесплатно; то есть у них есть выбор. Мы приводим это в качестве примера для того, чтобы было понятно, что такое благородные нравственные качества.

Понятие «Тассамух» — это прощение, уступчивость и т. д., когда человек проявляет эту уступчивость и прощение там, где уместно, а там, где нужно проявить твёрдость и решительность там проявляет твердость и решительность.

Пример «къисъаса», если произошло убийство. Когда у человека (речь идёт о родственниках убитого) есть выбор, но ему следует выбрать тот из вариантов, который соответствует общей пользе в интересах мусульман и отдать этой общей пользе предпочтение. Например, если этот убийца — какой-то, злодей. Предположим, что родственники убитого — нуждающиеся люди, и они говорят: «Что делать? Лучше простим». Мудро ли это? Нет! В этом случае им следует взять во внимание общие интересы и отдать им предпочтение. «Тот, кто откажется от чего-то ради Аллаха, тому Аллах даст взамен лучшее». Лучше вы откажитесь от «дия» («выкуп»). В данном случае требуется проявить твёрдость.

Шейх аль-Ислам ибн Таймия придерживался мнения имама Малика (да помилует его Аллах) о том, что, если произошло убийство, которое называется «аль-къатль гииля», в данной ситуации родственники не имеют права прощать, и что къисъас обязателен.

«Аль-къатлю гъииля» — это вероломное убийство, совершённое при обстоятельствах, когда убитый чувствовал себя в полной безопасности; то есть он не ожидал от убийцы, что он посягнёт на него. Например, жена убивает мужа на супружеском ложе или муж убивает жену, или брат убивает своего родного брата, или какой-то родственник убивает какого-то родственника у себя дома, или человек убивает своего гостя у себя дома — это называется «аль-къатлю гъииля». Когда человек чувствует себя в безопасности и не ожидает покушения на него.

Шейх аль-Ислам ибн Таймия считал, что родственники не имеют право прощать убийцу в данном случае, обязательно должен быть къисъас, почему? Потому что, если прощать «аль-къатлю гъииля», то это очень опасно и потом это получит распространение и избавиться от этого будет сложно. Убийство человека, когда он не может себя защитить, когда он чувствует себя в безопасности — это большая порча на земле, большой вред от этого. Поэтому Аллах говорит в Коране: «Поистине воздаянием для тех, которые воюют против Аллаха и Его посланника и распространяют на земле нечестие, является тем, что они должны быть подвергнуты казни, или распяты, или отрезаны крест-накрест руки и ноги, или высланы из земли»[37].

1-е, о чём говорит автор — что относится к «муруа» — это благородные нравственные качества. Человек украшается ими, когда они объединяют в себе две вещи: справедливость (аль-‘адль) и искренность (аль‑ихсан). Не всегда только ихсан, не всегда только тассамух (прощение); а там, где требуется справедливость — там справедливость, где надо быть решительным — человек проявляет решительность, там, где нужна мягкость и облегчение — он проявляет мягкость и облегчение — вот это и есть благородные нравственные качества;

2-е, о чём говорит автор (да помилует его Аллах) здесь: «тъалякъатуль‑уаджх» — это радушное выражение лица, приветливость, качества, которые очень важны для тъалибуль-’ильм и это нужно запомнить! Если тъалибуль-’ильм ходит хмурый, закусывая нижнюю губу, то люди не станут тянуться к такому человеку, люди не захотят спрашивать у него, они будут остерегаться, стесняться, и не станут приближаться к этому человеку, они не смогут раскрыть ему какие-то свои секреты, которые необходимы, потому что, когда человек хочет задать какой-то вопрос, ему приходится рассказывать какие-то секреты, но он станет чувствовать расположения к такому человеку.

Человек, который всё время ходит мрачный, угрюмый, его призыв не получит успеха. Это не значит, что человек всегда должен быть с весёлым выражением лица, нет, но в основе своей, выражение лица должно быть приветливым. Может быть, если поделить на 3 части, то 2 из них — должны быть выражением радушия и приветливости, и только 1 часть в зависимости от обстоятельств, как лучше поступить.

Некоторые спрашивают: «Даже если это какой-то преступник/злодей, то у меня должно быть приветливое выражение лица?», имеется в виду, что в своей основе — да. У тъалибуль-’ильм должно быть приветливое выражение лица, но бывают исключительные случаи в зависимости от того, что требует обстоятельство. А в основе приветливость — качество, которое больше остальных привлекает к себе.

Иногда можно увидеть тъалибуль-’ильм и у него такой успех в донесении знания, люди хотят слушать его, любят его и рассказывают ему свои тайны. Из-за его радушия, приветливого выражения лица, люди тянутся к нему.

А если он мрачный, то люди начинают бояться и отдаляются. Но если, как мы сказали, обстоятельство требует того, что в данном случае нужно сделать серьёзное выражение лица, то в таком случае это будет лучше.

Итак, мы не можем полностью упрекнуть человека за хмурость, за строгое выражение лица, потому что могут быть обстоятельства, когда они этого требуют; и не можем абсолютно сказать, что всегда радушное выражение лица — это хорошо, похвально.

3-е из качеств, которое называет здесь автор: «ифшау с-салям» — распространение приветствия (саляма). Тъалибуль-’ильм должен делать это. Как можно заметить, многие пренебрегают этим важным аспектом религии Ислам, пренебрегают этой великой Сунной, заветом пророка ﷺ.

Мусульманин встречает другого мусульманина, которого не знает лично и не даёт ему салям, даже тем, которые входят (выходят) из мечети. Заходит в помещение, где сидят другие мусульмане и также не даёт салям присутствующим, разделило какое-то препятствие их, затем встречаются и не говорят: «ас-саляму ‘алейкум», то есть не распространяют салям.

Тъалибуль-’ильм должны распространять салям в своей среде и в обществе. Приветствовать тех, кто заслуживает приветствия, а заслуживают его мусульмане. А если он грешный? А если он вор? А если он занимается риба? А если он пьёт вино? Всё равно? Да, всё равно. Распространяешь салям, поскольку он мусульманин! Приветствуем его миром. Пророк ﷺ говорил: «Hе разрешается мусульманину делать хаджр (бойкотировать, находиться в ссоре) со своим братом больше 3-х дней. И каждый отворачивается. Лучший из них тот, кто первым даёт приветствие»[38].

Кто-то скажет: «А разве нет такой вещи какбойкот (хаджр)?», мы скажем: «Да». Эта мера существует, но в основе — это то, что нужно распространять салям и мусульманина нужно приветствовать, даже если он грешный.

Но иногда, когда человек что-то делает открыто, не стесняясь, совершает что-то порицаемое (мункар), так, что есть опасность, что это начнёт влиять на общество и из-за этого пострадает мусульманское общество, в таких случаях может быть объявлен хаджр, и в этом случае такого не приветствуют, (не дают ему салям) и не общаются с ним какое-то время для его же блага, в целях воспитания и указания на его порицаемые поступки. Но при условиях:

  • если человек делает эту вещь открыто;
  • эта вещь представляет с собой какую-то большую опасность, которая может навредить мусульманскому обществу;
  • эта мера является крайней;
  • только в том случае возможен хаджр, когда он приносит пользу. Если хаджр не принесёт пользу самому этому человеку, который совершает этот грех или людям, то в таком случае хаджр недопустим.

Нам всем известен пример хаджра — история Ка’аба ибн Малика и его двух товарищей, когда они задержались и не вышли в поход на ТАбук вместе с пророком ﷺ. Пророк ﷺ приказал людям бойкотировать их, и люди перестали с ними разговаривать так, что даже однажды Ка’аб ибн Малик перелез через забор в сад Абу Къатады (сын его дяди), самого любимого человека для него и поприветствовал его, а Абу Къатада не ответил ему на салям, он его поприветствовал снова, и тот опять не ответил на салям, он поприветствовал его в третий раз, и Абу Къатада опять не ответил на его приветствие.

Он сказал ему: «Я заклинаю тебя Аллахом, скажи, ты знаешь, что я люблю Аллаха и Его посланника. Как ты можешь меня вот так бойкотировать, если я люблю Аллаха и Его посланника?», но он ему ничего не ответил. Тогда он уже сильно стал настаивать и в ответ Абу Къатада произнёс: «Аллах и Его посланник знают лучше».

Если приказал пророк ﷺ значит так надо делать. Не ответил ничего, потому что, так приказал поступить пророк ﷺ. Если приказал бы сделать что-то больше, то сподвижники подчинились бы, потому что они подчинялись пророку ﷺ неукоснительно. Сахабы бойкотировали Ка’аба ибн Малика и его двух товарищей, потому что они не вышли на Табук вместе с пророком ﷺ. Этот хаджр был по приказу пророка ﷺ.

Ка’аб ибн Малик приходил к пророку ﷺ приветствовал его, и говорил: «Я не знаю, шевелил ли губами пророк отвечая на салям или нет», то есть в ответ ничего не слышал, хотя пророк ﷺ любил его. Посланник Аллаха любил Ка’аба ибн Малика и когда Ка’аб вставал совершать намаз, пророк ﷺ украдкой смотрел на него.

Это пример хаджра, который приводится в Сунне. Возымел ли он полезное влияние или нет, принёс ли пользу? Да. Поэтому из условий хаджра, чтобы в этом была польза — великое возвращение к Аллаху этих трех людей, это было покаянием, это было возвращение к Аллаху, осознание нужды в Аллахе.

Какую ещё пользу получили эти люди? История о них приходит в Коране и читается мусульманами на протяжении многих веков. В книге Аллаха, мы узнаём про великое покаяние этих искренних, честных, праведных людей, которые оступились, совершили большую ошибку, но сразу осознав это расскаялись, и что Аллах принял их покаяние. Мы читаем о них в Коране, читаем в своих намазах. Аллах посредством этой истории дал этим трём людям такую славу и возвысил их.

Какую еще пользу мы извлекаем из этой истории? В этой истории для нас большой пример того, каким должен быть мусульманин, несмотря ни на что он должен держаться за свою религию. Не так, как делают многие люди: когда происходит какая-то смута (фитна), видят от мусульман какое-то невнимание или какую-то холодность, сразу оставляют мечеть, оставляют следование за саляфами или вовсе оставляют Ислам. Да упасёт Аллах. То есть для них это становится искушением.

В этой истории также был пример великого испытания. В частности, это испытание было также и для Ка’аба ибн Малика. В чём выражалось это испытание? Когда хаджр уже дошёл до своего пика, мусульмане не разговаривали с ним, тогда жене было сказано оставить его, отдалиться от него на какое-то время, это не было разводом. В это время приходит письмо от царя Гассанитов — племена арабов-христиан — подчинялись византийцам. В этом письме было сказано: «Дошло до нас, что стал чёрств к тебе твой товарищ», то есть стал относиться к тебе плохо или ненавидеть тебя, или стал бойкотировать тебя, или оставил тебя; имея ввиду посланника Аллаха ﷺ «Приходи, присоединись к нам, и мы утешим тебя, мы сделаем тебя равным себе, сделаем тебя подобным нам», то есть сделаем тебя царём.

Здесь также указание на то, что они, неверующие — внимательны ко всему, что с нами происходит: что происходит в нашей среде, какие у нас происходят движения, как мы друг к другу относимся. Зорко следят за всем и ждут случая использовать какие-то наши промахи. Посмотрите, как царь тут же узнаёт про бойкот к Ка’абу ибн Малику и зовёт его к себе. Они используют такие ситуации в своих целях, чтобы отвращать мусульман от прямого пути и искушать их, поэтому мы должны быть осторожны.

Можете ли вы себе представить эту ситуацию, когда в самый разгар бойкота, когда все отвернулись, когда у него уже не было сил даже приходить в мечеть из-за того, что мусульмане не общались с ним, не приветствовали, когда сердце сжималось от боли, и тут Ка’абу ибн Малику приходит письмо в разгар такой накалённой обстановки. Письмо, от царя Гассанитов, который зовёт к себе и обещает ему прекрасную жизнь.

Ка’аб ибн Малик проявил стойкость по милости Аллаха, он взял письмо и сжёг его в печи, возненавидев то, что было в этом письме. Чтобы это письмо больше не привлекало его к себе и в будущем не могло как-то повлиять на него, чтобы он не поддался этому приглашению. Вот это проявление высокого имана! Это действительно было великое испытание, великое искушение и фитна для него.

Как мы сказали, «ифшау с-салям» — это качество, которое присуще благородным натурам, это из благородного приличия, это из аль-муруа. Салям распространяется в отношении всех мусульман, даже если это грешный мусульманин, если только не показан в данном случае бойкот, когда он делает открыто какой-то страшный грех, порицаемые поступки и это вредит обществу, и есть польза в том, чтобы объявить бойкот, тогда может быть он образумится или это послужит угрозой для других.

Что касается немусульман, то приветствуем ли мы их миром первыми? Нет, потому что пророк ﷺ сказал: «Не приветствуйте первыми иудеев и христиан салямом», поэтому это харам. Это касется иудеев, христиан, а также других неверующих.

Если же немусульмане приветствуют нас первыми салямом, говорят нам: «ас-саляму ‘алейкум», то тогда нам позволено ответить: «уа‘алейкуму с‑салям». Те, которые говорят, что нужно говорить: «уа‘алейкум» — то это слабое мнение, потому что Аллах говорит: «А если приветствуют вас приветствием, то приветствуйте лучше, чем это или подобным»[39], то есть минимум ответить подобным — это обязательно (ваджиб).

Если неверующий говорит вам чётко: «ас-саляму ‘алейкум», то отвечайте ему: «уа ‘алейкуму с-салям», а в хадисе пророка ﷺ сказано: «Говорите: уа‘алейкум, потому что иудеи говорили вместо «ас-саляму ‘алейкум» «ас-саму ‘алейкум», что означает — смерть вам. Поэтому пророк ﷺ учил отвечать: «уа‘алейкум» — и вам. В хадисе ибн ‘Умара чётко разъясняется об этом, пророк ﷺ говорил: «Когда вас приветствуют иудеи, то некоторые из них говорят: ас‑саму ‘алейкум (смерть вам), так ответьте; уа ‘алейкум (и вам!”)»[40].

Если в одних народах, в обществах неверующему достаточно сказать «здравствуйте», «привет», то в других это может быть большой проблемой для человека из-за того, что не поприветствует неверующего салямом первым. Например, немусульманин может ждать, чтобы его первым поприветствовали салямом, сказали ему «ас-саляму ‘алейкум», и здесь некоторые братья сталкивались с этим сложным случаем. Как быть в таких случаях? Можно сказать, например, как сказал пророк ﷺ в письме к правителю: «ас-саляму ‘аля манитаба ‘аль-худа» («мир тем, которые последовали прямым путём»). Но говорить немусульманину первым: «ас-саляму ‘алейкум» — это запретно (харам), и пророк ﷺ запретил это.

Шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах) говорит о том, что некоторые тъалибуль-’ильм не распространяют салям между собой [не говорят друг другу ас-саляму ‘алейкум], потому что они считают, что и так хорошо относятся друг к другу, любят друг друга. То есть, думают, что, то, что есть в сердцах, оно не нуждается в каком-то внешнем выражении, например, в словах. Это большая ошибка, мусульманам приветствовать друг друга миром — это приказ пророка ﷺ тъалибуль-’ильм — первые, кто должен этому следовать, — это сплачивает мусульман, — это ду’а за мусульманина. Если люди оставляют приветствие миром (ас-саляму ‘алейкум), то это ведёт их к отдалению друг от друга.

Шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах) в своём шархе предостерегает от этой вещи, которая распространена в наше время — когда разделились тъуллябу ль ‘ильм на джама’аты, на какие-то группы и каждый джама’ат фанатично предан своему джама’ату, своему шейху, своей группе и бойкотируют друг друга, не приветствуют друг друга из-за каких-то вопросов, которые на самом деле являются частными вопросами; из-за каких-то разногласий, которые являются частными разногласиями; шейх говорит: «Это великая ошибка».

Ещё одно из качеств, которое должно быть присуще тъалибуль-’ильм, из относящихся к благородному приличию, говорит он: «Перенесение доставляемых людьми неприятностей». Тъалибуль-’ильм — призывающий к Аллаху, должен терпеливо переносить неприятные слова со стороны людей.

  • Далее сказано: «Приличие достоинства, но без высокомерия», тъалибуль‑’ильм ведёт себя прилично, достойно, отдаляется от каких-то вещей, которые могут как-то умалить его достоинство, умалить его приличие в глазах людей, но это ни в коем случае не должно быть высокомерие (кибрия). То есть он должен вести себя благородно, достойно, но ни в коем случае не высокомерно. Например, в отношении каких-то профессий, которые не являются харамом, и если мусульманин занимается этим, то он не заслуживает порицания за это. Но тъалибуль-’ильм не стоит заниматься такими вещами, потому что в обществе принято считать презрительными эти профессии, низкими и из-за этого люди могут относиться несерьёзно к тъалибуль-’ильм и не брать от него знания. Тъалибуль-’ильм ведёт себя достойно, он не занимается этими профессиями, но в то же время, ни в коем случае, у него нет презрительного отношения к людям, которые занимаются этими профессиями.
  • «И величия без надменности», — там, где нужно проявить твёрдость, проявить величие ради возвеличивания Ислама; он не унижается сам и не позволяет унижать себя, но в то же время у него нет надменности. Он не заискивает и не ведёт себя унизительного, но проявляет «‘изза» — величие, почтительность, достоинство — без надменности.
  • «Доблесть/храбрость, но без фанатизма», — у него есть доблесть, храбрость, но не тогда, когда речь идёт о национализме своего племени, своего рода, и т. д.
  • «Альхамия фи гъайри джахилия», «альхамия» — это рвение, пыл у человека, желание защищать — это очень хорошо, но только чтобы это не было на пути джахилии. Чтобы он не защищал какие-то понятия, какие-то ценности, которые относятся к джахилии. Многих людей охватывает пыл, рвение, желание защитить, но на самом деле защищают они вещи, которые относятся к джахилии, связанные с национализмом и т. д.

Далее говорит он: «Отдались от вещей, несовместимых с благородством, относящихся к характеру, к словам или деяниям, будь то, презренное ремесло или скверное качество, такое, как самодовольство, стремление к показному, заносчивость, хвастливость, презрительное отношение к окружающим, совершение чего-то, что может вызвать подозрения и сомнения».

После того как он (да помилует его Аллах) указал на похвальные качества, он указывает нам на то, что не совместимо с благородством, и говорит: «отдаляйся от того, что нарушает благородство, будь то Тъаба». То есть какая-то черта характера, которая не совместима с аль‑муруа, например, вспыльчивость или поспешность. Требующий знания должен избегать качеств, которые нарушают муруа, (вспыльчивость, поспешность, легкомыслие и т. д.) или не связанных с муруа действий. Например, ходить куда-то, куда не подобает ходить тъалибуль-’ильм, делать что-то, что не подобает делать, говорить неподобающие слова, ругаться или порочить кого-то, или заниматься профессией, ремеслом, которая вызывает презрение у людей и т. д. — это всё несовместимо с благородством тъалибуль‑’ильм. Ремесло имеет 2 вида.

  • когда ремесло само по себе халяль, человек не заслуживает порицания, но людям, обладающим какими-то достоинствами, влиянием, ‘ильмом, лучше от этих ремёсел отдаляться. Потому что люди относятся презрительно и неуважительно к этим ремёслам, и из-за этого будут относиться неуважительно к самому человеку, не будут к нему прислушиваться, не будет иметь веса у них.

Например, человек, который убирает свалки, мусорщик или ассенизатор и т. д., эти профессии не харам, более того, если человек делает это с хорошим намерением, чтобы прокормить свою семью ради Аллаха и принести пользу мусульманам, он ещё за это получает вознаграждение от Аллаха (аджр). Сам такой человек не заслуживает презрения, но тъалибуль‑’ильм лучше от такого отдаляться;

  • виды профессии, которые презренны по своей сути, потому что они портят человека, портят его слова, портят его поступки и т. д. Эти профессии запрещены, требующий знания должен их избегать, потому что это вредит его авторитету среди людей, соответственно восприятие знаний от него.

Говорит он: «Характер твой, старайся, чтобы он соответствовал тому благородному приличию». Кто-то скажет, что характер даётся человеку с рождения и те качества, которые заложены в человека изначально — не подобны качествам приобретённым. Приобретённого качества не так-то просто человеку придерживаться.

Учёные приводят пример «Если у человека глаза сами по себе такие красивые — это одно, но если мажет на них что-то, то это другое». Точно так же, если человек старается приобрести какое-то качество и это не как его характер. Но ‘уляма говорят: «Если человек будет постоянно что-то делать, чтобы приобрести хорошие качества, потом они могут стать для него природными Гариза». Поэтому тъалибуль-’ильм нужно стараться всё время иметь это благонравие, поначалу возможно будет испытывать трудность в этом, но со временем, ин шаа Аллах, это станет легко, это станет его качеством, и это показывает опыт.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Слышали мы о некоторых людях, которые были далеки от знаний, от хороших нравственных качеств, но потом Аллах одарил их знаниями, наставил их на путь истины и их нравственность (aхълякъ) стала благой, они стали благонравными», так как стал себя тренировать, приучать к этим нравственным качествам, и они стали его природными качествами.

Дальше он говорит: «Избегай презренных ремёсел, плохих качеств и самодовольства, показухи». Самодовольство — чрезмерное довольство самим собой и уверенность в своих достоинствах, например, смог извлечь пользу из какого-то хадиса или из какого-то аята и говорит: «О, я смог сделать такой великий вывод, что даже не всякий учёный смог бы сделать такой вывод из этого хадиса!» — это самодовольство (‘уджб), когда человек видит себя большим и надувается.

  • «Рия», — когда человек пытается выставить себя перед другими благочестивым, знающим, старается говорить о каких-то шариатских науках, пытаясь показать, что у него есть ‘ильм, и такое часто можно встретить. Человек где-то немного обучился, затем садится перед людьми и выставляет себя на показ, красиво разговаривая, чтобы люди подумали, какой он обладатель знания.
  • «Батър», — заносчивость перед истиной. Это особенно проявляется в спорах, в диспутах, когда человек привержен какому-то мнению или привержен какому-то мазхабу и ни за что не оставляет его, хотя истина в обратном.
  • «Хъуяля», — это итог самодовольства, и оно проявляется внешне, как мы сказали ранее, когда человек показывает себя обладателем большого знания.

Шейх ‘Усаймин приводит пример. В какой-то стране ‘уляма надевают, свойственное им одеяние, обычные люди её не надевают. И вот видишь, как начинающий тъалибуль-’ильм надевает такую одежду и хочет показать себя, чтобы люди думали, что он из больших учёных (кибаруль-’уляма), или разговаривает так, как будто он из «кибаруль-’уляма».

  • Презрительное отношение к другим, — это исходит из высокомерия, к нему относятся: «батуль-хак» и «занту н-нас» — отвергать истину и презрительно относиться к людям.
  • Совершать что-то, что может вызвать подозрение и сомнения, — тъуллябуль-‘ильм не должны приближаться к местам, которые могут навлечь на них подозрения и сомнения. Тъуллябуль ‘ильм, не должны делать какие-то вещи или ходить в какие-то места или присутствовать в каких-то местах, из-за чего на них падут подозрения, будет подвергнута сомнению их нравственность (ахъляк), благородное приличие (муруа), их религиозность и соответственно знание. Они должны остерегаться и отдаляться от этого.

Шейх ибн аль-’Усаймин часто делает это дуа: «Да помилует Аллах человека, который защищает себя от злословия (гъиба)», то есть не то, что он не произносит гъиба, а он отдаляет от себя какие-то поводы для злословий в отношении самого себя. Не говорите: «Меня не волнует то, что думают люди, главное — моё намерение хорошее, и я сам знаю, что я делаю», нет! Если требующий знания (тъалибуль-’ильм) знает, что в каком-то месте распивается спиртное или звучит музыка, или сидят распутные люди и он посещает такие места, и люди видят его там, что это вызовет? Подозрение в отношении него, люди уже не будут проявлять уважние к его знаниям. Сам пророк ﷺ самый чистый из людей, он боялся этого. Это не имеет ничего общего с показухой (рия), это забота об авторитете того знания, носителями которого вы являетесь.

Например, когда пророк ﷺ совершал и’тикъаф (благочестивое уединение в мечети) ночью, к нему пришла София (да будет доволен ею Аллах), она пришла, чтобы навестить его, затем он вышел, чтобы проводить её. Когда он шёл с ней, мимо них прошли два ансара, тогда пророк ﷺ остановил их и сказал: «Это София», они ответили: «О, посланник Аллаха, как мы можем думать плохо о тебе?!», а пророк ﷺ сказал: «Шайтан ходит по крови человека и внушает разные сомнения». Если пророк ﷺ боялся в отношении себя сомнения и предпринимал меры, чтобы не навлечь на себя подозрения, то тем более этого должны остерегаться тъалибуль-’ильм и в общем мусульмане.

Не будь уверен в себе и не говори: «Мой авторитет безупречен и люди обо мне не могут подумать плохо!». Даже если ты такой уважаемый среди людей, шайтан всё равно бросает в сердца зло и подозрения, как сказано в хадисе, и тебя могут начать подозревать, хотя ты непричастен к этому. Поэтому тъалибуль-’ильм должен избегать все места, которые могут дать повод людям думать о нём плохо, которые могут вызвать сомнения и подозрения у людей.

  • «Аль-анафа мин гъайри кибрия» — приличное, достойное поведение, когда человек отдаляется от презренных, низких поступков, которые приводят к униженности среди людей, но без «кибрия» («высокомерия»).
  • «Аль’иззату фи гъайри джабарут» — это когда человек ‘азиз, когда он сильный, не заискивает, не позволяет себя вести унизительно, но при этом без надменности. Например, если получился «муназъара» («диспут»), так получилось, пришлось вступить в спор с ахлюль-бид’а или в других случаях.

Приведём пример «муназъара». Как ведут себя некоторые тъалибуль‑’ильм при диспуте с оппонентом еретиком? Начинают унижаться перед ними, заискивают, думая, что тем самым проявляют хороший ахляк и скромность, якобы избегая высокомерия. В то время, как, его оппонент, наоборот ведёт себя напыщенно, дерзко, проявляя напористость. В данном случае, такое поведения тъалибуль-’ильм не правильное.

«’Изза» должно быть у искателя знания. Он должен вести себя как победитель, потому что отстаивает истину, он в данном случае является защитником Сунны, а перед ним поборник бид’а, поборник ереси и заблуждений. Искатель знания должен быть сильным и вести себя достойно (’азиз), но только чтобы это не перешло в надменность и заносчивость, иначе это будет плохое нравственное качество.

Тъалибуль-’ильм не должен быть униженным (залиль), пасовать, унижаться, как это делают некоторые, у него есть знания, но он не способен отстаивать это знание, не способен защищать истину и не способен дискутировать, и мы видим, что он терпит поражение там, где нужно отстоять истину и проявить стойкость.

  • «Шахамату фи гъайри ‘асъабия» — храбрость и доблесть — это из качеств благородства, тъалибуль-’ильм должен быть храбрым и доблестным, должен защищать истину, но доблесть не должна быть на пути фанатизма (национализм и т. д.).
  • «Альхамия фи гъайри джахилия» — когда человек имеет горячее рвение защищать какое-то дело, но только это не должно быть на пути джахилии, а должно быть на пути истины.

Это кратко, что касается «аль-муруа». Пусть Аллах сделает нас обладателями наилучших нравственных качеств.

Глава 9
Обладание чертами мужественности

  • «Руджуль» («мужественность»), следующее качество, которым должен украшаться искатель знания, о котором говорит автор (да помилует его Аллах) — качество мужественности. То есть качества, которыми должен обладать мужчина: правдивость, прямота, честность, сила на пути истины, храбрость, способность переносить сложности, притеснения, которые доставляются людьми и т. д. Это называется «аль-мараджиль», — все те качества, которые составляют личность мужчины.

Автор (да помилует его Аллах) говорит: «Насладись обладанием качествами, относящимися к мужественности, такими как храбрость, сила в отстаивании истины, благородные нравственные качества, жертвенность на пути добра. И будь в обладании этими качествами таким, чтобы истинные мужи отчаялись опередить тебя. И остерегайся того, что нарушает эти качества: малодушие, нехватка терпения, недостаточность добродетелей, ибо всё это умаляет и дискредитирует знания, мешает языку говорить истину и заставляет идти на поводу у оппонентов в том положении, когда горячий ветер обжигает лица праведных рабов».

Итак, это девятое качество. Руджуля — мужественность, из тех качеств, которым должен обладать тъалибуль-’ильм. По сути, эта глава или это качество является небольшим дополнением к предыдущему. Предыдущий раздел был посвящен муруа — благородству. Руджуля — мужественность, входит в благородство вне всякого сомнения; и тъалибуль-’ильм должен всё время стараться обладать этими качествами, о которых упоминает автор, чтобы стать мужчиной, в истинном смысле этого слова, и другие качества, которые относятся к мужественности.

Есть много качеств, которые относятся к мужественности, среди них автор упоминает: храбрость, сила в отстаивании истины, жертвенность на пути добра, и говорит он: «Ты так должен стремиться обладать этими качествами мужчин, чтобы настоящие мужчины отчаялись тебя догнать».

«Шаджа’а» («храбрость»), то есть, когда надо устремиться вперёд, но это качество обязательно должно сопровождаться рассудительностью, здравым намерением перед этим, имея какое-то понимание, опыт и т. д., на основании чего он будет проявлять эту храбрость.

Если это стремление без какого-либо здравомыслия, то это уже небудет называется шаджа’а, это будет называться по-арабски — «тахаввур», —легкомысленное, бездумное устремление, в результате чего человек теряет всё и получается только хуже. Если это стремление не сопровождается здравомыслием, то итог бывает плохой.

Мусульманин, особенно тъалибуль-’ильм, не должен быть малодушным, слабым, — это является противоположностью храбрости и не подобает человеку верующему, тем более тъалибуль-’ильм. Шаджа’а, — это качество из качеств мужчин, и оно похвально в Шариате.

Пророк ﷺ был, самым храбрым человеком и он каждый день просил у Аллаха защиты от такой вещи как трусость (джубн), но и как мы сказали, храбрость — это одно, а безрассудство — это другое.

  • Сила в отстаивании истины, — это тоже относится к шаджа’а, — это когда человек силён на пути защиты истины, когда он проявляет терпение, несмотря, на то, что ему приходится терпеть какие-то притеснения, трудности на этом пути, но он проявляет стойкость.
  • Макаримуль-ахълякъ. Посмотрите, практически в каждой главе, если говорится о каком-то качестве, обязательно там упоминается «макаримуль-ахълякъ», то есть благонравие, это тоже из качеств мужественности (руджуля).

Все прекрасные благородные нравственные качества мужчины — это мужественность. Мусульманин должен обладать высокой нравственностью и Шариат пришёл с тем, чтобы побудить верующих к этому, к благородным нравственным нормам.

Пророк ﷺ сказал: «Я гарантирую дом в верхних уровнях Рая человеку, у которого хороший нрав»[41]. И говорит пророк ﷺ: «Верующий человек, благодаря хорошему благонравию, достигает уровня человека, который постоянно постится и выстаивает ночные намазы». Великое поклонение: всё время поститься и выстаивать ночные намазы. Человек может достичь такого уровня через свой хороший нрав. Пусть Аллах сделает нас его обладателями. Амин.

  • Жертвенность (Базль) на пути добра, — когда человек готов ради победы истины и добра жертвовать своей жизнью, имуществом, временем, авторитетом, знанием на пути Аллаха, чтобы принести пользу религии, принести пользу верующим. Некоторые люди тратят свои усилия на пути порицаемого (мункара). Верующий должен тратить много усилий на пути добра — это называется «базль».

К сожалению, есть столько людей, у которых есть знание (они много выучили, годами изучали), но у них нет «аль-гъайра» — усердия, рвения, желания помочь этой религии, распространить это знание, принести пользу верующим. У них мало стараний, нету самопожертвования, а это то, что из качеств мужественности.

Сколько же аятов в Коране, где Аллах хвалит людей, которые жертвуют на пути Его, побуждает к этому, приказывает это и говорит: «Поистине, те, которые тратят своё имущество на пути Аллаха, и после этого не упрекают за то, что они потратили, и не доставляют обид за то, что они потратили, им будет награда у их Господа, и нет страха над ними и не будут они опечалены»[42].

То, что упомянул автор: храбрость, благородные нравственные качества, жертвенность на пути добра. Если это есть у человека то, во-первых, это большая награда для него; во-вторых, такой человек относится к «риджаль» — к настоящим мужчинам, на которых можно опереться.

А потом автор (да помилует его Аллах) упоминает те качества, которые не совместимы с мужественностью: малодушие, трусость, духовная слабость, недостаточность терпения, то есть человек не может себя удерживать на пути благих нравственных качеств, на пути совершения добра. Он не может удерживать свою душу, у него мало терпения для этого.

Затем он упоминает: недостаточность добродетели у человека, то есть его нравственность (ахълякъ) слабая. И эти вещи дискредитируют ‘ильм.

Если у тъалибуль-’ильм плохая нравственность или он малодушный, или у него мало терпения и т. д., то, это умаляет и дискредитирует его знания:

во-первых, это даёт повод врагам, даёт повод оппонентам, чтобы источать свой яд и распространять плохое о нём. В результате, в глазах людей этот искатель знания теряет свой авторитет и люди его перестают слушать, и он не может принести им пользу;

во-вторых, малодушие и трусость — это слабость, вещь, которая присуща некоторым. Пусть Аллах упасёт нас от этого. Когда надо отстаивать истину перед оппонентом, последователем нововведений, он не может, он впадает в какую-то растерянность, трусит. И это даёт повод оппонентам, во-первых, презрительно относится к нему; во-вторых, он из-за своей слабости, неспособности отстаивать истину, начинает идти на поводу у оппонента. В результате они берут верх и это тот момент, когда, говорит автор: «Горячий ветер обжигает лица праведных рабов», то есть, когда праведные рабы — мусульмане нуждаются в том, чтобы кто-то защитил истину, защитил праведные убеждения, защитил Сунну, а этот человек пасует из-за своей слабости и малодушия.

Здесь нужно упомянуть одну вещь. Многие люди, которые зачастую сами не обладают мужественностью, пытаются отнести к ней те качества, которые на самом деле таковыми не являются. У многих кодекс мужественности включает критерии, которые не относятся к мужественности: какая-то брутальность, грубость, или в отношение к жене, в отношение к женщинам, какое-то не подобающее поведение, время препровождение. И они оправдывают это, говоря: «Настоящий мужчина должен делать это».

Мы, в том, что является кодексом мужественности, опираемся не на эти представления невежд, а опираемся на Коран и Сунну и на примеры праведных предшественников, и имамов прямого пути. Например, Аллах в Коране упоминает одно качество, которое является настоящим качеством мужчин, и мы этот аят часто читаем в намазах. Аллах говорит: «В домах, которые Аллах дозволил возвести, и чтобы упоминалось там имя Его, в этих домах восславляют Его утром и вечером «риджаль» — мужчины, которых не отвлекают торговля, купля-продажа от поминания Аллаха и выстаивания намаза, и выдача закята, они боятся того дня, когда перевернуться сердца и взоры»[43].

Вот! Качество мужчины — то, что он совершает намаз в домах Аллаха, утором и вечером восхваляет Аллаха вместе с мужчинами. А если человек сидит дома вместе с женщинами и довольствуется для себя тем, чтобы дома вместе с женщинами молиться, то это не имеет отношения к мужественности (руджуля). Настоящие мужчины стараются молиться в домах Аллаха.

Глава 10
Отказ от изнеженности

  • «Хаджру ат-тараффух» — следующее качество, о котором далее упоминает автор (да помилует его Аллах), — сторониться такой вещи, как изнеженность и любовь к комфорту.

Говорит автор (да помилует его Аллах): «Не предавайся изнеженности или любви к роскоши и комфорту, ибо простота (неприхотливость и аскетизм) относятся к вере. Последуй завету повелителя правоверных ‘Умару ибн аль-ХаттАбу (да будет доволен им Аллах), из его известного письма, где сказано: остерегайтесь изнеженности и внешнего вида не арабов, привыкайте к суровым условиям и неприхотливости». Очень важная глава.

Автор говорит: «не предавайся изнеженности, любви к роскоши и комфорту» — это совет для тъуллябуль ‘ильм в первую очередь и вообще для мусульман. Потому что эта привычка к неге, к комфорту, роскоши, удобству противоречит завету пророка ﷺ. Он запретил много придаваться изнеженности, привыкать к комфорту, чтобы всё время пребывать в комфортных условиях и приказывал иногда ходить босиком.

У нас есть хадис, о том, что один человек из сподвижников пророка ﷺ отправился к Фудайлю ибн ‘Убайду в Египет, для того чтобы спросить об одном из хадисов. Прибыв туда, Фудайль ибн ‘Убайд увидел его, что у него взлохмачены волосы, он сказал: «Как у тебя так взлохмачены волосы, если ты амир здесь, в этой земле», он сказал: «Пророк запрещал нам обилие роскоши», то есть, когда всё время много изнеженности. Потом он увидел, что на его ногах нет обуви и сказал: «Почему у тебя нет обуви, ведь ты амир?!», он сказал: «Нам пророк приказывал, чтобы мы иногда ходили босиком».

Для чего пророк ﷺ это приказывал? Для того чтобы человек приучался к неприхотливости, чтобы он не был изнеженным. Потому что состояние комфорта бывает непродолжительно. Сколько есть людей, у которых есть все условия комфорта, но стоит чуть-чуть измениться положению, и у него наступает духовный упадок, он начинает страдать, он не может выдержать этого, (вода не идёт, отопления нет, свет отключили, обувь испортилась или где-то нужно пройтись босиком, одежда устарела, машина сломалась и т. д.) для него наступает это катастрофа.

Шейх ‘Усаймин приводит пример на основе этого хадиса, где пророк ﷺ приказал иногда ходить босиком. Он говорит: «Люди до такой степени изнежены, что они вообще не в состоянии ходить босиком. Если так получается, что нужно пройти босиком 200–300 или 500 м, этот человек не может. Для него это колоссальная трудность, стопы у него покрываются кровью, ранами». Почему? Потому что этот человек не приучил себя этой неприхотливости, к суровому, аскетическому образу жизни. У человека, который не приучен к каким-то сложным условиям, у такого человека будет слабый иммунитет, слабая прочность; и, при малейших нарушенях условий, он уже страдает, болеет, потому что слабый иммунитет и нет стойкости.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Посмотрите на руки рабочих людей. Какие у них сильные руки, в отличии от рук тъуллябу ль ‘ильм, если он здоровается с тобой, то даже больно становится от такой силы в его руках. Если человек приучает себя к роскоши, некой изнеженности, то всё это — большой вред для него».

Автор говорит далее: «Потому что неприхотливость, аскетичность — это из имана». Это хадис пророка ﷺ. Однажды сподвижники возле пророка ﷺ стали говорить о мирских благах, и пророк ﷺ сказал: «Разве вы не слышите?! Разве вы не слышите?! Поистине, эта неприхотливость, эта аскетичность от имана». Т.е они относятся к качествам имана.

Далее говорит автор: «И возьми наставления повелителя правоверных ‘Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах), в известном его письме: Остерегайтесь изнеженности». В чём может проявляться изнеженность? Изнеженность человека в отношении одежды, в отношении комфорта. Это не означает не пользование земными благами, какими-то удобствами, это не запрещено. наоборот, это даже плохо, если человек отказывается от дозволенных Аллахом милостей. И видим, как этот человек ест только сухари или сухой хлеб, спит на какой-то рогоже, носит на себе какую-то дерюгу или человек специально зимой, когда есть теплая вода, он берёт вудъу’ холодной водой, это неправильно. Человек не должен отказываться от милостей Аллаха. Но отчего предостерегает ‘Умар (да будет доволен им Аллах)? Он предостерегает от исрафа — чрезмерности в этих вещах, от чрезмерной привязанности к этой изнеженности и комфорту.

И дальше он говорит: «Остерегайтесь изнеженности и внешнего вида неарабов». Внешний вид: это и одежда, и прическа, и многое другое, то есть ‘Умар ибн аль-Хаттаб предостерегает от уподобления неарабам. В настоящее время что это может быть?

Понятие «аль-‘аджам» («неарабы»), ими могут быть и европейцы, и жители восточной Азии и т. д. и это не означает персы, как думают некоторые. Здесь под неарабами подразумеваются немусульмане; потому что, если неараб, но мусульманин — он всё равно относится к умме Мухаммада ﷺ, и он относится к арабам, не по происхождению, но по хукму, по своему статусу, по положению. Нужно остерегаться их внешнего вида.

И, действительно, многие люди следят за модой, которую на самом деле вводят неверующие; следят что изменилось, какое новое веяние моды, (какие прически, какая одежда, какой стиль и т. д.); или женщины следят за модой, читают какие-то журналы мод и следуют этой моде. Предостерегает от этого ‘Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах).

Говорит он после этого: «Тама’даду», — это слово происходит от Ма’д ибн ‘Aднан. Был такой человек Ма’д ибн ‘Aднан из предков пророка ﷺ из очень далёких предков. И ‘Умар как будто говорит: «Будьте подобны ему «Тама’даду», потому что этот человек славился своей аскетичностью, неприхотливостью, суровым образом жизни, непритязательностью в отношении быта, комфорта и т. д. Поэтому он говорит: «Тама’даду» — и вы будьте подобны вашему предку в этом отношении.

«Вахъщавщину, ихъщавщину» — привыкайте к неприхотливости, от слова «хъущуна», то есть такая суровость, что является антонимом мягкости, изнеженности. Ихъщавщину, то есть приучайте себя к неприхотливости, потому что эти блага непродожительны. Это очень полезный завет от ‘Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах).

Если бы люди, в особенности тъуллябу ль ‘ильм — искатели знаний и другие, следовали бы этим наставлениям, то тогда, конечно же, в этом было бы большое благо. Но, к сожалению, сегодня во многих мусульманских обществах, где Аллах даровал безопасность, даровал материальное благосостояние, люди поступают наперекор этим заветам. Мы видим, как они любят эту негу, эту изнеженность: они ездиют на самых дорогих автомобилях, строят большие комфортабельные дома, покупают самую дорогую одежду, и для них наступает трагедия, если лишаются чего-то из этих удобств, впадают в панику.

Шейх ‘Усаймин говорит: «На самом деле, из-за такого образа жизни, что человек так приучен и настолько зависим от комфорта, так привык к этим условиям и благам, что у него слабый иммунитет, он постоянно болеет, у него из-за этого появляется много болезней, потому что мало двигается, и из-за этого полнота, артериальное давление, трудности в дыхании, слабосилие. Такой может быть даже молодым, но испытывает трудности при нагрузках, например, когда ему надо подняться на какую-то возвышенность, дойдя до её половины, начинает задыхаться, хотя рядом может быть человек, который в два раза старше его, и он спокойно поднимается».

Далее говорит (да помилует его Аллах): «Посему, тебе надлежит избегать мишуры цивилизации, ибо она изнеживает характер, делает слабыми нервы, связывает тебя верёвками иллюзий. В то время, как усердные будут достигать своих целей, ты будешь топтаться на месте, озабоченный изяществом твоей одежды. И хотя к ней относятся всевозможные штуки и мелочи, не являющиеся запретными или нежелательными, однако они не соотносятся с праведным поведением и благообразием». Здесь предостережение от чего? Говорит он: «избегать мишуры и фальши цивилизации», потому что это приводит к изнеживанию характера. Человек становится как женщина: он становится слабым, изнеженным; ослабевают нервы; это означает, что человек изнеженный, зависящий от комфорта, озабоченный своей одеждой, и всем другим, становится не стойким, у него пропадает мужественность и твёрдость, — это оказывает плохое влияние на его характер, и когда требуется призвать к одобряемому, удержать от порицаемого, он не может этого сделать.

Дальше он говорит: «Это связывает тебя верёвками мнительности и иллюзий», что это значит? То, что человек озабочен тем, что скажут люди о его благах. Тъалибуль-’ильм не должен быть озабочен этими вещами.

И здесь упоминается: «и иллюзий», потому что иллюзии — это ерунда, если человек отвлекается на это, то это большая потеря. Тъалибуль-’ильм некогда отвлекаться на это. Эта вещь, которая на самом деле не приносит пользы, отвлекает от более важных вещей.

Затем упоминает: «В то время как усердные будут достигать своих целей, ты будешь топтаться на месте озабоченный изяществом твоей одежды». Постоянно озабочен своим внешним видом, благосостоянием, комфортом, изяществом, и остаётся топтаться на одном месте, в то время как усердные мусульмане, тъуллябу ль ‘ильм не отвлекаются на эту ерунду, они идут вперёд в вопросе “знания и деяния”.

Автор говорит: «Хотя к ней относятся всевозможные штуки и мелочи, которые не являются запретными и нежелательными, но они не соотносятся с праведным поведением и благообразием», то есть это не соотносится с поведением тъуллябу ль ‘ильм.

Далее автор указал тъалибуль-’ильм на то, что он не должен быть озабочен этой изысканностью в одежде, даже если это является дозволенным. Не должно быть главной заботой тъалибуль-’ильм добиться какого-то изящества во внешнем облике, это касаемо одежды или прически. Но в то же время, это, конечно, не значит, что ты должен не заботиться о своём внешнем облике, и что если, человек любит красивую одежду, то это порицается, нет, это не должно стать его главной заботой, не должно его отвлекать.

Пророк ﷺ сказал: «Аллах красивый и любит красоту» и в сообщении от ‘Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах) приводится, что он сказал: «Я люблю видеть на чтеце белую одежду», (чтец — тъалибуль-’ильм в наше время), почему? Потому что это красиво.

Итак, он (да помилует его Аллах) говорит: «Внешние украшения, в том числе одежда, являются показателем принадлежности человека, точнее, определением для него. Ведь одежда — не иначе как средство для выражения внутренней сущности».

Здесь он (да помилует его Аллах) как бы переходит ко второй части этого раздела. Очень важно. До этого говорилось, что человек не должен быть изнеженным, не должен быть привычен к постоянному комфорту, не должен много уделять времени тому, чтобы добиваться какого-то изящества в одежде и т. д. Теперь он переходит к вопросу, разъясняет здесь вопросы, связанные вообще с одеждой, что представляет собой одежда для человека и для тъалибуль-’ильм.

Говорит он: «Внешнее украшение человека (внешний облик), в том числе и одежда являются показателем принадлежности человека, точнее, определением для него, ведь одежда — не иначе как средство выражения внутренней сущности». То есть одежда твоя и внешний облик — это показатель твоего внутреннего облика, то есть внешнее одеяние является отображением твоего внутреннего одеяния.

Бывает, проходят два человека, и на них одинаковая одежда, но один человек у тебя вызывает порицание, неодобрение, а второй — нет, почему? Потому что у первого то, как он одет или какой цвет, или какой покрой и т. д., не соответствует сущности этого человека, то есть внешняя форма не соответствует сущности человека.

Например, говорит шейх (да помилует его Аллах): «Если проходят два человека: один человек рабочий — механик или солдат и на нём брюки, второй человек — ‘алим или тъалибуль-’ильм и на нём тоже брюки; в стране, где не принято, чтобы учёные или тъуллябу ль ‘ильм носили брюки, а он идёт в этих брюках. Оба человека одеты одинаково, но один — механик и для него эта одежда соответствует его предназначению, его сущности, а второму — нет, и ты уже не одобряешь это».

Далее говорит: «Будь осмотрительным в одежде, ибо она даёт людям представление о тебе, позволяя им давать тебе оценку в отношении твоей принадлежности, личности и вкусов». Тъалибуль-’ильм, должен быть особо осмотрителен, потому что люди обращают внимание на его одежду и внешний вид. И первые их впечатления по внешнему облику. Они делают представление о тебе и позволяют тебя оценить, дать оценку тебе в отношении твоей принадлежности.

Одежда указывает на принадлежность человека, потому что люди имеют разные склонности. Люди как стая разных видов птиц: каждая птица стремится к себе подобным по своему виду, так по внешности человека можно понять, к какому течению относится этот человек, к какой группе, по его причёске, по одежде. Потом делать выводы о личности — разумный он человек или легкомысленный; знающий или невежественный; человек, который быстро гневается, раздражительный, вспыльчивый или спокойный, рассудительный. «По одежде уже можно делать вывод», — говорит автор. Поэтому будьте осмотрительны. Так люди могу судить о твоих вкусах, пристрастиях и склонностях.

И не зря сказано: «Внешнее убранство указывает на внутреннюю склонность. Люди отнесут тебя к той или иной группе на основе твоей одежды. Более того, даже способ ношения одежды даёт для наблюдателя основания сделать выводы о принадлежности её носителя к той или иной категории людей, сделав выводы о его степенности и разумности, склонности к здравомыслию и набожности или к инфантильности (ребячеству, желанию молодиться) и жажде славы и внимания», — говорит автор.

Как автор упомянул ранее, сама одежда даёт представление о человеке, далее способ ношения одежды, то есть одну и ту же одежду носят два человека, тъалибуль-’ильм. Например, есть какая-то одежда, которую носят в арабских странах, платок ‘утра. У всех один и тот же платок на голове, но различие в том, как они его носят, и это даёт людям представление о принадлежности её носителя: к какой категории или группе этот человек, о его степенности, разумности. Можно сделать вывод о его склонности к благоразумию или наоборот, что этот человек инфантильный, склонный к ребячеству, стремление молодиться или что у этого человека есть жажда славы, жажда внимания.

Говорит он далее: «Выбирай одежду, которая будет украшать тебя, а не позорить. Не давай повода для разговоров и насмешек над тобой». Это очень важно. Люди будут смотреть на твою одежду, и будут делать выводы о тебе, соответственно, может быть засмеют, если эта одежда не соответствует тъалибуль-’ильм или её способ ношение. Соответственно, они уже не будут считаться ни с тобой, ни с твоим знанием. Это даст повод для разговоров о тебе.

Говорит он: «Если твоя одежда и способ её ношения будут соответствовать и будут под стать религиозному знанию, обладателем которого ты имеешь честь быть, то с тобой будут больше считаться и твоё знание принесёт большую пользу. Более того, если ты будешь это делать с соответствующим намерением, это станет поклонением, приближающим к Аллаху, ибо это служит средством для наставления людей к истине», то есть, если у тебя будет соответствующий вид тъалибуль-’ильм, то люди будут прислушиваться, брать от тебя, и это будет средством распространения правильных религиозных убеждений и Сунны.

Затем он говорит: «От повелителя правоверных ‘Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах) переданы слова: Больше всего мне нравится видеть на чтецах белую одежду», на учёных, на тъалибуль-’ильм видеть белую одежду, потому что это вызывает к ним уважение в душах людей, посредством чего они проникаются уважением к той истине, носителями которой те являются.

Во-первых, пророк ﷺ рекомендовал белую одежду для мусульман, сказав: «Это лучшая одежда для живых и лучший саван для мёртвых». В этом завете ‘Умара ибн аль-Хаттаба указывается на то, что тъалибуль-’ильм должен быть внимателен к тому, что он носит.

Затем автор говорит: «Люди, как на то указывает шейх аль-Ислам ибн Таймия (да смилуется над ним Аллах) подобны стаям куропаток и по природе своей склонны уподобляться друг к другу». Ещё один фактор. Появляется какой-то новый вид одежды, и ты видишь, что через какое-то время она уже на всех. Говорит он: «Люди так устроены, как стая куропаток»: одна что-то прокричала и все вслед за ней тоже начинают кричать. Один человек начинает что-то надевать и люди начинают за ним следовать. Тъалибуль-’ильм должен быть примером того, как нужно одеваться, чтобы эта одежда была праведного человека.

Автор говорит: «Остерегайся, во чтобы то ни стало, молодиться посредством одежды и надевать то, что не приличествует взрослым, зрелым людям». Это называется «либасу т-тасаби», что это такое? Когда какой-то взрослый, пожилой человек, начинает носить одежду молодых. Любому человеку это неподабает, тем более неподабает тъалибуль-’ильм. Потому что, во-первых, из-за этого он теряет уважение людей и, соответственно, теряется уважение к его знанию; во-вторых, это отвлекает людей; в-третьих, это «шухра», то есть, когда человек хочет отличаться от других, а это указывает на его высокомерие.

Говорит он далее: «Что же касается европейской одежды, то её положение тебе известно», то есть хукм известен.

Какой хукм ношения европейской одежды? Из слов автора можно сделать вывод, что это харам. Как сказал пророк ﷺ: «Кто уподобляется какому-то народу, тот из них»[44]. Но вопрос: а что относится к понятию «европейская одежда»? Означает ли это, что мусульмане, живущие в такой стране как наша, должны носить брюки, соответствующие нормам Шариата или какую-то другую одежду? Нет! Под понятием «европейская одежда» здесь имеется в виду именно одежда присущая только им и именно им, которая является их особенностью.

Но есть такая одежда, которую носят и они, и другие (и европейцы, и мусульмане), тогда это не является грехом (харам). «Европейская одежда» — когда видит человек, и говорит: «Смотри, оделся как неверующий, сразу видно по нему».

А если эта одежда, которая распространена и среди европейцев, и среди других, то тогда это уже не является уподоблением, это дозволено. Но может быть не дозволено, с другой стороны. Например, брюки. В общем, в таких странах как наша дозволено, потому что мусульмане тоже носят это; эта одежда присуща и мусульманам; но может быть недозволена, если есть какие-то нарушения норм Шариата. Например, узкие брюки. Сколько мусульман, к сожалению, тъуллябу ль ‘ильм носят узкие брюки, так что выделяется их ‘аурат. Особенно во время намаза, когда человек позади такого молится — отвратительное зрелище. Поэтому нужно быть внимательным к тому, чтобы брюки были просторными, чтобы не следил человек за модой, чтобы он не был последователем моды, или если это женщины, то чтобы не было нарушение хиджаба. Если это мужчина, то чтобы это не была шёлковая или облегающая одежда и т. д.

Далее автор (да помилует его Аллах), чтобы человек не ушёл далеко в другую сторону и не впал в другую крайность, говорит такие слова: «Сказанное не означает, что ты должен носить безобразную одежду, но речь идёт об умеренности в одежде, определяемой рамками Шариата», то есть «аль-икътисъад» — умеренность в одежде, определяемая рамками Шариата, которая должна сочетаться с праведным поведением и благоприличием.

Умеренность в одежде, сюда ещё входит понятие «недопущение исрафа», то есть человек не должен делать расточительство в отношении одежды, покупать очень дорогую одежду или очень дорогую обувь, исраф запрещён. Должна быть умеренность в соответствии с рамками Шариата к самой одежде и в том, как носить эту одежду.

Ранее мы упоминали письмо ‘Умара ибн аль-Хаттаба, в котором сказано: «Не носить одежду неарабов», здесь тоже тонкий момент. Тъалибуль-’ильм также должен учесть, особенно, что одежда должна соответствовать одежде мусульман его страны, чтобы не выделяться на общем фоне. Одеяние, призванное показать человека, привлечь к нему внимание — это запретил пророк ﷺ. Сам посланник Аллаха ﷺ носил ту одежду, которую носил его народ, когда жил в Мекке. Носил изар, как носили мекканцы. Когда был в Медине, помимо этого он ﷺ носил одежду, которую носили там, это были рубаха, штаны.

Во-первых, это «либасу ш-шухра» — привлечение к себе внимания, которое запретил пророк ﷺ. Во-вторых, — это свидетельство о желании человека выделяться и указывает на его высокомерие. В-третьих, необычный внешний вид, так, что, когда люди, которые приходят к нему, чтобы получить какое-то знание, они не будут получать знание, а будут смотреть на его вид, будут озадачены этим, но не получением знаний.

Дальше он говорит: «Разъяснение этого вопроса ты можешь найти в книгах, посвящённых Сунне и смягчению сердец, особенно в книге Аль-Джами’ аль-Хатъиба. Не игнорируй данное наставление — учёные всегда указывали на этот вопрос в книгах, посвящённых вещам, смягчающим сердца, нормам благопристойности и одежде. А Аллаху всё ведомо лучше!».

То есть некоторые люди могут сказать: «Зачем мы говорим обо всём этом?» Во-первых, потому что об этом говорят шариатские тексты, есть хадисы и асары об этих адабах; во-вторых, потому что, если мы будем соблюдать эти нормы, то люди устремятся к знаниям, которые есть у него; в‑третьих, если человек не будет соблюдать эти нормы, то это будет отвращать людей от знаний, которые у него есть; в-четвёртых, если человек носит одежду не в соответствии с теми нормами, которые мы упомянули, то это может относиться к «шухра» — любви к славе, как мы сказали об этом ранее, и это указывает на его высокомерие и желание возвеличиться над людьми.

Глава 11
Отвращение от праздных собраний

Автор (да помилует его Аллах) говорит: «Hе ступай ногой, изображая из себя ничего не понимающего глупца, в те собрания, где творят порицаемое и срывают завесу благоприличия, ибо, сделав это, ты совершишь, поистине, великое преступление против знания и его обладателей».

Следующее качество, которое должно быть присуще тъалибуль-’ильм — отвращаться, отдаляться от собраний праздности, пустословия, пустоделия (Лягъв) — бывает двух видов:

  • праздность, в которой нет ни пользы, ни вреда, — разумный человек не должен губить своё время, тратить на то, чтобы заниматься вещами, в которых нет пользы? Даже если нет вреда, но пользы тоже нет. Это убыток. Разумный человек убегает от убытка;
  • праздность, в которой есть вред, — это праздное времяпрепровождение, когда человек делает что-то запретное, порицаемое, то конечно в таких собраниях находиться запрещено.

Автор (да помилует его Аллах), скорее всего, имеет ввиду второй вид, то есть запрещены всякие развлечения, в которых присутствует порицаемое и срывают завесу благоприличия, вне всякого сомнения. Если в каком-то собрании, в каком-то обществе люди совершают что-то запретное, сидеть там нельзя. Если ты не порицаешь этот порицаемое (мункар), не порицаешь грех (харам), находиться там тебе нельзя, потому что Аллах в Коране сказал: «Уже ниспослали тебе в писании, что если слышите вы как проявляют неверие в аяты Аллаха или издеваются над аятами Аллаха, то не сидите с ними пока они не погрузятся в иную беседу. В противном случае вы уподобитесь им. Воистину Аллах соберёт вместе всех лицемеров и неверующих в Геене»[45], то есть если ты находишься в собраниях, где совершается мункар и не придаёшь этому значения, делаешь вид, что не замечаешь, не понимаешь и не порицаешь этот мункар, то тогда ты подобен им.

Пророк ﷺ запретил нахождение в тех местах, где распивается спиртное, потому что, тогда, ты уподобляешься им. Если ты сидишь в каком-то собрании, где совершается мункар, ты обязан порицать это или же должен встать и уйти. Если они оставят мункар после твоего порицания, то тогда можно остаться и не покидать собрание, а если они продолжают делать это упорно, то обязательно для тебя встать и уйти, оставив это собрание.

У некоторых людей, к сожалению, есть заблуждения в этом вопросе, они говорят: «Ну, есть же хадис пророка , где он говорит: Если не можешь рукой и словом исправить мункар, тогда сердцем, да, я сижу там, но я сердцем осуждаю». Что мы скажем такому человеку? «Если бы ты на самом деле осуждал, то ты с ними бы не сидел, потому что не может быть так, что человек сидит там, где ему не нравится и не уходит. Другое дело, если ты был принуждён к этому, но, если ты не принуждён и по своему выбору находишься в том месте, тогда твоё заявление, что тебе не нравится, что ты сердцем осуждаешь — является ложью».

Дальше он говорит: «Если ты это сделаешь, то твоё преступление против знания и людей знания — великое», замечательные слова. Но, во-первых, если ты сидишь в таких собраниях, где есть ослушание Аллаха, то ясно, что ты совершаешь великое преступление против самого себя, но почему в отношении людей знания? Потому что, когда люди будут видеть тъалибуль-’ильм, который сидит в том месте, где совершается мункар, они скажут: «Это и есть тъалибуль-’ильм? Это и есть знание? Это то, к чему приводит знание?». Теряется авторитет у людей знания в глазах людей, теряется страх перед грехом, разрывается покрывало. Если тъуллябу ль ‘ильм сидят в таких местах, тогда что говорить о простых людях?! Люди, увидев такое, перестанут бояться греха, поэтому это большое преступление против знания и против людей знания.

Глава 12
Отвращение от сумятицы и гвалта

Говорит автор (да помилует его Аллах): «Остерегайся криков, неразберихи, сумятицы, галдёжа, шума и гама, ибо в шуме и крике совершаются ошибки, и это не соответствует благоприличиям поиска знания». «Аль-хайшат» — это сумятица, неразбериха, галдёж, гвалт как на рынках, ссоры, крики, перебранка. Тъалибуль-’ильм не должен находиться в таких местах, где собирается толпа людей и происходят ссоры, крики, шум, выяснение каких-то отношений, гвалт, галдёж. Тъалибуль-’ильм должен быть далёк от таких мест.

Некоторые тъуллябу ль ‘ильм говорят: «Мы ходим на рынки, потому что хотим посмотреть, как люди общаются друг с другом, какие там системы взаимоотношений, как ведётся купля-продажа, мы изучаем всё это» и пребывают там всё время.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Есть разница между тем, что человек пошёл просто посмотрел, изучил вопрос, или, когда человек практикует это постоянно». Местом тъалибуль-’ильм не должен быть рынок (так, что он всё время на рынке, всё время в шуме, в гвалте, участвует в разбирательствах и т. д.), потому, как говорит автор (да помилует его Аллах): «В этом крике, в этом шуме совершаются ошибки». Это унижение для тъалибуль-’ильм, умаление знаний, которыми он обладает.

И далее он говорит: «Здесь вспоминается изящная история, упоминаемая автором книги Аль-уаситъ фи тараджим удаба шинкъитъ, и приведённая со ссылкой на него в книге Му’джам аль-ма’аджим. Рассказывается, что однажды произошёл конфликт между двумя племенами, и третье племя решило выступить посредником в примирении. Все стороны согласились, что решение должно быть принято согласно Шариату, и выбрали в качестве судьи одного из знающих. Тот пришёл к решению, что за четырёх убитых должны быть убиты четверо представителей противоположной стороны конфликта», то есть къисас.

«Тогда слово взял шейх Баб ибн Ахмад: В подобных случаях нет отмщения, — сказал он. Подобное не сказано ни в одной книге, — возразил судья. Напротив, об этом сказано в любой книге, ответил шейх. Если так, сказал судья, тогда вот тебе Аль-камус!””», то есть словарь, разъясняющий значение слов, ибо он также входит в понятие любая книга.

«Шейх Баб ибн Ахмад взял словарь и первое, на что упал его взгляд, были слова: Аль-хайша — это 1-ое, смута, а 2-ое, навозный жук. Не полагается отмщение за то, что происходит при смутах, (за убийство, произошедшее во время смуты, когда неясно, кто является убийцей). Все присутствующие подивились находчивости, проявленной в подобной затруднительной ситуации». Автору вспомнилась эта история (да помилует его Аллах).

Глава 13
Украситься мягкостью и добротой

  • «Ар‑рифкъ» — одно из самых главных нравственных качеств для тъалибуль-’ильм. Тот, кто желает украситься этим прекрасным качеством, прислушайтесь! Раскройте свои сердца! Кто же сможет украситься этим великим качеством, кроме, тех, которых помиловал Аллах. Из самых главных нравственных качеств для тъуллябуль-‘ильм, будь то пока ещё обучающийся или уже учитель — это «рифкъ», это мягкость в речах, доброта, деликатность, обходительность, учтивость.

Автор (да помилует его Аллах) говорит: «Придерживайся мягкости, деликатности и обходительности в речах, остерегаясь грубых слов, ибо мягкое обращение располагает строптивые души, на что указывает множество доводов из Корана и Сунны».

Пророк ﷺ сказал: «И, поистине, Аллах — добрый, любит доброту во всём». И сказал пророк ﷺ: «Поистине, в чём бы ни была доброта (мягкость) она всегда украшает собой это. И что бы не лишилось доброты (мягкости) оно неизбежно становится порочным»[46]. Поэтому тъалибуль-’ильм должен быть очень внимательным, чтобы у него было это качество «рифкъ». Он должен избегать грубых речей, слов. Потому что сколько людей, которые были далеки от покорности Аллаху, далеки от религии, от поклонения, но из-за того, что тъалибуль-’ильм или простые мусульмане с ними разговаривали мягко, учтиво, деликатно, обходительно, проявляли доброту в речах, склонились их сердца и они стали поклоняться Аллаху.

И наоборот, сколько было случаев, когда человек вроде бы хотел приблизиться к Исламу, но из-за грубости, из-за отсутствия мягкости у мусульман, были отвращены эти люди от покорности, от поклонения Аллаху.

Поэтому тъалибуль-’ильм обязательно должен быть мягким и добрым. Это основа, но мягкость и доброта не означают слабость, потому что некоторые понимают под мягкость и добротой слабость. Слабость приводит к тому, что человек бывает унижен, и это не приводит к хорошим результатам, этот человек унижен из-за своей слабости. Люди говорят: «Это мягкость», а это не мягкость, это наоборот — слабость. И из-за того, что этот человек унижен, и слово его бывает унижено. И люди не обращают внимания на его слова, из-за его слабости, посему, мягкость — это одно, а слабость — это другое. Слабость — это то, что противостоит решительности там, где она требуется.

Будь мягким (рафикъ), добрым там, где это необходимо, — и это основа. Но, там, где нужно проявить строгость, суровость и решительность — нужно их проявить.

Кто милостивее и добрее чем Аллах?! При этом Аллах говорит по поводу прелюбодея и прелюбодейки: «Побивайте каждого из них сотнями ударов. И пусть не охватит вас сочувствие в отношении них в религии Аллаха»[47], то есть, сказав: «Нам жалко, мы не будем этого делать». Твоя мягкость, жалость не должна заставить тебя оставить истину и проявить слабость.

Например, если человек всё время мягок и добр к своему ребёнку во всём: там, где нужна решительность, твёрдость, он всё равно проявляет мягкость. Сможет ли он правильно воспитать своего ребёнка? Нет, не сможет. Разбил посуду, разбил стекло, разорвал одежду на себе, натворил ещё кучу вещей. Пришёл отец, видит в каком он положении находится, и будет пытаться какими-то мягкими словами этого ребёнка воспитать, и это не будет верным решением, так-как ребёнок совершает явное озорство, и в данном случае просто таких мягких слов со стороны отца будет недостаточно. “В каждой ситуации — своё слово”.

Пророк ﷺ говорит: «Приказывайте своим детям совершать намаз, когда им исполняется 7 лет, и побивайте их за оставление намаза, когда им исполняется 10 лет, и разделяйте между ними ложе»[48]. «Побивать их уже…», — говорит пророк ﷺ, самый милостивый из людей. Но, если вопрос стоит между тем, чтобы проявить мягкость или строгость, то тогда нужно предпочтение отдать мягкости, потому что мягкость является основой. Если точно знаешь и склоняешься к тому, что здесь нужна суровость и строгость, тогда проявляешь её, и это уже будет из мудрости.

Говорит он: «Остерегайтесь грубых слов, ибо мягкое обращение располагает строптивые души». Есть арабская пословица: “Мягкое слово побеждает явное право”. Смысл её в том, что, если у тебя происходит какая-то тяжба с кем-то и может быть право у него, но из-за твоих мягких слов и хорошего обхождения, он может отказаться от своего права в твою пользу. Вот что делает мягкое слово и учтивое обращение. Наверняка каждый из нас сталкивался с этим. Если ты будешь с кем-то спорить, грубить ему, это приведёт только к тому, что он станет проявлять ещё большую резкость в ответ, а если ты смягчишь своё слово к нему, то тогда это приблизит его к тебе.

Аллах по этому поводу сказал Харуну и Мусе, которые шли к самому большому тирану на земле: «И говорите ему слово мягкое, быть может он вспомнит или убоится»[49].

Глава 14
Обдумывание

  • «Ат-та’аммуль» — обдумывание, анализирование, рассудительность Следующее украшение для тъалибуль-’ильм, о котором говорит автор (да помилует его Аллах).

Говорит автор: «Необходимо украситься рассудительностью и размышлением, ибо кто обдумывает и размышляет, тот постигает. “Размышляй и постигнешь!” — гласит поговорка».

Говорит он далее: «Посему, прежде чем произнести нечто, тебе надлежит подумать и поразмыслить о том, что ты собираешься сказать, и к чему это приведёт. Будь осмотрительным в выражениях, в изложении, не проявляя при этом излишней придирчивости (щепетильности), педантизма и умничанья. При обсуждении с кем-то того или иного вопроса, подбирай подходящие формулировки, передающие подразумеваемый смысл. Если же тебя спросили о чём-то, то подумай над тем, правильно ли ты понял вопрос, ибо он может содержать двоякий смысл. И так поступай во всём остальном».

Итак, «та’аммуль» — это качество, которым должен обладать тъалибуль-’ильм. Прежде чем сказать что-то или сделать, тъалибуль-’ильм должен задуматься. «Та’аммуль» — понятие широкое. Оно включает в себя: размышление над знамениями Аллаха, над знамениями бытийными, над аятами Корана, оно включает в себя то, о чём говорит здесь автор: «Рассудительность, размышление перед тем, как что-то сказать. Если ты будешь рассудительным, ты достигнешь нужной цели». Во-первых, какие слова должен произносить тъалибуль-’ильм, во‑вторых, к чему они приведут. Если он думает, что эти слова принесут вред, то ему не следует их произносить. Потому что пророк ﷺ сказал: «Кто верит в Аллаха и в Судный день пусть говорит благое или молчит»[50], если мусульманин, а особенно тъалибуль-’ильм захочет произнести какое-то слово, речь, — он сначала должен поразмыслить, и если поймёт, что эта речь не будет благой, то ему стоит промолчать; если же знает, что его слова принесут благо, тогда ему следует говорить.

1-е — «Раздумывай над каждым словом и над последствиями сказанного».

2-е — «Будь осмотрительным в выражениях», то есть подбирай выражения. Очень важно подобрать правильные слова, правильную интонацию, подобрать такие слова, которые передают смысл, так как у двух слов может быть один смысл. Одно слово может выражать смысл, сильнее другого. Обо всём этом ты должен думать, но при этом в твоей речи не должно быть такой вещи, как педантичность, щепетильность, придирчивость к словам и выражениям, то есть, когда человек хочет показать себя умным больше, чем он есть на самом деле.

3-е — «Подбирай подходящие формулировки, если тебя спросили о чём-то, то подумай, правильно ли ты понял вопрос, потому что вопрос может содержать двоякий смысл», если у тебя спросили что-либо и тебе не совсем понятен смысл, то тебе следует уточнить вопрос.

4-е — и очень важно здесь добавить, то, что не упомянул автор, шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Размышление при ответе», то есть каким будет твой ответ: ясным или неясным, подробным или общим, не будет ли в нём какой‑то туманности? В зависимости от ситуации, важно над этим размышлять. «Та-‘аммуль» — это, по сути, отсутствие спешки при ответе, это основа тъалибуль-’ильм.

Что касается предыдущего, где автор сказал: «Будь осмотрительным в выражениях», то есть, когда подаёте информацию, обращайте на это внимание, и это очень важно для тъалибуль-’ильм. То есть не говори те слова, за которые тебя могут потом упрекнуть.

Пророк ﷺ сказал: «Не произноси слова, за которые завтра тебе придётся извиняться». Поэтому задумывайся над словами, которые собираешься произнести. Например, если нужно уточнить, значить уточни; если это выражение просто какое-то обобщённое и его нужно конкретизировать, то конкретизируй, чтобы тебя правильно поняли; если в этом вопросе есть какие-то условия, значит, упомяни эти условия — это означает, что, будь очень осмотрительным в своих речах.

Если ты ведёшь дискуссию, обсуждение какого-то вопроса, то выбирай соответствующую форму дискуссии, чтобы она была правильной и по интонации, и смысл выражался правильный. Если тебе задают вопрос, и вопрос неясный — тебе нужно уточнить. С вопросом легче, потому что ты можешь переспросить, а вот ответ дать — уже сложнее, здесь нужно проявить внимательность. «Та-‘аммуль» нужно соблюдать больше при ответе, потому что, если ты дашь неясный общий ответ, то разные люди дадут твоёму ответу разное толкование, каждый поймёт по-своему так, как ему хочется или как ему подходит.

Глава 15
Проявлять стойкость и удостоверяться

  • «Ас-сабату ва тасаббут» — это возможно одно из самых главных качеств в этой главе. Стойкость (сабат) и удостоверяться (тасаббут).

Говорит автор (да помилует его Аллах): «Укрась себя стойкостью и стремлением удостоверяться, особенно, когда речь идёт о чём-то важном и чреватом бедами. Сюда относятся терпение и стойкость при получении знания и проведение часов в обучении у шейхов, ибо кто устойчив, тот растёт».

Как мы ранее упомянули из адабов, из норм благопристойности, которые приведены в этой книге, — возможно, это из самых главных. Что такое «тасаббут» («удостоверяться»)?

Если до тебя дошло какое-то сообщение, информация — ты должен удостовериться в истинности этого. Зачастую то, что тебе передают от каких‑то людей, то, что доходит до тебя из каких-то источников — это на самом деле не является истиной, то есть возможно они этого не говорили или говорили не так как до тебя дошло; и твоя обязанность удостовериться в истинности того, что до тебя доходит, и того, что ты собираешься донести до людей.

Если до тебя доходит какое-то сообщение о ком-то, то сначала удостоверься, действительно ли этот человек сказал эти слова, сказал ли он это в такой форме или нет. Если выяснилось, что действительно этот человек сказал это, то теперь нужно быть осторожным в суждениях пока не удостоверишься: может быть, он сказал эти слова, опираясь на какое-то основание, которое тебе неизвестно, а ты сразу вынес суждение его словам, и при этом ошибся. Ты считал то, что он сказал неверным, а на самом деле это были правильные слова, но тебе неизвестна основа, на которую он опирался,

В этом случае тебе необходимо связаться с этим человеком, к которому относят эти слова. Рассказать, что тебе передано то-то и то-то, и выяснить так ли это на самом деле. Если оказалось, что, действительно, от него это передано, тогда обсуди с ним этот вопрос. И быть может что ты нашёл неправильным, порицаемым, то, что ты услышал, а на самом деле ты просто не знаешь причину, а когда выяснится причина, тогда возможно исчезнет порицание и удивление.

Как сказано в пословице: «Kогда известна причина, исчезает и удивление, и непонимание». Когда тебе выяснилась причина того, почему он это сказал и на каком основании, и ты понял, что, действительно, оказывается его слова являются правильными, значит, ты должен принять истину и склониться к ней; если оказалось, наоборот, и он ошибся, значит, он должен изменить своё мнение, то есть должен его оставить.

«Сабат» и «тасаббут» — два однокоренных слова, но имеют разные смыслы.

Что такое «сабат»? — это стойкость, упорство, такое, что тебе не надоедает, ты не устаёшь, не раздражаешься. Не так, как делают некоторые тъуллябу ль ‘ильм — из каждой книги берут какой-то клочок как из шерсти, с какого-то цикла уроков что-то, оттуда что-то послушал, отсюда что-то послушал — получает знания кусками, оттуда и отсюда. Берёт кусками, потом бросает — и это очень вредит тъалибуль-’ильм. Он теряет очень много времени, так как проходят дни, а он не получает пользу, не закрепляется на чём-то одном, а скачет от одного к другому.

Смотришь он взял «Аджуррумию», — бросил, потом взял «Къатъру н‑нада», — бросил, затем взялся за «Альфию», — занялся ею, ещё не пройдя «Аджуррумию» и т. д.

Или в ‘акъиде: «Три основы», — начал и бросил, смотришь он уже «Китабу т-таухид» проходит, затем опять бросает, говорит: «Нет, надо посмотреть, что там в Уасъитъия» и т. д.

Также и с «Мусталихуль-хадис»: то он «Нухъба» изучает, то «Альфиятуль-‘иракъи». Кусочек оттуда, кусочек отсюда.

В фикъхе то же самое, то «Задуль-мустакъни’» берёт, то из «Мугъни», то ещё из какой-то книги. И вот так он перескакивает с одной книги на другую, и как правило такой человек не получает ‘ильм. Он не формируется как знающий человек, как тъалибуль-’ильм. Максимум, что ему удаётся получить, масаиль — отдельные вопросы.

Такого человека шейх ‘Усаймин сравнивает с человеком, который ловит из множества саранчи то одну, то другую. Берёт отдельные вопросы, здесь послушал, там какой-то ролик посмотрел, тут чью-то статью прочитал, там какой-то вопрос-ответ прочитал; но из-за того, что нет этой прочности, стабильности, постепенности и постоянства в ‘ильме — он не формируется. У него нет фундамента, то есть у него отсутствует формирование фундамента и прочности.

Поэтому в отношении книг, во-первых, будь устойчив, будь упорным, то есть читаешь какую-то книгу или изучаешь, дойди от начала и до конца. В отношении учителей, тоже будь устойчив, будь упорным, в том, от кого ты получаешь знания. Не будь тем, кто пробует (гурман), с одним шейхом попробовал заниматься, затем с другим и т. д. Неделю у одного шейха сидит, вторую неделю он на собрании другого шейха сидит. Каждый месяц у него какой-то другой шейх, другой учитель. Тебе необходимо решить с самого начала, выбрать того, у кого есть ‘ильм, чтобы ты мог брать у него этот ‘ильм. Когда ты определишься, то будь стоек, и тогда ты достигнешь цели и получишь желаемое.

На своём опыте я вижу, как люди, которые упорны в требовании знания, они занимаются у ‘уляма, если берут книгу, то доводят её до конца, изучают в том порядке, в котором дают ‘уляма. Они формируются, становятся прочными в знании, а те, которые скачут от одного к другому, пользы не извлекают. И из таких как правило ничего путного не выходит.

Чтобы не было такого, что у тебя каждый месяц или каждую неделю другой шейх (будь то учитель в фикъхе или в акъиде или в других вещах). Закрепись на обучении с одним шейхом и доведи до конца.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Такие люди подобны митълякъ», — это такой человек, который всё время женится и разводится, то есть он женится на одной, затем через короткий срок разводится; потом ищет другую, опять женится и через короткий срок разводится, и так всё время. У такого человека никогда не будет семейного счастья, семейной жизни, и как правило он и детей не заведёт, и не воспитает благое потомство, потому что у него нет «сабата» — стойкости. Его принцип в жизни, — пробовать по чуть-чуть. В ‘ильме так же — попробовал с одним шейхом, с другим; попробовал эту страну, попробовал ту; попробовал эту книгу, попробовал ту; и путного ничего не выходит.

Что касается «тасаббута», то мы сказали, что это из важнейших вещей. «Тасаббут» — это удостоверяться. Потому что зачастую многие передатчики, которые передают разговоры, они имеют плохие намерения: как-то опорочить, повредить репутации человека, от которого он передаёт эти слова, говорит: «Тот сказал то-то и то-то». Иногда возможно нет плохих намерений, но поняли неправильно, не поняли, что он имеет в виду и передают. Поэтому обязательно, о, тъуллябу ль ‘ильм, — о, обладатели знания: «тасаббут, тасаббут, тасаббут» — удостоверяйтесь, и когда передают друг от друга — удостоверяйтесь, и когда передают от учителей ваших — удостоверяйтесь, от учёных что-то передают — удостоверяйтесь. Удостоверься, действительно ли этот человек сказал эти слова. Если действительно он сказал, то обсуди с ним прежде, чем ты вынесешь какое-то суждение.

Как мы сказали ранее, ты можешь посчитать ошибкой его слова, но после того, как выяснится истинная причина высказываний, в результате обсуждения, правда может оказаться на стороне того, кто это высказал, потому что у него были определённые причины и доводы. Не выноси суждения только на основании того, что услышал о самих словах или о человеке. Так как зачастую передают от учёных какие-то слова, которые они не говорили, и тем самым они порочат этих ‘уляма и совершают преступление, потому что умаляют достоинства ‘уляма и того знания, носителями которого они являются.

Автор говорит: «Сюда относится терпение и прочность, стойкость при получении знания и проведение часов в обучении у шейхов, ибо кто устойчив, тот укрепляется и растёт», то есть, если прочно укрепился на одном месте, тогда ты будешь расти, как растение, которое имеет хорошую почву под собой. Оно не будет расти, как и тъалибуль-’ильм, без этой стойкости и закрепленности.

Это то, что касается данного качества. Это окончание 1-го раздела этой книги «Адабы тъалибуль-’ильм в отношении него самого».

Пусть Аллах сделает полезным то, что мы изучили.

ВТОРОЙ РАЗДЕЛ
Как приобретается знание

Глава 16
Принципы и этапы получения знания

Принципы и этапы получения знания (кайфияту т-тъалиби ва т-талякъий) — раздел, который посвящён тому, каким образом приобретается знание, каким образом осуществляется сам процесс поиска знания.

Автор (да помилует его Аллах) говорит: «Принципы поиска знания и этапы получения знаний. Кто не овладел должным образом основами, тот не сможет достичь цели. Кто пытается получить знание сразу и целиком, от того оно уходит сразу и целиком. Если слух перезагрузить знанием, то будут нарушения в понимании».

Следовательно, в каждой области знания необходимо установление принципов обучения и заложение основ, с овладением базисом — основой и кратким изложением (мухътасъар) той или иной науки в точном и правильном виде, с помощью учителя, хорошо знающего свой предмет, а не только путём самообразования, следуя принципу постепенного и поэтапного получения знания.

Всевышний сказал: «Мы разделили Коран для того, чтобы ты читал его людям не спеша. Мы ниспослали его частями»[51].

И сказал Всевышний далее: «Неверующие сказали: «Почему Коран не ниспослан ему целиком за один раз?». Мы поступили так, чтобы укрепить им твоё сердце и разъяснили его самым прекрасным образом»[52].

И сказал Он далее: «Те, кому Мы даровали Писание, и кто читает его надлежащим образом, действительно веруют в него. А те, которые не уверуют в Него, непременно окажутся в убытке»[53].

Вопрос: каким образом получают знание?! Это очень важный вопрос, потому что человек должен строить своё обучение на принципах. Процесс требования ‘ильма это не какой-то сумбурный, архаичный, хаотичный процесс, у него есть свои принципы.

Автор приводит здесь некоторые очень важные высказывания: «Кто не овладел должным образом основами, тот не сможет достичь цели», то есть лишается возможности дойти до конца пути. Или есть другое выражение: «Тот, кто не получает основ, проходит мимо них (тот лишается возможности достижения цели)», то есть получить знание. Если у тебя нет основ (усъуль), то ты не можешь получить настоящее знание, потому что у знания есть основа и есть ветви. Как у дерева, если у него хорошая основа, тогда и ветви бывают хорошими, если нет хорошего корня, то тогда ветви высыхают.

Поэтому человек должен строить свой ‘ильм на основах (усъуль). Что здесь подразумевается под основами? Имеется в виду правильные доводы (далили). Человек должен знать доводы, он должен знать правила (къава’ид), он должен знать нормы (дъавабитъ), критерии. Эти правила и нормы в свою очередь строятся на доказательствах из Корана и Сунны. Таким образом, эти усъуль строятся на доводах из Корана и Сунны; они строятся на правилах и нормах, которые в свою очередь почерпнуты путём тщательного изучения из Корана и Сунны. И это из самых важных вещей для тъалибуль-’ильм.

Человеку сначала необходимо постичь основы, принципы. Получение ‘ильма должно строиться на определённых принципах, а не как попало. Потому что если у тъалибуль-’ильм нет усъуль, то он не сможет постичь знания. У него должны быть принципы обучения. Основы — это далили из Корана и Сунны, это правила и нормы, которые он должен изучать.

Например, правило фикъха «Аль-машаккъату таджлибу т-тайсир» («Затруднение вызывает облегчение») — это из основ, на них строится получение знания. Откуда взят этот принцип «Аль-машаккъату таджлибу т‑тайсир»? Из книги Аллаха и Сунны пророка ﷺ. Аллах Всевышний говорит: «Он не устроил для вас в религии затруднение»[54].

В Сунне — слова пророка ﷺ ‘Имран ибн Хусайн (да будет Аллах доволен им и его отцом) передал, что когда он страдал от геморроя, то спросил пророка ﷺ о том, как ему следует совершать молитву. Он ответил: «Молись стоя, но если не можешь, то сидя, а если и так не сможешь, то лёжа на боку»[55].

И сказал пророк ﷺ: «Если я приказываю вам что-то, то делайте из этого то, что вам по силам». Эти все доводы указывают на это правило «Аль-машаккъату таджлибу т-тайсир», то есть затруднение вызывает облегчение.

Ты уже знаешь этот принцип, ты знаешь эту основу, и сколько бы теперь не было частных вопросов, касающиеся той или ной области религии, у тебя есть это правило «Аль-машаккъату таджлибу т-тайсир». Ты знаешь это, у тебя заложена основа, есть принцип. И может быть будет тысяча разных ситуаций, тысяча разных видов частных вопросов, но их объединяет этот принцип «Аль-машаккъату таджлибу т-тайсир» — Затруднение вызывает облегчение. И у тебя будет возможность вынести хукм в тех или иных вопросах, основываясь на этот принцип. Но если у тебя не будет этого принципа, то, когда возникнут два одинаковых вопроса, тебе будет трудно понять и вынести какой-то хукм.

Далее он упоминает второе правило: «Кто пытается получить знание сразу и целиком, от того оно уходит сразу и целиком».

Первое — необходимо постичь основы, основополагающие принципы, так‑как, это есть корень, от которого потом отходят ветви. Если нет прочного корня, то и ветви, соответственно, завянут, а это доводы из Корана и Сунны. Это определённые правила и принципы.

Второе, он говорит: «Тот, кто пытается получить знание сразу и целиком, от того оно уходит сразу и целиком». Это верный принцип. Если человек хочет взять знания сразу, всё и целиком, тогда он лишится всего знания, знание пройдёт мимо него. Потому что невозможно взять их целиком, оно приобретается потихоньку, постепенно, как будто поднимаешься по лестнице, всё выше и выше. То есть знание — это не какая-то еда, которую взял, собрал и съел одним куском, и проглотил, нет. Знание нуждается в постоянстве, постепенности, стойкости, стабильности, терпении. Как говорили в старину: «Получать знания — это всё равно, что копать иголкой колодец». Тогда это будет настоящим знанием.

Дальше он говорит: «Так же сказано, если слух перезагрузить знанием, то будут нарушения в понимании», что здесь имеется в виду? Если человек сразу слышит много знаний из разных областей, то это может привести к путанице, и он заблудится. Это, непременно может произойти. Если человек сразу очень много прочёл чего-то или много чего-то услышал, может быть произойдёт то, что называется в арабском языке «издихам» («перегрузка»). Потом все эти знания перепутаются друг с другом, и человек не сможет выпутаться и разобраться. Например, человек читает: «И кто-то из учёных сказал, так-то и так-то…», стремится изучать разные мнения, и всем этим он загружается, происходит перегрузка и путаница.

Затем он говорит: «Из этого следует, что в каждой отрасли знаний необходимы ат-тасъиль ва т-тасис». «Ат-тасъиль» — это первое, о чём мы говорили, что тот, кто без изучения основных принципов хочет знания, тот не достигнет их. Сначала требующий знания должен изучить принципы получения знания, установления принципов обучения! «Та-сис» — заложение основ для каждой отрасли знаний, с овладением базисов (основ) и кратким изложением этого предмета (мухътасъар).

У каждого предмета есть основа, есть краткое изложение той или иной науки. Нужно овладеть основами, нужно овладеть кратким изложением этой науки (мухътасар), но как? Говорит он: «Бидъабтъ», то есть в точном и правильном виде, «с помощью учителя, который хорошо знает предмет, а не только путём самообразования», то есть обучение должно проходить с учителем. И говорит шейх: «Учитель, который хорошо знает предмет, а не такой человек, который знает чуть-чуть больше тебя (муткъин)».

Потому что некоторые люди видят кого-то, который немного выделяется чем-то, и сразу делают его своим учителем, от того, что он превзошёл их в каких-то вопросах, связанных со знанием, и оставляют истинно знающих. Если нет учёного, тогда понятно, а если есть учёный, знающий хорошо предмет знания, наиболее крепкий в этом предмете, и готовый обучать, то брать себе учителем, шейхом того, который знает чуть больше тебя самого — будет неправильным решением. Поэтому нужно выбирать учителей, которые хорошо владеют своим предметом, насколько у тебя есть на это возможность.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Помимо этого, ещё второе условие должно быть к учителю — это надёжность (аль-амана)», когда ты имеешь с кем-то дело, ты должен смотреть на два качества — это сила (кувва) и надёжность (аль-амана). Поистине, лучший, кого ты можешь нанять — это сильный и надёжный.

Может быть этот учитель, которого ты хочешь нанять — знающий человек, может быть хорошо знающий предмет (муткъин), у него широкое знание и у него есть способность упорядочивать, классифицировать, преподавать, но у него нет надёжности (аль-амана), и это его умение красиво преподносить может сбить тебя с пути так, что ты и сам не почувствуешь. Тебе необходимо выбирать себе учителя с правильным вероубеждением, и им обязательно должен быть приверженец ахлю с-Сунна ва ль джама’а, последователь пути пророка ﷺ и его сподвижников, надёжный, который не собьёт тебя с пути.

Далее говорит он: «Через учителя, который хорошо знает свой предмет, а не только путём самообразования (тахсъилю з-затий)», то есть не берётся знание только путём самообразования, когда человек сам читает книги, и нет у него учителя, через которого были бы заложены эти основы. Это не значит, что читать не важно или не нужно, а наоборот, это очень важно. Важное составляющее в получении знаний — это чтение, но необходимо чтобы это было после закладывания основ учителем.

Шейх ибн аль-’Усаймин приводит такое высказывание: «У кого руководителем является его книга, то и ошибок у него будет больше, чем правильного понимания». Это, действительно, в своей основе так. Человек, который опирается на самообразование, читая что-то на своё усмотрение, то, как правило, такой человек ошибается, заблуждается во многих вопросах. Потому что, если он сам взялся за этот ‘ильм (а ‘ильм — это безбрежное море), и начал что-то читать оттуда и отсюда, то он увидит у этого моря, у которого нет берегов такую глубину, которую не сумеет преодолеть. А если он берёт знание от знающего, от учителя, тогда он получает много пользы. Среди них:

  • более короткий срок. Одно дело, если он сам будет искать и думать, пытаться понять, а другое дело, если учитель даёт готовый материал, то это сокращает срок обучения;
  • лёгкое обучение, меньше вызывает затруднений, потому что учитель даёт готовое;
  • правильный способ обучения, меньше ошибок при таком обучении.

Так как учитель сам изучил, прежде уже обучал, повторял, исследовал, понял, и после приобретённого опыта даёт уже готовое, зрелое, но как мы сказали, что при условии его надёжности (амана). В таком случае он будет правильно обучать знанию и тому, как нужно изучать религию, как нужно изучать те или иные шариатские вопросы.

Если человек опирается только на книги, то он должен обязательно день и ночь тратить свои усилия, и что может происходить? Он будет читать какие-то книги, в которых идёт сравнение мнений ‘уляма, в которых приводятся доводы сторон, доводы тех или иных мнений. Но кто ему укажет на то, какое из этих мнений является правильным? Первое мнение такое-то и доводы его такие. Второе мнение такое-то и доводы его такие. Третье мнение такое-то и доводы его такие, кто ему укажет на то, какое из мнений правильное и какое более предпочтительное и сильное с точки зрения доводов?! Человек может заблудиться.

Например, если прочитать «Задуль-ма’ад» или «И’лямуль‑муваккъи’ин» ибн аль-Къаййима, можно заметить, что обсуждается какой-то вопрос и приводится два мнения по этому вопросу. Он упоминает первое мнение и его доводы. И читая, думаешь, что это мнение является правильным, и от этого мнения нельзя отходить. Но потом он упоминает второе мнение и его доводы, и тем самым разрушает доводы первого мнения. То есть упоминает противоположное мнение, приводит на него доводы, и то, на чём строится это мнение. И тогда он скажет: «Всё-таки это мнение правильнее. У первого, оказывается, и знания то нет, он не знает этот вопрос». И что случится с тем, который взялся за изучение без учителя? Он может расстеряться, и поэтому необходим учитель — «муткъин», учитель — «амин» — хорошо знающий свой предмет, надёжный.

Затем он говорит: «Следуя принципу постепенного и поэтапного получения знаний», и приводит в качестве доказательств аят из Корана: «Мы разделили Коран для того, чтобы ты читал его людям не спеша. Мы ниспослали его частями»[56].

И следующий аят: «Сказали те, которые не веруют: «Если бы Коран был ему ниспослан сразу и целиком». Мы так поступили, чтобы укрепить им твоё сердце и разъяснили его самым лучшим образом»[57].

Дальше приводит аят: «Те, кому Мы даровали Писание, и кто читает его надлежащим образом…»[58], потому что чтение бывает двух видов:

  • простое чтение, когда читают слова;
  • необходимое, настоящее чтение — это чтение, когда человек верит в сообщения текста, которое читает. Придерживается хукмов (установление), убеждён относительно установлений, которые приводятся в Коране. Это и есть то, что сказал Аллах: «Те, кто читает его надлежащим образом, действительно веруют в него», то есть веруют в Коран. Истинно верующие те, которые читают Коран надлежащим образом, с пониманием.

После этого автор (да помилует его Аллах) говорит: «Ниже я укажу принципы, которые необходимо соблюдать при изучении любой отрасли знания», то есть шариатское знание.

6 принципов:

  1. «Выучить наизусть какое-либо краткое изложение, касающееся этой науки матн мухътасъар». Например, если изучаешь науку «ан-Нахв» — арабская морфология, ты должен выучить какой-то краткий текст (мухътасъар), касающийся этой науки. Говорит шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах): «Если ты начинающий, то тогда самое лучшее, что ты можешь выучить — это аль‑Аджуррумия, потому что это краткое изложение является ясным, ёмким, полным. Оно всеохватывающее и в нём есть барака». Аллах заложил в него барака, и это проверено веками — его изучают на протяжении многих веков и этот труд приносит пользу!

После этого начни изучать «Альфия» ибн Малика, потому что она содержит в себе всю суть науки «ан-Нахву». Шейх говорит: «В фикъхе можно Задуль-мустакъни’ (книга ханбалитская), потому что к этой книге есть много разъяснений (шархов), комментариев и её много изучают. Хотя есть тексты по фикъху лучше, чем Задуль-мустакъни’, но она хороша тем, что её много изучают и много затрагиваются в ней вопросов».

В хадисе, сборник хадисов «’Умдатуль-ахкам». После этого поднимись до «Булюгуль-марам», а если у тебя будет выбор учить «‘Умдатуль‑ахкам» или «Булюгуль-марам», то шейх ибн аль-’Усаймин считает, что «Булюгуль‑марам» лучше, потому что там собрано больше хадисов и ибн Хаджар, который является составителем этой книги, упоминает там хукмы хадисов, то есть степень (дараджа) этих хадисов, достоверность, кто подтвердил достоверность и т. д. В «’Умдатуль-ахкам» приводятся хадисы, нужно ли там знать степень достоверности хадисов? Нет. Чем она легка? Тем, что там только хадисы из аль-Бухари и Муслима.

В науке таухид, лучшее из того, что мы когда-либо читали это «Китабу т-таухид», который является правом Аллаха над рабами, где автором является шейх Мухаммад ибн ‘Абдуль-Ваххаб (да помилует его Аллах).

Также в науке таухид «Асма ва с-съифат». Говорит шейх ибн аль‑’Усаймин: «Лучшее из того, что написано и из того, что я читал, — это аль‘Акъида аль-уаситъия», автор шейх аль-Ислам ибн Таймия (да помилует его Аллах) — эта книга ёмкая, благословенная, полезная.

  1. «Добиться точного и правильного овладения этим изложением при помощи учителя», проверив у него точность и правильность выученного.

То, что ты выучил, нужно сверить с шейхом (дъабтъ), чтобы уточнить правильно ли ты выучил, проверить точность, правильность выученного, добиться точного, правильного овладения этим кратким изложением при помощи учителя, который хорошо знает свой предмет (муткъин).

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Помимо того, что у учителя нужно уточнять, нужно ещё и проверять, не добавил ли ты туда ничего, не исказил ли ты как-то слова, которые ты выучил». Ещё нужно учесть, что выучить-то ты выучил, правильно произносишь, но тебе нужно разъяснение этой книги, и тебе необходим шейх — учитель (муткъин), чтобы он разъяснил то, что ты выучил. И еще раз напомним про качество для учителя «иткъан», то есть хорошее овладение предметом, и второе качество надёжность (аль-амана). Это из самых важных вещей, потому что в Коране «кувва» и «аль-амана» упоминаются вместе, то есть способность, сила для чего-то — знание предмета в данном случае, способность его преподавать и надёжность.

Все дела вращаются вокруг этих двух вещей, этих двух качеств. Например, берёшь работника — обращаешь внимание на эти качества «кувва» и «аль-амана». Есть ли у него способность в овладении профессии или нет, и есть ли надёжность. Также если приобретаешь партнёра, смотришь на наличие этих качеств, и к учителю тоже должны быть эти требования.

И сказал Ифрит из джиннов: «Я доставлю тебе этот трон до того, как ты встанешь (закончишь свое собрание). И я для этого сильный и надёжный»[59], в этом аяте упоминаются эти два качества: «кувва» и «аль‑амана».

Дочь жителя Мадьяна сказала: «О, отец мой, найми его (Мусу), ведь лучшим из тех, кого ты наймёшь — это сильный и надежный»[60].

Из этих двух качеств строятся все дела. Поэтому шейх, помимо того, что должен быть «муткъин» — тот, кто хорошо знает предмет, который преподаёт, также он должен быть надёжным, заслуживающим доверия.

  1. «Не заниматься объёмными и длинными книгами и отдельными трудами, посвящёнными подробностям этой науки, до тех пор, пока не достигнешь точного и крепкого знания её основ». Это также очень важный пункт для искателя знания. Сначала нужно хорошо овладеть «мухътасъар», то есть кратким изложением, краткими книгами. Когда эти знания укрепятся и станут прочными у тебя в уме, в твоём сердце, тогда поднимайся к такой вещи как «аль-Мутъауваля» — длинные книги по каким-то наукам.

Некоторые искатели знания преждевременно заходят далеко. Они проявляют неумеренность и странность, начинают читать «мутъауваля», хотя у них ещё нет основ, они не овладели основами хорошо. Начинают читать длинные труды и умничать: «Вот сказал автор аль-Мугни так-то, вот сказал автор аль-Маджму’ так-то, автор аль-Инсъаф так-то, автор аль-Хавий сказал так-то, я читал…». Чтобы показать какой он начитанный, какой у него широкой кругозор. Это конечно ошибка.

И шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Мы говорим таким: Начинайте с мухътасъара», то есть с кратких изложений; «…вот когда твои знания станут прочными, после этого, если Аллах дарует тебе эту милость, займись тогда мутъауваля», то есть длинными, объёмными, пространными книгами; «…и какими-то отдельными книгами, написанными по этой отрасли науки, по этой дисциплине, где подробно изложены какие-то аспекты. Не делай этого до того, пока ты точно и хорошо не овладеешь основой этой науки».

Обрати внимание обязательно на этот вопрос. Это очень важный вопрос. Это обращение ко всем тъуллябу ль ‘ильм, чтобы они не занимали себя большими трудами, объёмными книгами, не погружались в эту область прежде, чем хорошо овладеют основами, это можно сравнить с таким понятным, ощутимым физическим примером. Человек, который ещё не научился плавать, идёт и опускается в глубокое море, сможет ли он спастись? Конечно же нет, — как же он спасётся, если он не умеет ещё нормально плавать?!

  1. «Не перескакивать с одного краткого изложения на другое без веской причины», потому что это относится к проявлениям невыдержанности и смятения. Тоже большая проблема, большая беда, которая человеку не даёт получить знание, прерывает путь получения знания, и человек теряет время, а время для тъалибуль-’ильм очень важная вещь. Если у человека сегодня одна книга, завтра другая, и он каждый час меняет книги, то это ошибка. Поэтому, если тъалибуль-’ильм решился читать какую-то определённую книгу, то ему необходимо пройти её до конца, не говоря: «Я прочту какую-то часть этой книги, потом перейду к другой», потому что это потеря времени.

Нельзя перескакивать с одного мухътасара на другой без какой-либо причины. Может быть какая-то веская причина, из-за которой ему приходится оставить этот мухътасар и перейти к другому. Например, если не нашёл учителя, который сможет обучить по данному мухътасару, но есть другой, надёжный, обладающий знанием, и он преподаёт другой мухътасар. И к примеру, это может быть причиной. В таком случае ты можешь перейти к другому краткому изложению.

  1. «Извлекать полезные выводы и научные правила икътинасъ» — не просто извлекать, а добывать эти полезные выводы, «дъавабитуль-‘ильмия» — научные правила и нормы — это из самых важных вещей. Бывают такие пользы (фаваид), полезные выводы, которые сами не придут на ум. Если ты узнал полезный вывод, то, что само не придёт на ум, то есть редкий, полезный вывод, касающийся чего-то нового, то есть с этим, ещё не сталкивались люди, или ты узнал хукм в каком-то вопросе, то ты сразу поспеши запомнить его, заполучить его. Уточни как правильно, запиши у себя, отметь. Не говори: «Понятно, я уже понял это, эта вещь известная или я не нуждаюсь в том, чтобы это фиксировать». «Не говори так», — говорит шейх ‘Усаймин, потому что это быстро забудется. Так и есть на самом деле.

Ты сидишь у ног учителя, и слышишь какой-то замечательный, полезный вывод. Ты восторгаешься им, понимаешь, что это нечто редкое или нечто то, что трудно самому найти, или по какому-то вопросу, с которым приходится сталкиваться, и ты думаешь, что ты запомнишь, но через некоторое время забываешь о чём был вывод, из какой он был области. Не говори о том, что этот вопрос лёгкий и ты не нуждаешься в том, чтобы записать его, потому что через очень короткий срок ты захочешь его вспомнить и не сможешь найти.

Итак, «икътинасъа фаваид» — полезные выводы и их приобретение. И приобретать определённые нормы, правила. Тебе нужно стремиться уделять этому особое внимание. Например, факъихи в книгах по фикъху упоминают какие-то «хукмы» («установления»), и упоминают «та’лиль» — объяснение, почему такой хукм. «’Илля» — причина, мотив этого хукма. Когда они упоминают мотив хукма, знай, что это объяснение причин такого хукма — это уже некий «дъабитъ» — критерий, некое правило, норма для тебя. Ты понимаешь: «Вот как выведен, вот где та’лиль, вот где здесь ’илля», и затем записываешь это. Эти мотивы хукма, тоже являются правилами, на которых строятся эти хукмы. Тебе необходимо это запомнить!

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Книга «Ар-Раудъуль-мурби’» по фикъху, в ней некоторые из тъуллябов записали все эти та’лиль», то есть все ‘илля — мотивы для хукмов. «Если ты будешь знать ‘илля по вопросам фикха, то потом ты сможешь провести параллель и для других вопросов, которые строятся на таком же ‘илля».

Под одну норму, дъабитъ в фикъхе подпадает много частных вопросов. Например, ты не знаешь вода чистая или наджас. Какой дъабитъ здесь действует? Тот, что ты опираешься на «аль-якъин» — убеждённость. Опираться на убеждённость — это и есть дъабитъ в данном вопросе, это есть критерий, это есть правило. Потому что основа (аль-асъль): «бакъау мя кяня ‘аля мя кян» («вещи остаются в том виде, в котором они были»). Чтобы сказать, что вещь изменилась, нужен довод или нужна убеждённость. Если ты сомневаешься чистая вода или нет (наджас), то смотри, если вода была чистой, и ты сомневаешься, что она загрязнилась, значит, она остаётся чистой, потому что “убеждённость не устраняется сомнением”.

И наоборот, вода была наджасой, и ты не знаешь, стала ли она чистой или нет (сомневаешься, значит, останавливаешься на этом правиле — «дъабит») — вода наджас (не чистая).

И так каждый раз, когда ты будешь знать «’иляль» — мотивы к хукмам, будешь изучать «дъавабит» — правила, потом под эти правила будешь собирать «масаиля джузия» — отдельные частные вопросы — в этом будет очень большая польза.

  1. «Сосредоточиться на поиске знания и роста в нём», проявляя горячее желание и усердие для его получения и для достижения более высоких ступеней, чтобы потом смог притечь, как притекает вода к объёмным трудам надёжным путём, как туча, в которой собралось много дождя, и зальётся дождь знаний на эти длинные, объёмные книги. Потому что в твоей туче знания уже накоплен этот дождь.

Это очень важный вопрос — тъалибуль-’ильм должен собрать себя, сконцентрировать для получения знания и не распыляться. Он не должен быть беспечным, сегодня изучая знания, а завтра оставляя; один день вроде тъалибуль-’ильм, а завтра уже думает о чём-то другом, о других делах, и это отвлекает от поиска знания.

Требующему знания необходимо настроиться, сконцетрироваться на требовании, поиске, получении знания, сосредоточить свою душу на этом. Раз он убеждён, что это нужно ему, что это его путь — не стоит распыляться направо и налево. Обязательно сосредоточиться над тем, чтобы расти в этом знании постоянно. Нельзя(!) оставаться на одном и том же, всё время нужно расти. Всё время должен спрашивать себя о достигнутом уровне знания, чтобы постепенно расти дальше. При этом будет полезно обращаться к своим товарищам, являющимися тъалибуль-’ильм, которые возможно где-то превзошли его в знании.

Это не значит, что он долже сделать из них шейхов, как мы упомянули ранее, когда человек немного больше тебя знает. Но желательно обращаться к ним за помощью в каких-то вопросах, возможно они поняли его лучше, чтобы они могли разъяснить. Пусть не стесняется сказать: «Давай повторим вместе. Если ты понял, разъясни мне, как ты понял. Помоги мне изучить этот вопрос. Помоги мне изучить и понять эти книги и т. д.». И не нужно стесняться, потому что такая стеснительность (аль-хайя) — она порицаемая стеснительность.

Стеснительность, в общем похвальна, но в данном случае — это порицаемая стеснительность. И никто не получит знания, если у него есть эта порицаемая стеснительность: он стесняется людей попросить объяснить, задать вопрос. Потому что знание не получают двое: «мустахъин» и «мустакбир» — это стесняющийся и высокомерный.

Автор говорит: «И нужно (ихтимам) — уделять внимание, заботиться и (тахаррукъ) — сжигать себя, гореть желанием (таким должен быть задор, охваченность, убеждённость), чтобы получить это знание и достичь того, что выше», — сердце человека должно быть охвачено горячим желанием получать всё более и более высокие степени в ‘ильме, чтобы приблизиться к изучению «мутъаувалят» «прочным путём», когда уже укрепятся знания, «и прольёшься на него обильным дождём».

Далее он говорит: «Ибн аль‘Араби аль-Малики считал, что искателю знания не следует совмещать друг с другом изучение сразу двух наук, и что в начале нужно изучить арабский язык, поэзию и арифметику, а уже потом переходить к изучению Корана. Однако ибн Хальдун не согласился с ним, отметив, что это не соответствует устоявшейся традиции и что предпочтение нужно отдать изучению Благородного Корана и его запоминанию наизусть, потому что пока ребёнок находится на попечении, он поддаётся управлению, когда же переходит за границы совершеннолетия, то исправление его становится трудным. Что же касается смешивания двух и более наук, то положение в этой связи может быть разным и зависит от различия обучающихся в понимании и активности».

Слова автора, которые разъясняют некоторые важные вопросы. Говорит он мнение ибн аль‘Араби аль-Малики: «Чтобы искатель знания при обучении не смешивал изучение сразу двух наук вместе». Это не является общим правилом, у которого нет ограничений или уточнений. Поэтому даже правильно именно здесь сделать оговорку, что это правило не является каким-то абсолютным, безоговорочным. Поэтому ибн Хальдун внёс здесь уточнение, потому что люди отличаются друг от друга способностями, степенью понимания, подготовки. Может быть, для каких-то людей совершенно легко изучать одновременно две науки и это для них не является сложным.

Как говорит шейх ибн аль-’Усаймин: «Каждый человек — лекарь самого себя. Если он видит в себе способность, силы для этого, то тогда нет никаких проблем для изучения одновременно двух наук, двух дисциплин, но(!) нужно остерегаться такой вещи, как активность новичков», — это первоначальная активность, зажигание, потому что некоторые люди, как мы видим, в начале действительно активны в изучении знания.

Говорит шейх: «Такой активный, активный, активный. Это в начале у него такое стремление, такой пыл. Хочет поглотить сразу все науки вместе, но проходит какое-то время, и он останавливается, начинает пятиться назад». Потому что вначале он переусердствовал, не оценил свои силы, ошибся в оценке собственных возможностей. Человек должен возлагать на себя, загружать себя тем, что ему по силам, чтобы быть умеренным, соблюдать соразмерность. Этот баланс получения знания должен быть постоянным, а не то, что вначале зажёгся и сгорел, и оставил всё, потому что взялся за то, что оказалось ему не по силам. Не оценил свои силы, а нужно соблюдать равновесие и баланс.

Дальше слова ибн аль‘Араби аль-Малики здесь по поводу того, что сначала нужно отдать предпочтение изучению арабского языка, поэзии и арифметике и только потом изучать Коран. Шейх ибн аль-’Усаймин говорит по поводу этого: «Может быть, эти слова допустимы в отношении человека, который не знает арабский язык. Потому что как он будет изучать Коран если он не понимает и не говорит по-арабски, но если человек в принципе араб, то как можно допустить этот принцип?!». Далее говорит он: «Выучить арабский язык, — здесь имеется в виду в совершенстве постичь все его тонкости, охватить насколько может арабский язык, приобрести обширное знание в тонкостях арабского языка, выучить арабскую поэзию, изучить арифметику и допустить сначала это, а потом Коран для араба, знающего арабский язык — это нельзя допустить». И поэтому ибн Хальдун сделал своё замечание, что это неправильно, потому что ребёнок пока маленький и находится на попечении, то он поддаётся исправлению, а если он вырастает, то его исправление становится трудным.

Автор (да помилует его Аллах) говорит дальше: «Среди учёных были такие, которые обучали начинающих книге Задуль-мустакни’, учеников более высокой ступени — книге аль-Мукъни’, которая разъясняет разногласия, существующие внутри мазхаба, а учеников следующей ступени — книге аль-Мугъни, разъясняющей разногласия, имеющиеся на высоком уровне, и не позволяли представителям первой ступени сидеть на уроке второго уровня и выше, чтобы предотвратить путаницу».

Здесь указание на одну важную вещь, как постепенность в изучении знания. Мы говорили об этом, что начинать надо с основ и с наиболее простого и двигаться к более сложному. Это правильный принцип. Если человек, в общем, не соблюдает этот принцип, то это зачастую вредит в получении знания, формировании его как настоящего искателя знания.

И мы с вами изучаем ‘акъиду тоже по ступеням: мы изучили «Три основы», изучили «Къауаидуль-арба’а», потом мы перешли к «Китабу т‑таухид» и, с дозволения Аллаха приступим к изучению «’Акъида уаситъия», хотя мы изучали её со старшими. Многие учёные не разрешают, если человек не прошёл ещё «Китабу т-таухид», сидеть на «’Акъида уаситъия» или, если не прошёл «Салясатуль-усъуль» и «Китабу т-таухид» — на «Кашфу ш-шубухат» и т. д. Потому, что это ведёт к путанице и неправильному пониманию вопросов.

Автор здесь приводит порядок обучения фикъху. Он говорит: «Некоторые учёные так поступают. Сначала изучают Задуль-мустакни’, потому что эта книга является сокращением (мухътасъар) книги аль-Мукъни’. Старайтесь запоминать названия, они вам в будущем пригодятся. После этого, как они проходят с учениками Задуль-мустакни’, а она является сокращением книги аль-Мукъни’, переходят к изучению книги аль-Мукъни’. Потому что в книге аль-Мукъни’ упоминаются разные риваяты в одном и том же мазхабе».

Есть разные риваяты, разные мнения по каким-то вопросам. Риваяты, которые переданы от имама Ахмада. Так вот в книге «аль-Мукъни’» упоминаются разные мнения, которые существуют внутри ханбалитского мазхаба, но книга «аль-Мукъни’» отличается тем, что там нет объяснений, т. е. приводятся хукмы, но не объясняются почему и не приводятся далили. Переходят к этой книге для того, чтобы тъалиб имел представление о том, какие есть разногласия внутри мазхаба, по тем или иным вопросам.

Шейх ‘Усаймин говорит: «Некоторые после Мукъни’ переходили к книге аль-Кафи (другая ханбалитская книга)». До книги «аль-Мугъни» брали «аль-Кафи», потому что в «аль-Кафи» тоже упоминаются разногласия внутри мазхаба, но уже с доводами. Этим она и отличается от книги «аль-Мукъни’». То есть там упоминаются «хъиляф» — разногласия внутри мазхаба и доводы из Корана и Сунны, иджма’, къияс, некоторые умозрительные, но правильные доводы. А после этого уже следующей ступенью «аль-Мугъни», потому что «аль-Мугъни» освещает разногласия не внутри ханбалитского мазхаба, а разногласия, которые существуют уже между последователями ханбалитского мазхаба и другими мазхабами, то есть разногласия на уровне разных мазхабов, то есть поднимаются от той ступени к этой.

«Аль-Муваффакъ», — автор этой книги ибн Кудама, придерживался этой постепенности. У него есть книга, которая до «аль-Мукъни’», она является ступенью к «аль-Мукъни’» и, с дозволения Аллаха эту книгу стоит проходить — книга, которая называется «’Умдатуль-фикъх» — короткая книга по фикъху. Её желательно начать проходить ещё до «аль-Мукъни’». Она меньше, чем «Задуль-мустакни’».

То есть здесь предлагается пройти «Задуль-мустакни’», а потом «Мукъни’», а шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Нет, есть ещё книга ‘Умдатуль-фикъх”, её можно пройти вместо Задуль-мустакни’. В ней может быть меньше вопросов, касающихся фикъха, но эта книга тем хороша, что она содержит в себе некоторые доводы. Она содержит далили, а не просто сообщения каких-то определённых хукмов», в ней нет сухости, лишённости доводов, как в «Задуль-мустакни’». В ней есть доводы.

К чему автор приводит этот пример, изучения ханбалитского фикъха? Учитель со своими учениками должен продвигаться постепенно: от одной ступени к следующей, от второй к третьей и т. д., чтобы ученики хорошо овладели, поняли то, что они изучили.

Автор говорит: «Не разрешалось представителям первого уровня сидеть на уроках второго уровня, чтобы не было путаницы».

Здесь шейх ‘Усаймин говорит хорошие слова: «Это последнее я практиковать не могу. У меня это не получается, поэтому на своих уроках я собираю и начинающих, и продолжающих учеников. И мы считаем, что этот начинающий будет сидеть со старшими. Сначала ему будет сложно, но постепенно он будет “ползать”, затем “вставать на ноги”, затем научится “ходить”». И далее шейх ‘Усаймин (да помилует его Аллах) объясняет причину почему не может соблюдать этот принцип. «Потому что к нам ученики не приезжают вот так сразу и организованно, а приезжают в разброс, постепенно. Сначала один кто-то приедет и так всё время пополняется».

И говорит: «Если мы будем сосредотачивать свои усилия на этих приезжающих, то тогда мы нарушим права тех, которые учились до этого. Если, например, приезжает новая партия учеников, то мы изучаем Задуль‑мустакъни’ (книгу по фикъху), доходим до Китабу т-тахара, а потом переходим на Китабу с-съаля. На следующий год приезжают новые, и, если мы будем ориентироваться на их уровень, тогда мы должны будем вернуться к изучению книги Задуль-мустакъни’ и заново проходить Китабу т‑тахара, а это несправедливость (зульм) в отношении учеников предшествующих уровней. И мы всё время будем изучать Китабу т‑тахара, потому что всё время приезжают новые ученики и это будет неправильно», но хвала Аллаху, нашли способ. Есть старшие ученики — тъалибуль-’ильм, которые изучив некоторые мухътасъары шейха ‘Усаймина преподают вновь приезжающим студентам. Они разъясняют им и это милость Аллаха для всех. Почему для всех? Хорошо для новых приезжающих, потому что им кто-то объясняет то, что было пройдено до них, а для старших учеников — это милость Аллаха — закрепляют то, что они прошли и получают награду от Аллаха за обучение других.

Дальше говорит автор (да помилует его Аллах): «Знай, что список кратких и объёмных трудов, на которых строится обучение и получение знания у шейхов, как правило, в разных странах бывает разным, что связано с различием мазхабов», то есть смотря какой мазхаб распространён в той или иной стране, «а также наличием у учёных в каждой стране своих привычных для них кратких изложений, которым они отдают предпочтение перед другими, хорошо владея ими и практикуя их преподавание».

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Да, эти слова действительно правильные». Может быть, человек находится в какой-то стране, где распространён мазхаб аш-Шафи’и, и там учёные в основном преподают, строят своё обучение на книгах шафи’итского мазхаба. В странах, где в основном ханбалитский мазхаб, мазхаб имама Ахмада, там видишь, что учёные в основном преподают книги этого мазхаба и т. д. Есть какие-то отличия в том списке книг, которые шейхи преподают своим ученикам. От страны к стране это отличается.

Дальше говорит автор: «Положение в этом вопросе», то есть от чего может меняться этот список? «Зависит от того, какая страна и что привычно преподавать для учёных этой страны». Какая у них программа, какими мухътасарами они больше владеют. Зависит от страны, зависит от мазхаба и от других вещей; «Положение в этом вопросе может меняться и в связи с различием между учениками в способностях, природных склонностях, понимании, уровне подготовки, энергичности и спокойствии ума», есть также многие другие причины, от которых может меняться список или порядок изучения той или иной дисциплины. Это зависит от того, насколько человек подготовлен, какая у него способность, какое у него умственное развитие, насколько силён или слаб в этом.

Зависит также от того, насколько ученик занят отвлечён, может быть, он работает, как он будет успевать, что сначала будет брать, до какого уровня будет доходить. И на процес обучения будет влиять разница в способностях и возможностях учеников, и то, о чём мы сказали в начале: постепенность (табаррудж), — в основном действует этот принцип. Шейх дополняет: «Бывает и так, что тъалиб вроде начинающий, а ему уже сразу можно давать Мугъни».

Далее автор (да помилует его Аллах) говорит: «В нашей стране (Саудии), ученики после окончания начальной школы и начала заучивания Корана, проходят в школах при мечетях три этапа обучения у учителей: начальный, средний и высокий.

По предмету таухида они изучают Салясатуль-усъуль ва адиллятуха и аль-Къауа’идуль-арба’, затем — Кашфу ш-шубухат, затем Китабу т-таухид. Все четыре книги принадлежат шейху Мухаммаду ибн ‘Абдуль-Ваххабу (да смилуется над ним Аллах), и посвящены таухиду, связанному с поклонением — (таухид аль-’ибада).

В области таухида, связанного с именами и атрибутами, изучают аль-’Акъида аль-уаситъия, затем аль-Хамауия и ат‑Тадмурия — все три книги принадлежат шейх аль-Исламу ибн Таймие (да смилуется над ним Всевышний Аллах). После этого они изучают ат-Тъахауия с комментариями к ней.

По науке ан-Нахв они изучают аль-Аджуррумия, затем Мульхатуль-и’раб Мухаммада аль-Харири, затем Къатъру н-нада ‘Абдуль-Малика ибн Хишама и Альфия ибн Малика с комментариями ибн ‘Акъиля к ней.

По дисциплине хадис они изучают аль-Арба’ин ан-Науауи, затем ’Умдатуль-ахкам аль-Макъдиси, затем Булюгуль-марам ибн Хаджара и аль-Мунтакъа аль-Мадждуддин ибн Таймия (да смилуется над ним Аллах). После этого ученики приступают к чтению шести основных книг и других сборников хадисов».

Автор (да помилует его Аллах) говорит сначала о дисциплине единобожия (таухид). Сначала изучают «Салясатуль-усъуль», то есть начинают с основы. Наиболее простые, основополагающие труды, начинают с них, а потом переходят к более сложным. Начинают с книги, которая называется «Салясатуль-усъуль», которая в основном посвящена вопросам «Кто твой господь? Какова твоя религия? Кто твой пророк?», то есть трём вопросам, которые будут заданы человеку в могиле.
Строится эта книга на словах Аллаха: «Клянусь предвечерним временем, поистине человек в убытке, кроме тех, которые уверовали, совершали праведные деяния и заповедовали друг другу истину и заповедовали друг другу терпение»[61].

Дальше он говорит: «Кашфу ш-шубухат», в этой книге автор Мухаммад ибн ‘Абдуль-Ваххаб упоминает те сомнения (шубухаты), мнимые аргументы, лживые доводы, которыми прикрываются поборники многобожия (ширка), которые они выдвигают. И автор книги приводит эти шубухаты и опровергает их. Этому посвящена книга «Кашфу ш-шубухат» — очень ценная и важная книга.

Затем он говорит: «Китабу т-таухид», Аллаху та’аля а’лям, говорят многие учёные, что лучше сначала пройти «Китабу т-таухид», а потом уже «Кашфу ш-шубухат». Потому что «Кашфу ш-шубухат» для многих людей становится искушением и у них возникают неправильные понимания, приводящие к некоторым нарушениям. Поговорим ещё об этом.

По поводу таухида «Аль-асма ва с-съифат» (это таухид аль-’ибада) автор говорит: «Аль-‘акъида аль-уаситъия» — эта книга из самых кратких и самых лучших книг в ‘акъиде, — происходит от имени города Уаситъ в Ираке. Как‑то раз один из судей этого города прибыл к шейху аль-Исламу ибн Таймие и попросил его написать коротко о вероубеждении (‘акъиде) предшественников; и шейх аль-Ислам ибн Таймия между двумя намазами написал эту благословенную книгу по ‘акъиде.

Далее он говорит: «А затем Аль-хамауия и Ат-тадмурия», — эти две книги более пространны, более обширны, чем «Аль-‘акъида аль-уаситъия», но у книги «Уаситъия» есть одна особенность — эта книга отличается ёмкостью, то есть она краткая, и помимо вопросов имён и атрибутов Аллаха , в ней также рассказывается о вере в Судный день, также в ней есть раздел, посвящённый пути ахлю c-Сунна ва ль-джама’а (на чём строится путь ахлю c-Сунна ва ль-джама’а), раздел о «манхадже» — методе ахлю c-Сунна ва ль-джама’а в вопросе призыва к одобряемому и удержании от порицаемого, и другие области, затрагивающиеся в этой книге «Аль‑‘акъида аль-уаситъия». Таким образом получается, «ат-Тадмурия» и «аль‑Хамауия» — наиболее обширные книги, но они посвящены вопросам «аль-Асма ва с-съифат», а «аль-Уаситъия», — она более краткая, но в ней, помимо таухида «аль-Асма ва с-съифат», ещё разъясняются и некоторые другие разделы.

Затем автор говорит: «Следующая книга ат-Тъахауия» — известный, распространённый труд по ‘акъиде, широко изучаемый труд всеми группами, — все заявляют, что эта их книга (каждой группы) и каждый по‑своему делает шарх к этой книге. Ахлю c-Сунна ва ль-джама’а — последователи саляф ас-салих, тоже проходят эту книгу. Хорошая книга, хотя есть в ней некоторые недочёты, но в целом книга весьма полезная. Мы со старшими группами проходили её лет 10 назад, и, если позволит Аллах, с вами тоже пройдём её.

Дальше в науке «ан-Нахв», «аль-Аджуррумия» — это небольшая, благословенная книга по науке «ан-Нахв». Аллах вложил барака в эту книгу. Она отличается упорядоченностью, лёгкостью и ёмкостью, то есть она маленькая, но в ней собрано много полезных сведений, и шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Каждому начинающему я советую изучение ан-Нахв, читать её и изучать».

Автор говорит: «Затем Мульхатуль-и’раб Мухаммада аль-Харири, Къатъру н-нада ибн Хишама и Альфияибн Малика с комментариями ибн ‘Акъиля».

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Я считаю, что после Аджуррумии тъалибу необходимо переходить к Альфие ибн Малика, чтобы не заполнять свой разум книгами, которые в принципе повторяют то же самое. Например, книги Къатъру н-нада и Мульхатуль-и’раб, в них рассказывается то же самое, что и в книге Аджуррумия. Зачем повторять это ещё раз? Надо сразу переходить к Альфие ибн Малика. Я выбираю Аджуррумию потом Альфию ибн Малика с разъяснениями к ней и заучиванием её наизусть». То есть сначала выучить её наизусть, а потом пройти шарх к ней с человеком, который знает «ан-Нахв». В этом есть большое благо.

Далее он говорит: «В науке хадис, сначала аль-Арба’ин имама ан-Науауи, — это благая книга». В ней разъясняются адабы, то есть правила благопристойности, в ней разъясняется методология (манхадж), многие важные полезные правила для мусульманина; хадисы, которые являются принципами и методологией.

Например, из «аль-Арба’ин» имама ан-Науауи: “Признаком хорошего Ислама является оставление человеком того, что его не касается”. Если человек сделает это правило своим путём, по которому он будет идти, то ему будет достаточно. В основном беды у человека из-за того, что он берётся за то, что его не касается или лезет туда, докуда ему нет дела, что ему не приносит пользу ни в дунья ни в ахира. Что касается речи, то есть правило: “Кто верит в Аллаха и в Последний день пусть говорит благое или молчит”.

После «Арба’ин» ан-Науауи, автор говорит: «“’Умдатуль-ахкам аль‑Макъдиси, затем Булюгуль-марам ибн Хаджара».

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Достаточно ограничиться книгой Булюгуль-марам ибн Хаджара, потому что хадисы ’Умдатуль-ахкам в принципе входят в Булюгуль-марам, то есть основная часть хадисов, которые есть в ‘Умдатуль-ахкам есть в Булюгуль-марам, Булюгуль‑марам более обширная книга. Но, если человек не может выучить Булюгуль-марам, особенно, где разъясняется кто передал, степень достоверности риваятов, тогда есть ‘Умдатуль-ахкам книга краткая, и хадисы, которые здесь приводятся, это хадисы, которые приводятся в обоих съахихах. Человеку здесь не надо озадачиваться запоминанием того, где приводится хадис: у Абу Дауда, Ахмада или у кого-то, потому что он уже знает, что хадисы в ‘Умдатуль-ахкам из аль-Бухари и Муслима».

На это, мнение шейха ибн аль-’Усаймина такое, что если может выучить «Булюгуль-марам», то пусть не изучает «‘Умдатуль-ахкам», Аллах Всевышний знает лучше, многие ‘уляма — специалисты по хадисам говорят, что «‘Умдатуль-ахкам» для начинающего лучше, чем «Булюгуль-марам».

После этого автор говорит: «“Мунтакъа аль-Мадждуддина ибн Таймийи». [Аль-Мадждуддин ибн Таймия или как он ещё известен Аль-Маджд ибн Таймия — это дедушка шейха аль Ислама ибн Таймии]. Этот сборник хадисов намного больше, чем «Булюгуль-марам», но там уровень хадисов не разъясняется. С этой точки зрения, эта книга слабее, хотя она и больше, чем «Булюгуль-марам».

Автор продолжает: «После этого ученики приступают к чтению шести основных книг и других сборников хадисов», «Аль-уммат ас-сит» — шесть основных сбориков. Под шестью основными сборниками, под шестью «уммат», — книги/матери, которые являются основами, подразумевается: аль-Бухари, Муслим, Абу Дауд, ат-Тирмизи, ан-Насаи, ибн Маджах. Почему они называются «уммат»? Потому что это основные источники, откуда черпаются хадисы. Поэтому некоторые ‘уляма говорят: «Если ты видишь какой-то хадис, которого нет в этих сборниках, значит нужно обратить пристальное внимание на этот хадис, на его изучение и проверку его», потому что эти шесть книг получили радушный приём у мусульман, получили распространение в мусульманской среде и среди мусульманских учёных, хотя конечно в некоторых из этих книг есть слабые хадисы и даже выдуманные, но в общем эти сборники считаются основными сборниками.

Дальше говорит о науке «Мусътъалях» — это наука о «терминологии хадисов». Мы изучали некоторые вещи из этой науки по ходу изучения книг таких, как «Китабу т-таухид» и других. И когда изучали ««Аль-арба’ин» ан-Науауи, мы затрагивали некоторые вопросы, касающиеся терминологии хадисов.

Когда я приехал сюда в Крым, сначала мы прервали «Арба’ин» ан-Науауи, из-за определённых событий, хотя уже близки были к окончанию. Мне надо было закончить эту книгу, по крайней мере её записи, и поэтому аудитория резко сменилась: те, которые проходили её со мной сначала, сменились на тех, кто её не проходил, и было немного сложно, потому что я начал объяснять на первом и втором занятии терминологию хадисов. Некоторые термины хадисов «мутаватир» и другие. И это было для тъалибуль-’ильм «шоком», для них было очень сложно воспринимать это.

Далее автор говорит: «По дисциплине “терминология хадиса” они изучают “Нухъбатуль-фикр” ибн Хаджара. Затем “аль-Альфия” аль‑‘Иракъи, да смилуется над ними Аллах».

«Нухъбатуль-фикр» — небольшой труд, приблизительно три страницы. Почему называется «Нухъба»? Потому что это «сливки», избранное, квинтэссенция этой науки (терминологии хадисов). Если ученик поймёт эту книгу, овладеет ею как следует, то это избавит его от необходимости изучать многие книги по терминологии хадисов; то есть, не смотря на свою краткость, эта книга очень точная, выверенная. В ней есть отличия: метод её написания очень хороший, полезный, а именно то, что мы сказали, материал изложен классифицировано и упорядоченно. Потому что во многих трудах пользы много, но информация изложена в вольной форме, беспорядочно и это затрудняет изучение и понимание. Здесь автор избрал этот путь, как мы сказали, излагать материал по порядку, классифицировано, например, он говорит: «аль-Хъабар» (сообщение, хадис) может иметь цепочку передач ограниченным числом и неограниченным; те, которые ограничены определённым числом — это следующие…».

Потом приводит раз, два, три, четыре…, то есть приводит классификацию. Когда человек так читает и изучает — это легко и даёт ему активность при изучении, побуждает его. Потому что это активизирует и оживляет ум. Поэтому шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Очень хорошо, если тъалибуль-’ильм выучит «Нухъбатуль-фикр» наизусть, потому что в науке терминологии хадисов — это очень полезная книга».

А потом «аль-Альфия» аль-‘Иракъи — это изложение в стихотворной форме (манзума), — это длинный труд. Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Я считаю, что не нужно изучать наизусть, а достаточно просто понять, потому что есть более важные вещи, которые нужно учить наизусть».

Дальше он говорит о науке фикъх. Сначала он говорит: «’Адабуль‑маши иля с-съаля». В этом сборнике по мутунам, который вы учите, есть этот труд «Нормы благопристойности, связанные с тем, как человек идёт для совершения молитвы». В этой книге разъясняется много вещей, связанных с фикъхом намаза, фикъхом омовения, автор которого Мухаммад ибн ‘Абдуль-Ваххаб.

Затем «Задуль-мустакъни’» аль-Хиджжави (да смилуется над ним Аллах) или «‘Умдатуль-фикъх» (мы говорили, что они взаимозаменяемы). Затем «аль-Мукъни’», разъясняющую разногласия внутри мазхаба; затем «аль-Мугъни», рассказывающую о разногласиях на высоком уровне. Три последние книги принадлежат ибн Къудаме (да смилуется над ними Аллах), — а это «‘Умдатуль-фикъх», «аль-Мукъни’» и «аль-Мугъни».

«Задуль-мустакъни’» — это сокращённое «аль-Мукъни’», автор аль‑Хиджждави. Вместо «Задуль-мустакъни’» можно «‘Умдатуль-фикъх». Чем она хороша? В ней приводятся некоторые доводы на вопросы. Потом «аль‑Мукъни’». [Некоторые после «Мукъни’» ещё называют «Кафи», потому что в «Кафи» есть доводы.] Почему потом «Мукъни’»? Потому что в ней есть разногласия, приводятся мнения, которые есть внутри мазхаба. А после этого уже «аль-Мугни», потому что там уже хъиляф ‘алий (высокий, на уровне между мазхабами).

Итак, три: «‘Умдатуль-фикъх», «аль-Мукъни’» и «аль-Мугъни» или четыре: «‘Умдатуль-фикъх», «аль-Мукъни’», «аль-Кафи» и «аль-Мугъни».

Далее автор говорит: «По дисциплине Усъулюль-фикъх (методология фикъха) книга аль-Варакат аль-Джувайни (да смилуется над ним Аллах)», мы проходили её со старшими группами, «затем Раудъатун н-назъир ибн Къудамы (да смилуется над ним Аллах)».

Чем отличается «Усъулюль-фикъх» от «Фикъха»? «Усъулюль-фикъх» — это такая наука, которая изучает правила (къауа’ид) и нормы (дъауабитъ) — тоже правила, но понятие ýже, при помощи которых, человек может извлекать хукмы (постановления) из шариатских доводов.

Как извлекать хукмы из шариатских доводов? Фикъх изучает области Шариата: омовение (тахара), молитва (съаля), закят и т. д. Рассказывает о практических законоположениях у́же. Объясняет хукм тех или иных вопросов, приводя довод (далиль) на вопросы в каждой области, — это фикъх, а усъулюль-фикъх — учит методу, принципу, как извлекать хукм из шариатского довода.

Например, правило, “приказ означает обязательность” (“аль-‘амр лиль‑вуджуб”), “запрет означает харам” (“ан-нахи лит-тахрим”) — это правило «Усъулюль-фикъх». Это значит, что если ты встречаешь шариатский текст “ва акъиму с-съаля”, (акъиму — приказ (‘амр), глагол повелительного наклонения), “аль-‘амр лиль-вуджуб”, если приходит повелительное наклонение, то оно означает обязательность (уаджиб) — это основа, если только нет доводов, которые позволяют отвести от обязательности к желательности и т. д., но в своей основе, если нет доводов, то это уаджиб. И сказать: «акъиму с-съаля» — это просто желательно (мустахаб), — нельзя.

Как изучается наука «Усъулюль-фикъх», как извлекать хукмы из отдельных подробных доводов. Сначала, говорит автор: «Аль-варакъат Абу аль-Маали аль-Джувайни». «Варакъат» («листочки») — относительно небольшой труд, но почему-то сразу переходят на «Раудъату н-назъир».

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Раудъату н‑назъир очень отличается от Варакат. Есть промежуточные труды помимо них, более краткие, касающиеся Усъулюль-фикъха и, если человек будет их изучать, то это хорошо и может даже это избавит его от изучения Раудъату н‑назъир».

Далее он говорит: «Наука аль-Фараид — это наука о наследовании». Он говорит: «Они изучают ар-Рахабия, затем комментарии к ней и книгу аль-Фаваид аль-джалия». «Рахабия», автор этой книги ар-Рахаби (да смилуется над ним Аллах), поэтому называется «Рахабия». Существует много разных шархов к этой книге. А «аль-Фаваид аль-джалия», — эта книга шейха ибн База (да помилует его Аллах).

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Вместо книги ар-Рахабия лучше изучать книгу аль-Бурхания — эта книга тоже о наследовании, потому что эта книга более ёмкая и более полная, чем ар-Рахабия», — в ней больше информации. Хоть «Бурхания» по объёму меньше, чем «Рахабиа», — она ёмкая и содержит больше информации.

Также отличие «Бурхании» от «Рахабии» в том, что в предисловии «Бурхании» разъясняются «тарика» — то имущество, которое остаётся после умершего и права, связанные с ним, чьи права распространяются на это имущество, кто будет наследовать. «Тарика» — это ещё не означает, что то, что оставил умерший будет наследоваться, например, долг. Также до распределения наследства, есть ещё некоторые права.

«Таджйиз маййит» — это подготовить умершего к захоронению. Ведь первое — это то, что нужно похоронить умершего на что-то, прежде чем, делить его наследство. Берётся первое право, которое связано с оставшимся имуществом, — и это право похорон.

Потом, долги (дуюн), Аллаху, искупления, закят и т. д., то, что на нём осталось, потом долги людям.

Потом завещание (васъия), например, сказал: «Отдайте 5-ю часть моего имущества на нужды тъалибуль-’ильм». Мало кто любит расходовать на тъалибуль-’ильм, хотя это из самых лучших категорий расходования своих средств, потому что это обеспечение сохранения этой религии. И уже потом право наследника на получение доли наследства (мирас) после «васъия», после того как выполнили все предшествующие права. Это разъясняется в «Бурхания».

Затем в книге «Бурхания» разъясняется вопрос, когда доля наследства больше, чем наследников «радд». Приходится распределять между ними оставшееся. И также разъясняется вопрос родственников, которым не полагается наследство (зауиль-архам). Так вот, если нет таких, которым полагается наследство по книге Аллаха, наследство распределяется между «зауиль-архам», родственники по матери и т. д.

Этих вопросов нет в «Рахабия». С этой точки зрения «Бурхания» лучше. И в ней в одной строчке излагается кратко то, что в «Рахабие» может быть в трёх строчках или в четырёх. К «Бурхание» есть толкование, комментарии ибн Саллюма ан-Наджди. Его шарх приводит шейх ибн аль‑’Усаймин (да помилует его Аллах).

Говорит автор: «По дисциплине тафсирТафсир ибн Касира (да смилуется над ним Всевышний Аллах)». Тафсир ибн Касира — прекрасный тафсир. В чём его отличие, его благодать? Этот тафсир построен на разъяснении хадисами и преданиями (асарами) от праведных предшественников. Из его недочётов упоминают то, что там мало уделяется внимание вопросам «И’раб» — разъяснения «ан-Нахв», — вопросам арабского красноречия. Конечно, эти вещи затрагиваются у аль-Замахъшари, в его книге «Кашшаф». В этой книге много полезных вещей, но ‘уляма предостерегают от этой книги начинающих людей, потому что автор этой книги Замахъшари — му’тазилит, поэтому там есть очень страшные заблуждения, касающиеся ‘акъиды.

Мы с вами упоминали ещё один хороший труд по тафсиру, это тафсир ‘Абдуррахмана ас-Са’ди (да помилует его Аллах) — прекрасный тафсир, потому что этот тафсир представляет собой собрание многих книг по тафсиру в cжатом виде, автор изучил многие книги по тафсиру, собрал это в одном труде и изложил это кратко и ёмко.

Мы с вами говорили, что из опыта специалистов по науке тафсир, которые изучили много книг по тафсиру, вначале не уделили должного внимания тафсиру ибн Са’ди, потом после изучения стольких трудов, вдруг обратились к этому тафсиру и увидели, что оказывается всё то, что они изучали в краткой форме изложено в этом прекрасном, ёмком труде.

Далее говорит он: «По науке принципа тафсира Усъуль ат‑тафсир книгааль-Мукъаддима шейха аль-Ислама ибн Таймии (да смилуется над ним Аллах)», — краткая, полезная книга, в ней разъясняется как делается тафсир, на каких принципах строится тафсир Корана, что нужно изучить, чтобы стать муфассиром.

Дальше по дисциплине «Сира ан-Набауия» — биография пророка ﷺ. Он говорит: «Краткое изложение сиры Мухътасъар ас-сира шейха Мухаммада ибн ‘Абдуль-Ваххаба, которая является сокращением книги ибн Хишама». Эти две книги, посвящены целиком истории. Там нет вопросов разъяснений, фикъха сиры, понимания сиры, выводов оттуда и не разъясняются вопросы ‘акъиды и т. д.

Автор говорит: «Главы, посвящённые этой теме в книге Задуль‑ма’ад ибн Къаййима (да смилуется над ним Аллах)». В этой книге многие главы посвящены сире: рождению пророка ﷺ началу откровений и т. д. Но отличие её от мухътасара Мухаммада ибн ‘Абдуль-Ваххаба или, например, от ибн Хишама в том, что «Задуль-ма’ад» не только сира, но и понимание сиры, выводы, в ней затрагиваются многие вопросы фикъха: намаз, никях, хадж, также и вопросы ‘акъиды и прочие.

Дальше говорит он: «При изучении арабского языка они уделяют внимание арабской поэзии, например, сборнику Аль-му’аллякъату с‑саб’», — это из самых красивых, ярких, художественных древних сборников, с точки зрения языка, и т. д. Почему называется «Аль-му’аллякъат» («подвешенные, повешенные»)? Потому что курайшиты избрали из многих‑многих стихов эти стихи «Аль-му’аллякъату с-саб’» («семь му’аллякъат») и вешали их на Ка’бу, поэтому называется «Аль-му’аллякъат».

Ибн Касир отмечает, что: «“Ал-Лямия — замечательный труд. Его нужно изучать на одном уровне с Аль-му’аллякъат, а может быть даже Лямия сильнее, чем Аль-му’аллякъат». «Ал-Лямия» принадлежит дяде пророка ﷺ Абу Тъалибу. Почему «Лямия»? Потому что все строчки заканчиваются на «лям». Он сказал такие слова:

Знают они, что сын наш, его нельзя обвинять во лжи,

И он не такой, чтобы заниматься произнесением какой-то ерунды, какой-то лжи.

То есть он, пророк ﷺ не тот, который заслуживает обвинения во лжи, мы не считаем его лжецом.

Дядя пророка ﷺ сам верил, что пророк ﷺ говорит истину, что он не лжёт, что он посланник от Аллаха. Но почему тогда он будет в Аду? Потому что есть шариатское условие, свидетельство веры, ля иляха илля Ллах (нет никого достойного поклонения, кроме Аллаха).

Он признавал это, понимал, верил, что это истина, но принять это и подчиниться этому он не захотел, и даже перед смертью отказался принять Ислам, единобожие и отказался произнести свидетельство веры: «Ля иляха илля Ллах».

Дальше он говорит: «Также Аль-къамус аль-Файрузабади», — книга, которая разъясняет значения арабских слов. Говорит шейх ибн аль-’Усаймин: «Но читать — имеется в виду не так, что берёшь и читаешь, (потому что, если просто будешь читать, то толку будет мало), имеется в виду изучение её, обращение к ней», если возникает какой-то вопрос, обращаешься к ней.

Далее говорит шейх ибн аль-’Усаймин: «Здесь вопрос связан с изучением науки ан-Нахв и арабского языка. Некоторые тъуллябуль-’ильм ленятся изучать ан-Нахв. Для них он страшен, потому что они считают эту науку сложной». Он обращается к таким: «Ничего, если ты будешь изучать что-либо до этого. Много есть знатоков фикъха, учёных, которые ошибаются в речи, потому что не знают хорошо ан-Нахв. Но, конечно, вне всякого сомнения, что знание арабского языка и знание Нахва, во-первых, помогает пониманию Корана, помогает пониманию Сунны, а во-вторых, это улучшает саму речь человека».

Очень многих людей раздражает, когда кто-то говорит, например, «джа-а Зайдан ракибун» — Зайдан (фа’иль) сделал мансубун, а ракибун (халь) сделал марфу’. Они слышат и это режет им слух — это некрасиво. Бывают люди, которые боятся «Нахв», сначала им бывает сложно. И ничего, если они будут изучать что-то до этого.

Говорит автор: «Наши шейхи говорили, что у науки Нахв дверь из железа, а внутри полая», то есть внутри там как тростник — наука лёгкая, доступная. Просто боятся, видя железную дверь, но, если вошёл, то дальше тебе будет легко. Особенно, если Аллах на твоём пути позволил тебе встретить учителя — человека, который тебе разъясняет доступно науку «Нахв» с приведением многочисленных примеров — это милость Аллаха.

И дальше автор говорит: «И так во всех других отраслях они проходят подобные этапы обучения». Здесь автор рассказывает об особенностях получения знания учёными, искателями знаний в его стране (в Саудии). В каждой стране мира могут быть свои книги, своя методика, программа обучения, которая имеет свои особенности, но в общем они приблизительно изучают по такому методу: от простого к сложному; какие-то другие книги, которые соответствуют тем книгам, которые упомянул автор, но по этому типу.

Дальше автор (да помилует его Аллах) говорит: «В то же время они штудировали (изучали) обширные труды (мутъаувалят), такие, как Тарихъ ибн Джарира и Тарихъ ибн Касира, а также тафсиры, принадлежащие этим двум авторам. Они уделяли основное внимание книгам шейха аль-Ислама ибн Таймии и его ученика ибн Къаййима (да смилуется над ними обоими Аллах), а также книгам имамов, представляющих данный призыв, и их фатвам, особенно, трудам, посвящённым убеждению (‘акъиде)».

И далее говорит он: «Уделяют особое внимание книгам шейха аль-Ислама ибн Таймии и его ученика ибн аль-Къаййима (да смилуется над ними обоими Аллах)». Это на самом деле так: основная часть учёных, уже поздних поколений уделяют очень большое внимание книгам этих двух учёных и изучают их.

‘Абдуррахман ибн ас-Са’ди — учитель шейха ибн аль-’Усаймина (да смилуется над ними обоими Аллах), говорит про него: «Он побуждал нас к тому, чтобы мы читали книги шейха аль-Ислама ибн Таймии и его ученика ибн аль-Къаййима (да смилуется над ними обоими Аллах), потому что в этих книгах есть и обоснования, и исследования, и формирования основ», иными словами, в этих книгах есть то, чего нет в других книгах, обширные исследования, приводимые доводы, выверенность и как это всё преподносится.

И говорит шейх ибн аль-’Усаймин: «Когда ты читаешь книги этих двух учёных, то ты чувствуешь, что эти книги идут от сердца», то есть авторы писали их, вложив в них свои сердца. Источником их слов является сердце, они исходят от сердца и поэтому очень влияют на человека, сильно увеличивают веру (иман) человека, который читает книги этих учёных, с позволения Аллаха.

Также автор в качестве примера привёл здесь то, что читают учёные: «Тарихъ» ибн Джарира и «Тарихъ» ибн Касира. Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Ничего, если человек будет обращаться к этим книгам», например, если его интересует событие какого-то года, какого-то периода или правления — он может обращаться к этим книгам и изучать интересующее его на основе этих книг, но не брать и читать целиком, так как книги очень объёмные, большие и могут занять очень много времени у тъалибуль-’ильм. Шейх ибн аль-’Усаймин рекомендует не читать их от начала и до конца, а обращаться к ним по необходимости.

И далее он говорит: «Уделяли особое внимание книгам имамов, представляющих данный призыв, особенно, трудам, которые посвящены ‘акъиде». Имеется в виду призыв шейха Мухаммада ибн ‘Абдуль-Ваххаба (да помилует его Аллах), его детей, его внуков, потому что среди его детей, среди его внуков и правнуков, и по сей день Аллах явил огромное количество выдающихся учёных/имамов; потом ученики шейха Мухаммада ибн ‘Абдуль‑Ваххаба и ученики его детей, и внуков, ученики его учеников и т. д. Это целая школа, целый призыв, который конечно сконцентрирован в основном на вероубеждении (‘акъиде), на единобожии (таухиде), на призыве к единобожию, на исправлении вероубеждений людей, на возвращении этой общины (уммы) к убеждениям праведных предшественников.

Далее говорит автор (да помилует его Аллах): «Таким образом, их время было заполнено получением знания и собраниями знаний. Они начинали заниматься этим после утренней молитвы и продолжали до наступления часа, когда солнце поднимается достаточно высоко», то есть до времени духа; «незадолго до молитвы аз-зухр они имели дневной сон (аль-къайлюля)». Праведные предшественники (саляфы) совершали этот дневной сон (аль-къайлюля) до зухра, кроме пятницы (джум’а). Къайлюля в день джум’а у них была после зухра, а в остальные дни — перед намазом зухр.

Таким образом, незадолго до молитвы аз-зухр они имели дневной сон (аль-кайлюля). Учёные и тъуллябуль-’ильм, о которых говорит автор, в его стране тоже придерживались этого метода (манхаджа).

Потом автор говорит: «И после каждого из пяти намазов они проводили уроки. Им было присуще проявление совершенной благопристойности и уважительности, сочетавшейся с достоинством с обеих сторон», то есть со стороны учителя и ученика; «тем самым они придерживались пути и принципов предшественников (да смилуется над ними Аллах). В этом кроется причина выхода из их числа большой группы предводителей (имамов) в знании. Вся же хвала принадлежит Аллаху, Господу миров!».

И затем автор говорит: «Не пора ли вернуться к подлинному, коренному, изначальному обучению, основанному:

  • на изучении основополагающих кратких трудов, заслуживающих доверие, а не на изучение памяток;
  • на заучивании наизусть, а не только на понимании, ибо отказ от заучивания погубил учеников, оставив их и без знания наизусть, и без понимания;
  • на обучении, свободном от всего поддельного и фальшивого, от примесей и мути, что является следованием методу предшественников (ас-саляф), и лишь у Аллаха мы просим помощи в этом!».

Так автор призывает здесь вернуться к этому подлинному, правильному методу обучения, и приводит некоторые особенности этого метода, которые были присущи учёным:

  1. Изучение основополагающих кратких трудов, а не изучение памяток. Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Да, это правильно, потому что это Музаккарат», то есть составляется какое-то краткое пособие ученику, и он по нему учится. Автор призывает к тому, чтобы опираться на изучение «мухътасъарат» — труды учёных, выверенные и проверенные, а не на памятки, пособия и методички. Потому что тот, кто составляет эти методички, зачастую у этого человека, просто лишь поверхностное понимание этого предмета. Он не является тонким, знающим специалистом этого предмета. Он берёт слова из одной книги, из другой, что-то собирает и получается памятка, пособие или методичка, но они не представляют собой нечто целостное, упорядоченное, гармоничное, а эти старые книги, старых авторов, уже выверенные, проверенные годами и веками, где всё упорядочено, всё гармонично.
  2. Автор указывает на принцип, который теряется, — это заучивание наизусть (хифзъ). Очень важно! Не только понимание, но и заучивание наизусть. И вообще заучивание наизусть — это основа, потому что каждый хафизъ, каждый знающий наизусть является имамом. И, конечно, знает с пониманием то, что выучил наизусть. Как мы говорили с вами, что знание (‘ильм) — это то, что ты видишь в темноте. Настоящее знание — это то знание, с которым ты можешь войти в баню. Ты же не можешь войти с книгами в баню! Только с тем, что у тебя сохранено в сердце, в твоей памяти.

Поэтому говорит шейх ибн аль-’Усаймин: «Это знание без запоминания наизусть (без хифзъа) очень быстро теряется. Нас обманывали раньше, когда мы были в начале процесса обучения, изучения шариатского знания, говоря: Не утруждай себя заучиванием наизусть этих текстов (мутунов), главное понимание. Вот, что от тебя требуется. Нас обманывали этим, но теперь мы поняли, то, что мы выучили тогда, вот то и сохранилось, и Аллах через это нам дал пользу, через эти мутуны, которые мы выучили наизусть, и если бы Аллах не одарил нас этим, то очень много знаний мы бы потеряли».

Поэтому не обманывайся словами тех, кто говорит: «Понимание, понимание… Не надо учить наизусть, оставьте это». Потому что эти призывающие к пониманию без заучивания наизусть, если ты их спросишь, задашь им вопрос или начнёшь с ними обсуждать какие-то вопросы, связанные с шариатским знанием, то ты обнаружишь, что они очень слабы в знании, что у них есть только неглубокое поверхностное знание.

Аллах говорит: «Как мираж в пустыне, жаждущий считает, что это вода, когда приходит к этому, то видит, что это ничто»[62].

  1. Дальше автор говорит о принципах, которых придерживались предшественники: «Обучение должно быть свободно от всего поддельного, фальшивого, от примесей и от мути». Учитель и ученик при обучении должны сторониться всяких пороков и недостатков, которые портят процесс обучения, преподавания. Преподавание со стороны учителя должно быть чистым, то есть он доносит эти знания до учеников, формирует у них основы, формирует у них базис, не проявляя высокомерия в отношении учеников, не показывая, что я — знающий, а вы — невежды.

В то же время со стороны ученика получение знания должно быть чистым, без всяких примесей, без всякой мути, а именно, ученик должен доверять учителю, должен быть спокоен в отношении его слов. И это очень важно, потому что, если ты учишься у кого-то или же сидишь у кого-то на уроках и думаешь про себя: «Вот сейчас я немного послушаю, что он тут рассказывает, а потом выйду, поищу себе кого-нибудь другого», тем самым он словно не приобретает знание у своего учителя с доверием. Он не берёт как человек, который доверяет и который хочет извлечь какую-то пользу, и из-за этого, вне всякого сомнения, он в убытке.

  • (Запомните!) Если вы хотите получить благо, вы должны доверять учителю, верить его словам и стараться извлечь пользу из того, что он говорит!

Вы не должны присутствовать на уроке с критическим подходом, так, чтобы послушать, что он тут рассказывает, а потом сравнить с другими! Но когда вы уже окрепнете, подрастёте в знании, созреете, когда у вас сформируется настоящее мировоззрение тъалибуль-’ильм, тогда уже ничего страшного, если в каких-то вопросах вы будете не согласны с мнением вашего учителя. Но это не означает, что вы можете с ним спорить, нет. Просто изучив какие-то доводы, найдёте какое-то мнение более крепким. И тогда вы сможете в какой-то вежливой, уважительной форме донести доводы того мнения до своего учителя. Но, пока вы находитесь в процессе обучения, вам необходимо опереться на того, у кого обучаетесь. Если же вы не будете этого делать, не будете спокойно, с доверием воспринимать его слова, тогда не сможете получить благой результат. Это очень важно.

Далее он говорит: «Аль-хафиз ‘Усман ибн Хъарразаз (умер в 282 г. х.) (да смилуется над ним Аллах) сказал: Знаток хадиса (хафиз/учёный) нуждается в пяти вещах и отсутствие даже одной из них указывает на неполноценность: он нуждается (1) в незаурядном уме, (2) религиозности, (3) точности, (4) искусном владении своим ремеслом, (5) сочетающимися с его известной людям честностью и надёжностью».

Он приводит слова аз-Захаби, который сказал, дополняя слова Хъарразаза: «Надёжность является частью религиозности», то есть надёжность (амана) входит в религиозность (дин). Отдельно упоминать амана не стоит, потому что амана входит в понятие «религиозность», а точность входит в понятие «искусное овладение своим ремеслом, своей отраслью» («хизкъ»).

Аз-Захаби говорит (да помилует его Аллах): «Знаток хадиса (имеется в виду учёный, хафиз, тъалибуль-’ильм), нуждается в богобоязненности, уме, знании науки ан‑Нахв, знании арабского языка. Он должен быть чистым, застенчивым. Он должен быть приверженцем пути предшественников, то есть должен быть саляфи. Достаточно, чтобы его рукой было написано 200 томов, и чтобы он приобрёл 500 томов, относящихся к признанным, уважаемым сборникам. Он не должен ослабевать в получении знаний до самой смерти, сохраняя чистое намерение (ихълясъ) и скромность (тауадъу’), в противном случае ему даже не стоит утруждаться».

Условия аз-Захаби, которые приводит здесь автор, на самом деле слишком тяжёлые. В принципе, достаточно ограничиться словами аль-Хафиза ‘Усмана ибн Хъарразаз. «Если бы автор ограничился только словами аль-Хафиза ибн Хъарразаз, может быть, это было бы лучше», — говорит шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах).

«Аль-амана», которое он упоминает из качеств учёного, — это честность, надёжность; она входит в понятие «религиозность» («ад-дин»). Такая вещь как точность (дъабт), входит в понятие «хорошее овладение своей отраслью» («аль-хизкъ»), то есть получается, из пяти стало три — то, что упомянул ибн Хъарразаз. Потому что надёжность и честность входит в религиозность, точность входит в понятие «хизкъ». Также у него должен быть незаурядный ум (‘акъль джаййид).

Но аз-Захаби ещё добавил, сказав: «Помимо этого ещё много других условий, например, богобоязненный (такъий), учёный должен быть такъий». Вообще, богобоязненность (такъуа) — это основа всякого поклонения, тем более такого поклонения, как получение шариатского знания, основой которого является такъуа — это когда человек выполняет приказы Аллаха и оставляет Его запреты, надеясь на награду Аллаха и боясь наказания Аллаха — это и есть такъуа. Происходит от слова «викъая», тем самым человек выполняя приказы Аллаха и оставляя Его запреты защищает себя (викъая) от наказания Аллаха.

Дальше: «Он должен быть умный, смышлёный «закий» (через букву зяль (ذ)). Закя(ун) — это то, что является антонимом глупости (гъаба(ун)). У учёного должен быть острый ум, смекалка, должен быть высокий интеллект. Для учёного это необходимо, потому что есть очень много людей, которые являются хафизами, то есть выучившими наизусть. Они знают наизусть очень много, потому что обладают уникальной памятью, но у них нет такого качества, как «зака», нет сообразительности и понимания.

И шейх ибн аль-’Усаймин рассказывает: «Были люди, которые прекрасно знали наизусть большие, длинные книги, могли запомнить большой объём, очень быстро их заучивали, но и очень быстро забывали». Например, быстро изучил книгу «Фуру’» ибн Муфлиха, три больших тома. Знает всё: какие мнения в мазхабе являются предметами единодушия, в каких вопросах есть разногласия, знает наизусть эту книгу, как знает суру «Аль-Фатиха», но он ничего не понимает из того, что он знает наизусть. Потому что у него нет этого качества «закий» — умный, способный, понимающий, сообразительный, и поэтому он не может извлечь пользу из того, что он знает наизусть.

Но люди пользовались ими, например, если было обсуждение какого‑то вопроса, они приводили его, и он выполнял функцию книги, иными словами, как в нынешнее время компьютер. Извлекали нужную информацию, например, говорили ему: «Скажи пожалуйста по поводу такого-то вопроса что говорится в Фуру’?». И он начинал им цитировать.

Бывает другой вид людей, которые очень сообразительны. У них острый ум, понимание, но нет памяти, они не могут запоминать. Учёному нужно совмещать и то, и это. И память должна быть, и понимание.

Дальше говорит автор из условий, которые предъявляет: «Он должен быть «нахвий» и «люгавий», то есть знать науку «Нахв» — арабский синтаксис, то есть окончание слов, падежи, другими словами, то, что ставится в конце слова фатха, кясра или дамма. Или «Мабни» — изменяется или не изменяется по падежам.

Наука «Нахв» занимается окончанием слов, падежами («И’раб»). В значение «люга» входит «Съарф» — внутренняя структура слов. Если наука «Нахв» изучает окончание слов, то наука «Съарф» изучает саму структуру слов. Так же в понятие знания языка входит знание слов, значения арабских слов «муфрадат». Поэтому, исходя из сказанного, для тъалибуль-’ильм очень важно изучать книги по «Нахву», изучать книги по «Съарф», обращаться к книгам по языку: «Камус» или «Лисануль-’арб» — большой арабский словарь и т. д. Нужно изучать эти книги и обращаться к ним.

Дальше, следующее условие, которое он упоминает: «он должен быть закий (через букву за (ز)». Есть «закий» (ذ) — умный, а есть «закий» (ز) — чистый.

Человек, чтобы стать учёным, должен быть чистым. «Закий (ز)» и «такъий» — похожие понятия, то есть чистый и богобоязненный. Если эти слова упоминаются по отдельности, то тогда под «закий» упоминается тот, который богобоязненный, чистый человек, который сторонится грехов. А если закий и такъий упоминаются вместе в одном предложении, то под закий подразумевается человек, который делает то, что приказывает Аллах, а под такъий подразумевается тот, который оставляет харам, то есть закий и такъий означают выполнять приказанное и оставлять запрещённое.

Шейх аль-Ислам ибн Таймия говорит о последователях каля́ма — «ахлюль-каля́м»: «Им дано понимание, но не даны им знания», — это вид людей, у которых вроде есть способность понимать, но им не дано знание; «и даны им интеллектуальные способности зака(ذ) — смекалка и сообразительность, но не дано им зака(ز) — чистота и богобоязненность». Тъалибуль-’ильм должен быть чистым, умным и сообразительным.

Следующее качество для тъалибуль-’ильм, которое упоминает автор: «хайи(юн)» — стеснительность, застенчивость. У него должна быть «хайя(ун)». Он должен стесняться каких-то низких поступков, низких слов, низкого поведения и т. д. Эта застенчивость, стеснительность — качество прекрасное, необходимое для верующего, но оно не должно мешать человеку получать знания. Поэтому, как говорят некоторые учёные: «Не получат знание двое — стеснительный и высокомерный». Он должен быть стеснительным, застенчивым, но это не должно ему мешать спрашивать, искать истину как Умм Суляйм. Кто более застенчив, чем они (сподвижницы)?! Она говорит Пророку ﷺ: «Аллах не стесняется истины. Если у женщины случилась поллюция, должна ли она совершать полное омовение (гусль)?», пророк ﷺ отвечает: «Да, если она увидела жидкость», то есть если у неё были выделения в результате ночного сновидения, то она тоже должна совершить гусль. Стеснительная, застенчивая женщина задала этот вопрос, чтобы узнать истину, получить знание. Поэтому у тъалибуль-’ильм должна быть стеснительность, но она не должна ему мешать получать знание.

Следующее условие говорит автор: «Тъалибуль-’ильм должен быть саляфи». Это значит, что он должен неукоснительно придерживаться пути праведных предшественников, прежде всего в ‘акъиде, адабе, манхадже в своём поведении, в пути устанавления религии Аллаха, в осуществлении призыва: с чего начинается, чем заканчивается, в отношении к правителям и т. д. Это беда сегодня постигла многих тъалибуль-’ильм, что они в ‘акъиде стараются быть саляфи, но в нравственности (ахълякъ), в нормах благопристойности (адаба) человек далеко не саляфи.

Недопустимо, чтобы в акъиде был саляфи, а в фикъхе ханафи или шафи’и, или говорит, что ‘акъида у него саляфи, но манхадж у него ихван аль-муслимин, нет, это недопустимо, во всех проявлениях должен быть саляфи — придерживаться пути праведных предшественников — они начало этой уммы, её истоки, потому что о них сказал пророк ﷺ: «Лучшие из людей — это моё поколение, а потом те, которые после них, потом те, которые после них».

Дальше говорит автор (да помилует его Аллах): «Достаточно, чтобы его рукой было написано двести томов», шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Мы можем себя утешить тем, что тома у них были короткие, 50 страниц, если это так, то тогда как-то человек ещё может это осилить. Если же эти тома в нашем понимании шестьсот страниц и т. д., то если каждый из нас будет сидеть день и ночь, и писать, и писать, и писать, то я не думаю, что он напишет это, потому это получается 600х200=120000 страниц».

Потом говорит: «И чтобы он приобрёл пятьсот томов, относящихся к признанным, уважаемым сборникам». Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Но у кого есть пятьсот томов, то это редко бывает. Как бы то ни было, они писали на основании того, что у них было, в соответствии со своим положением, а мы говорим: «Только у Аллаха просим о помощи».

Дальше он говорит такие замечательные слова: «Он (тъалибуль-’ильм) не должен ослабевать в получении знания до самой смерти». Нельзя чтобы он говорил: «Мне надоело, я устал»: сколько людей, которые зажигаются в начале, у них появляется пыл, но быстро перегорают. Тъалибуль-’ильм не должен уставать, ему не должно надоедать, он не должен ослабевать. Если он позволит себе усталость, лень, то тогда к этому быстро привыкнет. Поэтому человек, который стремится к высшим целям, соответственно, должен лишить себя частично телесной неги, комфорта и сна.

Поэтому сказано: «Отдай знанию себя целиком, и тогда оно даст тебе часть себя. Если же ты дашь знанию часть себя, то тогда лишишься знания полностью». Поэтому знание нуждается в постоянных усилиях, труде, усердии. Но когда человек созревает в знании, когда укрепляется, тогда Аллах даёт ему большое облегчение и он, тот, который сильный в знании, ему зачастую уже даже не нужно обращаться к книгам, искать что-то в недрах книг; особенно, если у него есть чистое намерение.

Тъалибуль-’ильм должен познавать истину ради довольства Аллаха, имея искреннее намерение выносить решения на основе Шариата Аллаха, а не для того, чтобы “кому-то утереть нос” или показать себя знающим перед людьми. Тогда Аллах дарует ему такое знание, о котором он даже не мог подумать, о котором не сказано в книгах. Бывает трудно найти ответ в книгах, но Аллах даёт ответ Своим искренним рабам, которые ищут истину.

И говорит шейх ибн аль-’Усаймин: «Oчень часто мы, исследуя какой‑то вопрос, ищем ответ на этот вопрос в глубинах книг, там, где мы думаем может есть ответ, но не находим его. А потом встречаем какой-то аят из книги Аллаха, и мы начинаем думать об этом аяте, анализировать его или вспоминаем какой-то хадис пророка , размышляем над ним. И находим в этом аяте, или в хадисе ответ на наш вопрос. Потому что это — благодать Корана и Сунны, с ней ничто не сравнится». Таким образом, если человек ищет истину ради Аллаха, искренний, тогда Аллах помогает, облегчает ему.

Шейх аль-Ислам ибн Таймия видел во сне ответы на некоторые вопросы, на которые не мог найти ответ. Аллах давал ему ответ во сне — это искренность, это желание истины. Аллах облегчает. Поэтому для тъалибуль‑’ильм важно до конца, до самой смерти не уставать, не ослабевать и не придаваться лени.

Дальше говорит он: «сохраняя чистое намерение и скромность». Необходимо для тъалибуль-’ильм сохранить искренность (ихълясъ) и очень важно сохранить скромность (тауадъу’) — это из важнейших качеств для искателей знания. Просим Аллаха, чтобы Он наделил нас всех смирением перед истиной и скромностью перед людьми. Для тъалибуль-’ильм, из самых требуемых вещей — это скромность. Это из величайших нравственных качеств, которое было присуще пророку ﷺ самому скромному из людей. Несмотря на своё высочайшее положение у Аллаха, на свою ступень, на которую поставил его Аллах, он ﷺ был самым скромным из людей, и это было одно из составляющих его великой нравственности. И сказал Аллах о нём: «Поистине, ты обладаешь великой нравственностью»[63].

И дальше говорит он: «В противном случае, ему даже не стоит утруждаться», иными словами, не стоит ему мучать себя, утруждать, если не обладает этими качествами, о которых шейх упомянул. Шейх ибн аль-’Усаймин говорит здесь: «Пусть Аллах простит тебя о, Захаби, вспомни слова Аллаха: «Бойтесь Аллаха по мере ваших сил»[64]. Если мы будем так требовать от людей, то кто тогда останется?! Поэтому мы должны требовать от них то, что им по силам выполнить, а иначе люди отвратятся».

Если мы скажем человеку: «Достаточно тебе написать своей рукой двести томов и это только минимум, а вообще, лучше, если пятьсот или шестьсот томов», кто тогда останется? Или скажем: «Должно у тебя быть из этих сборников пятьсот томов, а ещё лучше если тысяча томов», то тогда ему покажутся поиски знания чем-то очень тяжелым, непосильным, и он опустит свои руки.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Достаточно тебе написать своей рукой то, что тебе по силам». Старайся по мере своих сил, пиши и условием должно быть — наличие стремления и активность, усердие на пути поиска знания и не расслабляйся. Поэтому, когда говорит аз-Захаби: «Иначе пусть себя не утруждает», нет! Утруждай себя, начинай с кратких трудов (мухътасарат). Аллах дарует Своё благо. Начинай с простого и двигайся постепенно по ступеням ‘ильма.

А если начинающим сразу выдвинуть такие условия, развернуть этот список качеств, которые ему предъявляются, тогда они могут оставить требование знания. Поэтому начинающему недозволительно предъявлять непосильные требования, его нужно направить к тому, что ему нужно, что ему по силам; сказать: «Изучи вот это. И этого для тебя будет достаточно в начале». Потом, когда он укрепится, он почувствует вкус знания, потом ему можно сообщить о следующей ступени. Из книг, которые очень рекомендуют ‘уляма, и которые нужно пройти в начале пути поиска знания — «аль‑Арба’ин» имама ан-Науауи. Как выучит, пусть сверит, насколько правильно он выучил, чтобы то, что он выучил, точно соответствовало тексту. Затем нужно обрести понимание, постараться понять, что ты выучил, пройдя разъяснение (шарх) на уроках шариатского знания. Далее перейти к следующему этапу — изучению других книг и т. д.

Но если с самого начала говорить тъалибуль-’ильм: «Нужно то-то и то-то», то ему это покажется тяжёлым, и он может оставить и опустить свои руки. Не следует начинающему ученику показывать весь этот длинный список и говорить: «Иначе не утруждай себя». Нужно говорить: «Прежде всего, уповай на Аллаха и начинай с этого мухътасъара и пока с тебя хватит». Далее, когда он захочет, он перейдёт к следующему, постепенно. А благо только от Аллаха. Сколько людей, о которых никто не думал, что они станут великими учёными, а Аллах сделал их имами. Сколько людей, которым сначала показалось тяжёлым и у них опускались руки, просили помощи у Аллаха, усердствовали и стали выдающимися учёными.

Мы рассказывали пример аль-Касаи, когда наука «Нахв» показалось ему очень сложной и он захотел её оставить. Как-то он увидел, как муравей пытается преодолеть преграду: поднимается на преграду и падает, потом снова пытается подняться и снова падает. Пока он, наконец, не преодолел эту преграду. И он увидел в этом для себя знак, что нужно не ослабевать, а стараться. И стал выдающимся знатоком этой отрасли науки.

Прошу Аллаха сделать полезным для нас то, что мы изучили.

Глава 17
Получение знания от шейхов

Мы продолжаем с вами изучение благословенной книги «Хильяту тъалибиль-’ильм» — «Украшение искателя знания».

Автор (да помилует его Аллах) говорит: «Первым и основным способом приобретения знания является его передача посредством устного разъяснения, восприятия его от учителей, сидение (постоянное нахождение) с шейхами, взятие его из уст, а не из свитков и глубин книг». Первый способ (получение знания от учителя) представляет собой приобретение близким от своего близкого, обладающего даром речи, то есть учителя. «А второй способ — это получение знания из книги, которая представляет собой безжизненный предмет. А разве может возникнуть преемственность (цепочка передачи, близость и родство) с предметом?». Да, здесь он излагает важное правило — основным этапом ‘ильма является то, что тъалибуль-’ильм необходимо получать основы знания от учителя. На самом деле в этом вопросе есть две крайности и середина:

1-я — чрезмерствующие;

2-я — упускающие;

и умеренность, середина, что является верным путём.

1-я крайность — чрезмерствующая, которые говорят: «Не нужны никакие книги, достаточно того, что говорит шейх, учи из его уст, понимай из его речей и больше ничего. Не надо обращаться, ни к каким книгам», и запрещают это делать.

Другие говорят наоборот: «Зачем нам учитель? Всё в книгах уже написано. В книгах всё расписано, в них есть и разъяснение (шарх). Не нужен учитель, время учителей прошло».

Те, которые говорят, что вообще не нужны книги, в чём их упущение? В том, что это утверждение очень ограничивает искателя знания. Безусловно учитель необходим для искателя знания, но если он не будет ничего читать, не будет изучать никаких трудов, то сможешь получать из знания только то, что ему даёт шейх, когда у него найдётся время, например, может быть у него в неделю будет только 20 минут или только 1 час. Что-то он сможет объяснить, рассказать, но на другое у него не будет времени и это может привести к тому, что тъалибуль-’ильм будет очень медленно продвигаться. Посему требующему знания нужно подспорье. Он, получая шарх от шейха, при этом читая другие книги, может смотреть в другие толкования (шарх), что-то дополняя для себя. Если не ясны какие-то вопросы, может искать в книгах, и спрашивать у шейха, сверяя с ним и т. д. Книги очень важная опора, поэтому те, которые говорят, что не нужно читать книги учёных — ошибаются и чрезмерствуют.

Те же, которые говорят, что не нужны учёные, не нужно получать знания от учителей — тоже ошибаются и делают упущение. Поскольку это приводит к тому, что, когда человек читает сам, у него происходит путаница, неправильное понимание многих вопросов. Он ставит ударения не на те вещи, на которые нужно, концентрируется на том, на чём не нужно, у него происходят перекосы, непонимания и т. д., — это большая проблема, поэтому соблюдать умеренность в этом вопросе, держаться середины — это самое верное решение.

Говорит шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах): «Искателю знания нужно учитывать этот принцип, а именно получение знания от аль‑Ашйахъ (шейхов, учителей), потому что в этом есть много пользы;

во-первых, ты сокращаешь себе дорогу. Если ты начнёшь искать это в книгах, листать, перелистывать, смотреть какое мнение является наиболее сильным, почему мнение является более сильным, какое мнение является слабым и почему — это займёт у тебя очень много времени. Вместо этого, если у тебя есть учитель, он даёт тебе готовое, он даёт лёгкий путь, уже готовый для тебя ответ. Говорит: Да, есть в этом вопросе разногласие (хъиляф). Если сочтёт нужным говорить тебе об этом, на своё усмотрение. Например, говорит: В этом вопросе есть два мнения или в этом вопросе есть три мнения, или больше, но он не оставляет тебя в заблуждении, в растерянности».

Те, которые берут знание только из книг, зачастую прибывают в растерянности, говоря: «Сорок мнений по этому вопросу, и что теперь делать? Как поступать?» Они путаются. В то время, как учитель может объяснить: «Да, есть хъиляф». Может быть, укажет тебе на то, какие мнения есть основные в этом вопросе, разъяснит, какое мнение является самым правильным и весомым, и каков довод на это мнение. Несомненно, это очень полезно, облегчает и сокращает время обучения для искателя знаний.

«Во-вторых, польза при обучении с учителем заключается в том, что ты быстро постигаешь, быстро понимаешь что-то». Если ты сам читаешь какую-то книгу, бывают какие-то неясные вопросы. Ты опять перечитываешь — не понятно. В третий раз опять перечитываешь — не понятно. Или какие-то слова, новые, которые ты не понимаешь, что они означают или термины. А если ты читаешь книгу с учителем, с учёным, тогда ты сможешь быстро понять основную часть того, что читаешь из книги. Потому что, как мы сказали, могут возникать неясные выражения, которые нуждаются в глубоком размышлении, анализировании, повторном прочтении — это все может занять у тебя очень много времени. Например, одна страница, из-за которой ты будешь сидеть целый день, если ты будешь один, и потратишь много-много времени, а может быть окажется, что ты неправильно понял, и начнёшь поступать в соответствии с неправильно понятым. Итак, это облегчение — быстрое постижение.

«В-третьих, связь». Связь между учителем и учеником — это очень важная вещь. Эта преемственность между старшими и младшими, когда среди людей знания (ахлюль-‘ильм) есть эта связь (цепочка, преемственность): когда у начинающих есть связь с набожными учёными — это крайне важно.

Это некоторые виды польз получения знания от шейхов. Но как мы сказали, человек должен выбирать для себя учителя на основе определённых критерий. Он должен быть надёжным, иначе говоря, человек, которому ты доверяешь. Он должен быть специалистом своего дела; обязан обладать крепким знанием, то есть у него должен быть ‘ильм и понимание (не просто поверхностное, чуть больше, чем знаешь ты, а должно быть глубокое знание). И у него должна быть такая важная вещь, как поклонение Аллаху (‘ибада). Потому что ученик берёт пример с учителя, поэтому и учитель, соответственно, должен быть примером в поклонении для ученика. Следовательно, когда выбираешь учителя, должны быть учтены следующие критерии: надёжность (добросовестность), хорошее, глубокое знание своего предмета, способность преподать его и набожность (поклонение).

Далее автор говорит: «Сказано: “Кто вошёл в знание один, тот и выйдет один”, то есть: если человек ступает на поприще приобретения знания без шейха, то он выходит без знания. Потому что знание — это ремесло, и, как каждое ремесло, оно нуждается в мастере, и обучение ему непременно требует наличие опытного учителя». Также говорят: «Тот, чьим наставником является книга, у того ошибок бывает больше, чем правильного понимания».

Шейх ибн аль-’Усаймин делает здесь одну важную оговорку. Он говорит: «То, что здесь сказано, действительно так в своей основе. Но бывают редкие люди, которые посвящают себя целиком изучению шариатского знания, направляют колоссальные усилия на это, особенно, если у него нет того, у кого он может получить знания»; тогда, как сказал Аллах «Бойтесь Аллаха по мере ваших сил», и такой бросает все свои колоссальные усилия на изучение знания из книг, полагается всем сердцем на Аллаха , чтобы Аллах его направил и напряжённо трудится день и ночь.

Продолжает шейх: «Он может получить знание, он может стать обладателем знания, несмотря, на то, что у него не было шейха», это не означает, что это правило универсальное и безоговорочное. Чтобы вы понимали, были выдающиеся имамы, у которых не было шейхов, но Аллах сделал так, что искренность их и усердие, в итоге вылилось в выдающиеся знания. А так в своей основе, «Кто вошёл в знание один, тот и выйдет один», например, как, человек, который никогда не готовил, заходит на кухню и от него требуют что-то приготовить. А там куча разных ингредиентов, продуктов из которых нужно что-то приготовить. Что он приготовит, если никогда не готовил? Ничего не приготовит или приготовит что-то невкусное и несъедобное, и такому необходим обучающий его.

Дальше автор говорит: «Это утверждение (знание приобретается в основном от учителя) практически является предметом единодушия учёных (иджма’). Несогласные с этим представляют собой немногочисленное исключение, отклонившиеся от общего мнения». То есть существует немногочисленное исключение, отклонившееся от общего мнения. «Среди них — ‘Али ибн Рудъван аль-Мисри ат-Тъабиб. (Тъабиб — доктор, врач, потому что это была его профессия.) Он умер в 453 году хиджры. Он был среди тех, которые придерживались иной точки зрения. Учёные, как в его время, так и после, опровергали его позицию. Аль-Хафиз аз-Захаби (да смилуется над ним Аллах), (он описывал биографии учёных, выдающихся личностей), рассказывая о его биографии, писал: У него не было учителя. Он был занят приобретением знания из книг и написал труд о том, как можно стать специалистом при помощи книг, и что посредством них можно добиться бóльшего успеха, чем посредством учителей. Однако это ошибка».

Дальше говорит автор: «Ас-Съафади в книге аль-Вафи привёл подробное опровержение этого мнения, а аз-Забиди, в Шарх аль-ихйа, упомянув его слова, привёл высказывания целого ряда учёных, указавших на несколько аспектов ошибочности мнения ибн Рудъвана. Среди приведённых им высказываний — слова ибн Батъляна. Опровергая утверждение ибн Рудъвана, он говорит: «…В-шестых, в книгах есть ряд вещей, которые мешают получению знания и которых нет у учителя, ими являются:

  • искажение, возникающее из-за схожести букв и отсутствия разъяснения произношения (например, джим как `ха (ج -(джим), خ-(ха)), и наоборот);
  • ошибка из-за отклонения взгляда, нарушения зрительного восприятия;
  • плохая осведомлённость о синтаксисе (и’раб);
  • испорченность, имеющаяся в книге; нарушения синтаксиса (и’раба) в книге;
  • исправление и починка книги;
  • написание того, что не читается и прочтение того, что не написано;
  • мазхаб — направление автора, кому принадлежит эта книга;
  • недостаток копии, издания;
  • плохое переписывание (печатание);
  • слитное прочтение чтецом того, что нужно разделять при чтении;
  • (допущены автором) путаница и смешение друг с другом основных понятий, вопросов обучения;
  • упоминание терминологии, принятой в данной отрасли;
  • некоторые греческие слова, оставленные переводчиком без перевода, например, слово наурус.

Всё перечисленное мешает получению знания. Тот же, кто читает учителю, избавлен от преодоления этих препятствий. Следовательно, чтение с учителем полезнее и лучше, чем самостоятельное чтение, и именно это мы хотели разъяснить».

«Ас-Съафади сказал: Вот почему учёные говорят: “Не бери знания у съахафи и мусъхафи”, то есть не учи Коран у того, кто научился ему из мусъхафа и не изучай хадис, и другие науки у того, кто узнал их из книг…».

Далее он говорит: «Осязаемым, физическим подтверждением ошибочности мнения ибн Рудъвана являются принадлежащие людям разных эпох и разных наук тысячи биографий, которые переполнены именами учителей и учеников».

Разберём слова, которые мы уже прочли. Почему автор приводит эти слова? Чтобы объяснить необходимость приобретения знания у учёных/учителей — это лучше, чем брать знания из книг.

Он также приводит здесь опровержение мнению ибн Рудъвана ат‑Тъабиба, который являлся врачом. Может быть, он посчитал, что в его профессии можно добиться бо́льшего успеха через книги, и решил сопоставить это с шариатскими науками, и поэтому составил книгу на эту тему, но шейхи, опровергая его, объяснили, что в книгах есть такие вещи, которые мешают получению знания, и которых нет при получении знания у учителя:

во-первых, какое-то искажение, которое возникает из-за путаницы, схожести букв и отсутствия разъяснения произношения, особенно раньше. Ведь раньше не ставили точек, которые сейчас ставятся как над, так и под арабскими буквами: ث, ب, ن и т. д. Или ف и ق пишутся одинаково или дажеو.

Поэтому, когда человек читает без огласовок и точек, он может прочесть неправильно, ошибиться. Например, написано “базз” (материал, из которого что-то шьют). Нет точки над ‘за’, человек читает вместо этого “бурр” — пшеница. Или допустим читает запись: «Я купил или можно купить базз за са’а фиников». Входит ли материя в ростовщические товары, где нужно мукъабада (когда необходимо на месте обменять товар на деньги)? Нет. Но, если ты меняешь, предположим, пшеницу на финики. Пшеница и финики — ростовщические товары, то есть те товары, на которые распространяется запрет на отсрочку, то их нужно сразу обменять на месте. Также как валюта одну на другую обязательно обменять на месте, и недопустимо откладывать на потом: «Я тебе сейчас дам доллар, а ты мне завтра принесёшь гривны. Это запрещено!». Условие мукъабада — обмен тут же, на месте.

Так вот там было написано, что купил «материю (базз) за са’а фиников», а он читает “бурр”, т. е. “пшеницу за финики”. Если нет точки. А если ты купишь пшеницу за финики без этого соблюдения мукъабада (т. е. вручения сразу, без отсрочки), то тогда торговая сделка является недействительной, т. е. меняется целый шариатский хукм из-за того, что неправильно прочли слово.

Затем говорит он: «Может быть ошибка из-за отклонения взгляда», то есть нарушение зрительного восприятия. Когда человек читает книги, так бывает, вдруг соскользнул взгляд с верхней точки на нижнюю, расплылось в глазах и он прочитал не так. Начало предложения было с той строчки, а конец уже с другой строчки и получилась путаница, он увидел слово не так, как оно написано, особенно если плохая печать или не качественная книга. Например, написано «зайн (ز)». Некоторые пишут «ن» так, что края буквы сливаются друг с другом и получается, как «ха». И при неправильном прочтении получается «зихи» — уже ошибка.

Дальше говорит он: «Плохая осведомлённость об И’раб», если тъалибуль-’ильм слаб в арабском и’рабе, если нет у него опыта в этом, как он будет читать?! Знание «И’раба» очень влияет на смысл читаемого, например, «Ва калляма Ллаху Муса таклима, (и говорил Аллах с Мусой, ведя с ним беседу)». Человек не знает «И’раб» и читает: «Ва калляма Ллаха Муса таклима» (Муса говорил с Аллахом, ведя с ним беседу)». И получается ‘акъида му’тазилитов: «Аллах не говорит, Муса не слышал Аллаха; в аяте имеется в виду, что это Муса говорил с Аллахом; что у Аллаха нет атрибута речи». Меняется смысл из-за неправильного «И’раба», то есть из-за незнания арабского синтаксиса. Или, если там есть какое-то нарушение «И’раба» в самой книге, или что-то в книге исправлено.

Говорит он: «Написание того, что не читается, чтение того, что не пишется». В арабском языке бывает так, что что-то пишется, но не читается. Например, «амр»: «уау» пишется, но не читается при этом. А иногда читается то, что не написано — всё это мешает получению правильного шариатского знания.

Автор говорит: «Мазхаб автора книги». Может быть автором этой книги является му’тазилит. Сколько людей, которые, читают тафсир аз‑Замахъшари и не знают, что он му’тазилит, и из-за этого впадают в ошибки и заблуждения или автор книги джахмит и т. п. Ты читаешь и не знаешь этого. Это препятствие.

Дальше говорит он: «Сам экземпляр этой книги плохой, плохая копия, переписывание или печать может быть некачественная».

Затем говорит он: «Чтец читает слитно то, что должно читаться раздельно», то есть там нужно было поставить точку после слова, а он не поставил и слил это с последующей фразой, и изменился смысл, и он понял неправильно.

Далее говорит он: «Когда автор книги допускает какую-нибудь путаницу и смешение друг с другом основных вопросов той или иной науки», то есть автор при составлении книги не преуспел (написание книги не очень хорошее, книга составлена плохо) и из-за этого путаются какие-то принципы, понятия этой науки, и у читающего тоже происходит путаница, он путается в каких-то основополагающих вопросах этой науки.

Далее говорит он: «Упоминание какой-то терминологии, которая касается этого ремесла». Например, если ты принимаешься читать книгу сам, например, «Нухъбатуль-фикр». В ней есть упоминание разных терминов, которые относятся к мусътъалях, то есть встречаются термины, касающиеся этой науки. И, если человек не знает, то, соответственно, у него будет неправильное понимание. Например, в «терминологии хадисов» есть такой термин «му’дъаль» — хадис, в иснаде, которого нет одновременно двух передатчиков или больше. Вообще, «му’дъаль» означает хронически больной, неизлечимый. Или «мункъатъи’» («прерванный»). Читая это в книге, человек не поймёт, если у него нет знания, это будет для него сложно.

«И это всё, препятствует получению знания, а человек, который учится с учителем, избавлен от преодоления этих препятствий, следовательно, чтение с учителем полезнее, лучше, чем самостоятельное чтение и именно это мы хотели разъяснить», — говорит автор (да помилует его Аллах).

Но, конечно, дальше он говорит такие слова: «Учёные говорят: Не бери знания у съахафи и мусъхафи», то есть не учи Коран у того, кто научился из мусъхафа, не изучай хадисы и другие науки у того, кто узнал их из книг. Конечно, эти слова больше относятся к предшествующим временам, потому что раньше в книгах не было ни точек, ни огласовок. И что касается мусъхафа, то есть Корана, тем более.

И шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Это касается тех книг, которые были в те времена. В них не было разъяснений, а что касается нашего времени, то сейчас хвала Аллаху, в мусъхафе все понятно, всё ясно», то есть, если человек читает и учится из мусъхафа, то учится правильно. Как бы то ни было, это предостережение от того, чтобы изучать науки без шейхов, потому что эти препятствия возможны.

Затем: «Чтение того, что не написано», иногда человек читает что-то и не понимает, говорит: «Здесь пропущено слово» и добавляет что-то от себя. Бывает так, думает: «Здесь наверно что-то пропущено, потому что как-то не вяжется иначе (смысл не ясен)» и читает то, что там не написано или наоборот.

Дальше он говорит такую вещь: «Хочешь физическое доказательство ошибочности взглядов ибн Рудъвана ат-Табиб?», который сказал, что без учителя лучше. «Посмотри, эти биографии, принадлежащие людям разных эпох, представителям разных наук, тысячи биографий учёных, которые переполнены в большем или меньшем количестве именами учителей и учеников». Да, так, если посмотреть биографию учёных, то обычно в биографиях бывают их учителя, — у кого они получали знание; ученики, — те, кто у них брал знания. Посмотри на эти биографии, в этой умме всегда было так. Это физическое доказательство того, что у него ошибочное мнение.

«Познакомься немного с биографиями тех, кто имел много шейхов так, что у некоторых число шейхов доходило до тысячи», — говорит шейх. «Почитай раздел аль-‘Уззаб — о тех учёных, кто не был женат, в книге “аль‑Исфар”, написанной автором». Автор не говорит, кто написал эту книгу, но имеется в виду, что он сам автор этой книги (шейх Бакр Абу Зайд). У него есть книга, которая называется «аль-Исфар», книга посвящена биографиям учёных. Там есть раздел, который называется «аль-‘Уззаб» («Холостяки»), то есть те учёные, которым не удалось жениться, кто не был женат.

Он говорит: «Ты можешь почитать некоторые биографии, где у человека было много (около тысячи и более) шейхов». Далее он говорит: «Абу Хаян Мухаммад Юсуф аль-Андалуси» (умер в 745 г. х.) — один из поздних учёных, специалист в арабском языке, в науке «ан-Нахв», когда при нём упоминали ибн Малика, он говорил: Где его учителя?».

Затем он говорит: «Аль-Валид сказал: аль-Ауза’и говорил: Это знание было почтенным, и истинные мужи получали его друг от друга. Когда же появились книги, то в знание проникли многие из тех, кто его не достоин””. Ибн аль-Мубарак также передал от аль-Ауза’и такие слова».

Действительно, многие люди начинают вычитывать что-то из книг или как сегодня, какие-то ролики, сайты: читает, смотрит разные вопросы. И вот он уже себя позиционирует как знающий человек, проникает на просторы ‘ильма и начинает путать людей. И многие люди, которые не достойны этого на самом деле проникают на это поприще — и это конечно опасно. Поэтому очень важно наличие связей, преемственность между учёными и учениками, между знающими.

Говорит автор: «Вне всякого сомнения, получение знания из книг и методом иджазы сопряжено с определёнными недостатками». Что такое метод иджазы? Имеется в виду не то, что сейчас подразумевается под иджазой, а именно, что какой-то шейх даёт рекомендацию, дозволение о том, что он прошёл эту книгу, знает её и может её преподавать, а здесь имеется в виду способ передачи знания, потому что существует несколько способов передачи знания:

1-й способ — когда шейх читает что-то, а ученики слушают;

2-й способ — когда ученик читает, а учитель слушает, поправляет и комментирует;

3-й способ — это когда один человек говорит другому: «Bот моя книга, я тебе дозволяю с неё передавать», — это метод иджазы.

Поэтому говорит автор: «Особенно, эти изъяны проявлялись в те времена, потому что тогда не было ни точек, ни огласовок и слова подвергались такому искажению, которое могло полностью поменять смысл. Подобные ошибки не случаются, когда знание берётся из уст людей. Но справедливости ради нужно отметить, что при передаче текста по памяти возможны ошибки», то есть человеку кажется, что так было, но он забыл и передал по-другому, «которые не допускаются при передаче на основе выверенной книги».

И говорит он: «У ибн Хъальдуна есть ценное исследование, посвящённое данному вопросу, которое приводится в его книге «Аль‑мукъаддима».

И дальше он завершает эту главу приведением некоторых стихов. «Один из учёных сказал: Кто не получил основы из уст учёного, убеждённость того в вопросах является всего лишь предположением».

Что это значит? То есть человек изучил какой-то вопрос, понял его как-то и считает, что он правильно понял, убеждён, что так и не иначе, но можно ли его убеждённость считать настоящей? Нет! Это всего лишь предположение, поскольку возможно, что он неправильно понял. Поэтому того, кто получает сложные вопросы не из уст учёного, убеждённость его не может быть убеждённостью. Она является всего лишь предположением.

Дальше он говорит: «Абу Хаян — один из поздних учёных, специалист языка и Нахв, часто декламировал такие слова: Полагает молодой (отрок), что книга способна направить смышлёного к постижению наук, и не знает сей невежда, что в книге есть много неясностей, которые вводят в замешательство сообразительные умы, и если ты стремишься обрести знание без учителя, то собьёшься с прямого пути, и спутаются для тебя понятия так, что заблудишься ты сильнее, чем Тумаль-Хаким”».

Таким образом, молодой человек думает, что книга способна направить и ему не нужны учителя, а главное, что он смышлёный, как он думает, и что он постигнет науки. Не знает невежда, что в книге есть много неясных вещей, которые вводят в замешательство людей с сообразительным умом.

Говорит он: «Если ты будешь стремиться получать знание без учителей, собьёшься с прямого пути и будешь более заблуждённым, чем Тумаль-Хаким». Кто такой Тумаль-Хаким? Говорят, что он был врачом. Этого человека приводят всегда в пример, он стал именем нарицательным, в тех случаях, когда кто-то плохо владеет чем-то (у него поверхностное знание, неправильное понимание), и начинает доносить свои заблудшие, ошибочные знания и убеждения до людей; может рассказывать о странных событиях, вести рассуждения о каких-то науках, в которых не имеет знаний и правильного понимания, иными словами, несёт ересь по причине своего «джахля мураккаб» — это когда человек говорит: «Я знаю», но то, что он знает, не соответствует истине, и Тумаль-Хаким был таким человеком. Есть два вида джахля: джахль баситъ и джахль мураккаб.

«Джахль баситъ» — это простое невежество, незнание, когда человека спрашиваешь, а он отвечает: «Я не знаю»;

«Джахль мураккаб» — это когда человек говорит: «Я знаю», но то, что он знает, не соответствует истине.

Например, спросить человека: «В каком году была битва при Ухуде?», «Не знаю» — это джахль (баситъ) — простое незнание, а если он скажет: «Битва при Ухуде была в 5 г. х.» — это уже пример сложного джахля (мураккаб), потому что он не знает, и не осознаёт того, что он не знает. Битва при Ухуде была в 3 г. х., а битва при Бадре во 2-м г. х.

Так вот, Тумаль-Хакиму был присущ этот сложный вид незнания, невежества. Он был известен своей глупостью и своим невежеством, при этом утверждал, что он знающий человек. И даже некоторые поэты рассказывали про него стихи:

«Осёл Тумаль-Хаким сказал:

Если бы были справедливы люди, тогда бы я ехал на нём (а не он на мне,

Потому что я простой джахль, а он сложный джахль», то есть я больше достоин того, чтоб на нём ехать.

Приводят пример, что Тумаль-Хаким сказал о хадисе про чёрный тмин, где пророк ﷺ говорил: «Этот чёрный тмин (аль-хабба сауда) является исцелением от всех болезней». Сказал: «Эта чёрная змея (аль-хаййа сауда)». И стал утверждать и говорить везде, что чёрная змея — это исцеление от всех болезней. И стал лечить посредством чёрных змей, и навредил многим людям.

И в продолжении стиха, говорит автор:

«…То ты станешь более заблуждённым, чем Тумаль-Хаким,

Ты дочерей будешь давать в качестве садака,

Желая при этом и стремясь к Раю».

Здесь имеется в виду, что человек-джахль думает, что у него есть ‘ильм, думает, что можно вот так сделать садака. Например, есть бедный тъалибуль‑’ильм, хороший человек, но у него нет денег, нет имущества, чтобы дать махр и жениться. И он говорит ему: «Забирай мою дочку без всякого махра» и думает, что он этим самым садака делает, зарабатывает Рай. А на самом деле он совершает грех. И приводится мнение шейх аль-Ислам ибн Таймии, если таким образом ставится условие (без махра), то никях является недействительным. Некоторые говорят, что в таком случае полагается «махруль-мисль», то есть махр не был озвучен, от махра отказались, значит, полагается махр, который выдаётся женщинам приблизительно такого уровня, и такой махр должен быть вручен. А некоторые ‘уляма говорят, что, вообще недействительно, потому что это было только особенностью пророка ﷺ, то есть только он мог жениться без махра на женщине.

Говорит Аллах: «Это только тебе и не для кого из верующих». И говорит Аллаха: «И разрешено вам то, что за этим, то есть из запрещённой категории женщин, если вы будете стремиться к этому посредством вашего имущества, желая быть целомудренными и не занимаясь распутством»[65]. Аллах сделал махр обязательным, а если кто-то женится, не выплачивая махр, то это недопустимо.

А Тумаль-Хаким из-за своего невежества говорит людям: «Выдавайте своих дочерей без махра и давайте садака таким образом». А в действительности, если хочешь дать садака, то дай имущество этому человеку, подари ему. И когда у него уже будет имущество, скажи: «А теперь, когда у тебя есть имущество, уже можешь взять замуж мою дочь, махр у тебя уже есть». И это будет правильно.

ТРЕТИЙ РАЗДЕЛ
Нормы благопристойности ученика в отношении шейха

Глава 18
Соблюдение почтительного отношения к шейху

Это 18-е качество — украшение для искателя знания — соблюдение почтительного отношения к шейху. Учитель, шейх — человек, который передаёт тебе самое важное в твоей жизни, передаёт тебе знания о Всевышнем Создателе, о Его религии, которую Он установил на этой земле, чтобы всё человечество соблюдало установления этой религии Ислам, и готовили тем самым для себя место в садах Рая, так-как нет иного пути в Рай, кроме как через соблюдение этой пречистой религии Ислам. Для того, чтобы правильно соблюдать закон (Шариат) Ислама, ты обязан изучать его, а для этого тебе нужен учитель, который обучился сам, продолжает изучать установления этой религии и обучит тебя, поможет тебе в постяжении, в изучении прекрасных законов нашего Создателя, Всевышнего Аллаха.

Твой учитель, — он твой религиозный отец, который даёт тебе религиозное воспитание, передаёт тебе знания. Аллах возвёл людей, которые обучают благу, которые обучают людей Его прекрасной религии, на высокие степени. За человека, который обучает людей Исламскому Шариату, просят прощение все, кто на небесах и на земле, и даже рыбы в воде, потому что через него устанавливается на земле порядок, угодный Аллаху.

И, поскольку, этот человек стал причиной передачи тебе такого важного, крайне необходимого знания, которое принесёт тебе пользу, как в этом мире, так и после возвращения к твоему Господу, он имеет на тебя право; у него есть превосходство над тобой, и ты должен быть благодарен ему, потому что пророк ﷺ сказал: «Тот, кто неблагодарен людям, тот неблагодарен Аллаху»[66].

Следующая причина. Если люди видят, что к обладателю знания проявляют такое уважение, в первую очередь ученики, тогда и остальные все тоже начинают проявлять к нему уважение. Это способствует распространению его знания, и люди начинают стремиться к нему, брать от него знания, слушать его наставления, и тем самым получают великую пользу от него, исправляют себя, свои ошибки и передают эти полезные знания другим.

А если этого человека не уважают, не считаются с ним, то и люди не будут считаться с ним, соответственно не будут брать от него знания и прислушиваться к его словам.

В первую очередь ты обязан проявлять уважение к своему учителю, наставнику, шейху потому, что он передаёт тебе знания и имеет некоторые права на тебя, как мы упомянули ранее, а во-вторых, из-за самого знания, если не будет к нему уважения, значит, не будет уважения к его знаниям.

Говорит автор (да помилует его Аллах): «Поскольку знание с самого начала не приобретается из книг, а требует наличия шейха, от которого ты получишь ключи для поиска знания, и тем самым обезопасишь себя от ошибок и промахов, следовательно, ты обязан украсить себя почтительностью к шейху, и, поистине, это залог успеха, счастья, приобретения и достижения (результата). Пусть твой учитель будет для тебя тем, к кому ты проявляешь глубокое почтение, уважение, признательность, вежливое, доброе, учтивое, мягкое обращение. Придерживайся в отношении шейха всей совокупности правил благопристойности, когда сидишь с ним, и когда ведёшь с ним беседу, и когда задаёшь ему вопросы и слушаешь его. Веди себя пристойно при перелистывании книги и в отношении книги. Не допускай надменности и дерзости, а также пререканий в его присутствии. Не опережай его в слове и при движении (ходьбе). Не разговаривай много при нём, не вставляй свои слова, когда он говорит или ведёт урок. Не будь настойчив в требовании ответа и остерегайся задавать много вопросов, особенно, в обществе, ибо это вызовет у тебя самообольщение, а у него — усталость». Такие замечательные наставления от шейха Бакра Абу Зайда (да помилует его Аллах).

Как мы ранее говорили, что ученик, прежде всего, должен доверять своему учителю, потому что, если у него не будет доверия, тогда он не сможет получить пользу от знаний, которые он преподаёт. Не сможет принимать от своего учителя разъяснения вопросов, его ответы на интересующие вопросы. То есть всё, что будет говорить шейх, ученик будет подвергать сомнению — это ошибка. Очень важно иметь доверие к учителю.

Во-первых, проявлять недоверие к учителю — это ошибка в оценке с той точки зрения, что, если человек взялся за обучение, значит у него есть знания, как правило это так, и люди идут к нему, потому что он обладает знаниями, и обучающийся сам пришёл к нему, чтобы требовать ‘ильм, потому что посчитал, что у этого шейха есть необходимый ‘ильм, и в то же время сидеть на его уроках и критически подходить к его словам, перепроверять их, не доверять, — это ошибка в оценке.

Во-вторых, это ошибка в методе требования знания. Если ученик будет следовать таким путём, такой методологией (манхадж), то его знание будет на краю пропасти. Как он сможет получать знания, если его душа всё время будет неспокойна?! Если у него не будет доверия, он не сможет опираться на его знания, которые будет получать от него. Исходя из этого, обучающийся только потеряет время и ослабнет его стремление к знаниям. Да убережёт нас Аллах от таких ошибок.

Шейх говорит здесь: «Изначально знания не получаются из книг». Ранее мы упоминали мнение шейха: знание обязательно должно получаться через учителя, которому ты читаешь или у которого ты занимаешься. Но, во всяком случае, как говорит автор, «ключи поиска знания» — тъалибуль-’ильм получает от шейха. После этого, возможно, ты получишь возможность самостоятельно исследовать какие-то вопросы и т. д. Овладевая ключами поиска знания от учителя/наставника, ты, тем самым, обезопашиваешь себя от ошибок и промахов. Раз так, то ты должен украситься таким качеством, как почтительное отношение к нему. И говорит шейх: «Это есть залог успеха, это залог приобретения того, чтобы шейх стал для тебя объектом уважения, признательности, мягкого и доброго отношения» и это очень важное наставление от шейха (да помилует его Аллах).

Не из благого адаба, не из благих качеств требующего знания проходить мимо шейха, мимо обладателя знания и не приветствовать его, приветствием мира. Или поравнявшись с ним, проплывать мимо как облако, так, что учитель вынужден будет поспешить за ним, и это не из благого воспитания и качества тъалибуль-’ильм

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Mы помним, когда мы были ещё учениками, если мы видели нашего шейха из далека, мы останавливались и приветствовали его, а если у входа в мечеть, то мы делали так, чтобы он входил перед нами в мечеть». И говорит шейх ибн аль-’Усаймин из-за своей скромности: «Я не хочу, чтобы студенты останавливались из-за меня, не хочу ходить перед ними, и я это прощаю, я это позволяю, потому что это его право».

Но это указание на то, что умный человек, должен понять, как себя вести в отношении своего учителя. Но, говорит шейх ибн аль-’Усаймин: «Я хочу, крайне важно, — это распространение саляма». В первую очередь, это должно распространяться в отношении учителя, так как это выполнение приказа пророка ﷺ. Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Мне нравится один из братьев, который всякий раз, когда проходит где-то, мимо учеников, даже если его ученики далеко, он обязательно приветствует их — это благо, это хорошо».

Тъалибуль-’ильм должен хорошо относиться к своему шейху, в первую очередь, и затем также проявлять наилучшую благопристойность в отношении других тъуллябуль-’ильм.

Говорит автор (да помилует его Аллах): «Возьми всю совокупность норм благопристойности и прояви в отношении своего учителя, когда находишься в его присутствии».

Тъалибуль-’ильм необходимо, крайне важно сидеть прилично в присутствии шейха, как положено благовоспитанному человеку: не протягивать ноги перед учителем, — это неблагопристойно или сидя опираться на что-то, прислонившись к чему-то, особенно, если это на уроке, во время получения знания. Если это в другом каком-то месте, может быть на прогулке или ещё где-то, тут уже требование легче, но во время урока сидеть прислонившись, развалившись — это неприлично и не подобает поведению требующего знание.

То же самое «…при разговоре с шейхом», — говорит автор (да помилует его Аллах). Не разговаривай с шейхом, как будто ты разговариваешь со своей ровней. Разговаривай с ним так, как почтительный сын со своим отцом, то есть с уважением и со скромностью.

Дальше указывает шейх на такую вещь, как «…хорошо задавать вопрос, правильным образом», необходимо задавать вопрос спокойно, выдержанно, с уважением, с мягкостью, с любезностью, с учтивостью. Очень желательно, чтобы ученик, задавая вопрос, сопроводил его дуа, мольбой за шейха, например, «Ахсана ва иляйкум» или «барака Ллаху фикум», — «Пусть Аллах поступит с вами наилучшим образом» или «Пусть Аллах даст вам благодать (баракa)».

Затем, как следует слушать. Важно, чтобы не только твоё тело было направлено в сторону учителя, но и твоё сердце. Чтобы твоё сердце и мысли не были заняты чем-то другим, помимо получения знания от шейха, чтобы ты не был лишён благодати знания. Во время присутствия на уроке ты должен быть во власти урока, и не должен быть во власти своего бизнеса или каких‑то других мирских забот.

Обратить всё своё внимание к учителю, смотреть на него, — это необязательный аспект, но это косвенное обстоятельство, которое может указывать на то, что человек внимательно слушает, что мысли его направлены к учителю. Во всяком случае, — это лучше (смотреть на учителя), а не куда-то в другую сторону (в книгу или в телефон).

Далее говорит автор: «Проявлять благопристойность в вопросе перелистывания книги перед учителем». Старайся перелистывать книгу, если это необходимо сделать, тихонько, аккуратно, проявляя учтивость, потому что это проявление уважения к шейху и к книге.

Затем, следующее проявление почтения, говорит автор: «Вести себя почтительно в отношение к книге», обращаться с ней аккуратно, стараться не порвать её, не испортить, особенно если эта книга является общей. На это тоже хотелось бы обратить особое внимание.

Дальше говорит автор: «Не допускай надменности», — считать себя превосходнее других. Это можно почувствовать, особенно, если учитель обладает таким качеством, как проницательность (фираса), и он чувствует надменность со стороны ученика, его высокомерие.

Потом: «Не допускать такой вещи, как пререкание в присутствии учителя», — недопустимо спорить, пререкаться с учителем. Одной из таких форм непочтительности к шейху является задавать вопрос и когда учитель отвечает, не униматься и приводить разного рода гипотетические ситуации: «А если вот так вот? А вот так если? и т. д.», — это называется «мумара» — такой спор, который не имеет цели извлечь пользу, а просто показать себя или поспорить. Следут избегать такого поведения с учителем или в присутствии его. Но если действительно, какой-то ценный вопрос, и тебе стало что-то неясно, в чём есть польза, то тогда конечно ты можешь спросить, чтобы устранить непонимание.

Дальше говорит шейх: «Не опережай его в слове и при движении». Тъалибуль-’ильм, находясь в собрании (маджлис), в котором присутствует шейх, не должен раньше него начинать говорить, или если кто-то задаёт вопрос, первым торопиться отвечать, в то время, когда там присутствует тот, кто знает больше, чем он. То же самое говорит он: «При движении», опережать его при движении, выходить вперёд него, заставлять шейха спешить за собой и т. д., — это также из проявления непочтительности.

Один из примеров упоминает шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах): «Выходит шейх из мечети, ученик где-то слева от него, а обувь ученика справа и он забегает вперёд учителя, чтобы взять свою обувь, и, тем самым, учитель останавливается, ждёт пока он возьмёт свою обувь», тем самым ученик как будто говорит учителю: «Я первый обуюсь, а ты подожди», — это конечно же непочтительность в отношении шейха.

Дальше говорит автор: «или много разговаривать при нём» — это тоже неприлично, неблагопристойно. Конечно же собрания отличаются друг от друга, и нужно это тоже учитывать. Если этот маджлис (кружок знания, урок), то там конечно ученику не подобает много говорить. А если где-то на отдыхе, на прогулке, куда шейх вышел с учениками для развлечений, и кто-то из учеников что-то рассказывает, много говорит, потому что видит в этом пользу: как-то развеять печаль шейха, снять какое-то напряжение и шейху нравится, что он столько говорит — это совсем другое дело. Человек должен обладать мудростью, проницательностью и знать, где можно говорить, а где нужно молчать или говорить мало, по делу.

Дальше говорит автор (да помилует его Аллах): «Не вставляй свою речь, когда учитель ведёт урок или, когда он говорит». Когда шейх что-то говорит, и кто-то вставляет свою речь, прерывая его, — это недопустимо. Ни во время уроков, ни вне уроков, прерывать шейха, перебивая его слова, — это недопустимо, и является неблагопристойным поведением для тъалибуль‑’ильм.

Далее он говорит: «Не будь настойчив в требовании ответа». Некоторые люди задают вопрос, шейх говорит ему: «Подожди», а он второй раз задаёт вопрос, шейх опять вынужден сказать: «Подожди», но тот опять проявляет настойчивость и требует ответ. Если шейх говорит тебе: «Подожди» или ты видишь, что он пока не хочет отвечать, значит, подожди, пока шейх не скажет тебе: «Каким был твой вопрос?». Особенно если это происходит в обществе, в собрании, где присутствуют и другие люди, эта настойчивость в требовании ответа может привести к самообольщению. Например, он станет думать: «Я задаю вопросы перед людьми, а шейх не может ответить», и станет испытывать негативные чувства и эмоции по причине своей же неучтивости, и также у шейха это может вызвать усталость, от его надоедливости. Не проявляй настойчивости, доставляя неудобство шейху. Возможно шейх ответит на этот вопрос потом, в ходе урока, может быть он не хочет отвечать, потому что не готов сейчас ответить на этот вопрос и т. д. Может быть шейх видит, что ответ на этот вопрос сейчас опасен, что могут быть какие-то плохие последствия (то есть учитывает то, что называется «сияса шар’ия» — шариатская политика, что уместно с точки зрения Шариата), что ответ на этот вопрос может иметь негативные последствия, может приведёт к какой-то смуте (фитна), ссорам и т. д. Поэтому, если говорит: «Подожди», значит, нужно подождать и не вести себя настойчиво, как делают это некоторые тъуллябуль-‘ильм.

Дальше говорит он: «Остерегайся задавать много вопросов». Некоторые ученики задают очень много вопросов, зачастую это бывает не по теме урока. Это не означает, что не надо спрашивать, но тъалибуль-’ильм должен задавать вопросы, проявляя адаб благочестия: смотреть, когда уместно задать вопрос, а когда нет; подходящее место или нет, сам вопрос подходящий или нет. Вопрос должен быть хорошим, полезным, от которого получат пользу и сам ученик, и присутствующие на собрании, поэтому зачастую ‘уляма хвалят задавшего хороший вопрос. Некоторые задают очень много вопросов и зачастую не по теме, так, что даже иногда шейхи говорят: «Не задавайте мне много вопросов». Иногда задают вопросы, когда, например, шейх находится за столом, для принятия пищи. Приходится шейху отвечать на вопросы, так, что он не может спокойно поесть. Только он ответит, второй задаёт, потом третий и т. д. Бывает, что шейх так и встаёт из-за стола ничего не поев, уходит голодным.

Затем далее он говорит: «Не обращайся к нему по имени или сочетая имя со званием, говоря: например, О, шейх такой-то!. Вместо этого говори: О, мой шейх!, или О, наш шейх! И не упоминай его имени, ибо это является более высоким проявлением благопристойности. Также не обращайся к нему во втором лице и не зови его издалека, если только не в крайней нужде», то есть не обращайся к шейху по имени, говоря: «О, Мухаммад! О, ‘Абдуллах! О, ‘Али! и т. д.». Так не обращаются к обладателям знания, к учёным, шейхам. Даже если со званием, не упоминай звание вместе с именем, не говори: «О, шейх ‘Абдуллах! О, шейх ‘Али! О, шейх Мухаммад!» Некоторые ‘уляма говорят, что вообще не надо говорить: «О, шейх!», даже без имени, так говорить неприлично. Автор говорит: «Обращайся так: О, мой шейх! О, наш шейх! или говоришь: «Ахсана Ллаху иляйкум» и т. д. По имени к нему не обращаются, даже в сочетании со званием.

То, что мы упомянули ранее, относилось к обращению непосредственно к шейху, а если говорить о нём, когда рассказываешь о нём в третьем лице или передаёшь от него что-то, то можешь упоминать его имя. Сподвижники (да будет доволен ими Аллах) называли своих отцов, когда передавали что-то, например, ибн ‘Умар, когда передавал что-то от своего отца ‘Умара ибн аль-Хаттаба какое-то сообщение, он говорил: «Я слышал от ‘Умара (Сами’ту ‘Умар)» или «Сказал ‘Умар (Къаля ‘Умар)» и т. д.

Если ты обращаешься к учителю, говоря: «О, такой-то!» и называешь его по имени, то это будет неблагопристойно, некрасиво, а если говоришь: «Сказал такой-то», потому что он известен знанием по своему имени или известен своим правлением как ‘Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) и т. д., то тогда это не будет считаться нарушением благопристойности, если ты упомянёшь о нём в третьем лице, называя его имя.

Не следует обращаться к обладателю знанию и почёта (учителю, шейху, учёному и т. д.) по имени, потому что это не из благопристойности, не из благовоспитанности и во втором лице, то есть «биттауль хъитаб». Не используй «биттауль хъитаб» — обращение во втором лице, например, говорить учёному, учителю: «Ты сказал то-то и то-то». Некоторые говорят: «Вы на прошлом уроке сказали так-то и так-то». Не следует использовать такое обращение, потому что это, во-первых, неприлично; во-вторых, здесь есть намёк, указание на то, что ты не доволен его словами. Подобные фразы дают почувствовать несогласие с тем, что он сказал. Правильнее будет сказать: «Мы проходили на уроке…» или «Мы говорили на прошлом уроке о том-то и том-то…» и т. д.

Дальше говорит автор: «И не зови его издалека». Например, если видишь шейха на другом конце улицы, не следует кричать: «О, шейх!», — это недопустимо, следует подойти поближе и обратиться, если это необходимо. Кричать таким образом издалека обращаясь к обладателю знания — это неуважение к шейху. Возможно люди будут видеть это и думать, что раз этот человек позволяет себе такое обращение, значит тот, к кому он обращается не заслуживает достаточного уважения, и будут вести себя неподобающе, проявляя недостаточное уважение.

Говорит автор: «Если не какая-то крайняя ситуация». Крайняя ситуация может быть: какая-то опасность для шейха, например, если ты видишь яму перед ним, а он её не видит, тогда тебе надо будет крикнуть издалека, обратить его внимание. Или ты видишь, что ему угрожает наезд машины или наоборот, тебе что-то угрожает, и ты находишься в какой-то крайней ситуации, и тебе нужна помощь, и тут ты увидел издалека проходящего шейха, то в таком случае можно кричать, взывая издалека.

Кто-то скажет: «Столько адабов в отношении шейхов?!», не будет ли это лазейкой для суфиев, которые во всём подражают своим шейхам?! Что касается вопроса подражания (таклид), начинающий ученик, независимо от своего желания, должен подражать шейху, своему учителю. Имеется в виду следовать за ним. Как ты получишь знание, если у тебя не будет следования за ним? Шейх говорит: «Должен», но не значит должен в религиозном плане, то есть не уаджиб с точки зрения религии. Потому что, с точки зрения религии, есть только один человек, за которым мы должны делать таклид — это посланник Аллаха ﷺ и больше никто, а здесь имеется в виду с точки зрения процесса обучения.

Если человек учится какому-то ремеслу у кого-то, то он должен следовать за учителем, подражать ему. У него должен быть таклид, а иначе как он научиться навыкам, которыми тот обладает?! Так и здесь, это вопрос профессиональный — вопрос обучения. Начинающий должен следовать, подражать своему шейху, а иначе он не научиться ничему, если будет всё время пререкаться, и говорить что-то свое. В отличии от тъуллябуль-’ильм, которые достигли высоких уровней в знаниях, у которых есть осведомлённость в религиозных вопросах, книгах, и они могут что-то обсуждать с шейхом, приводить то, что узнали — всё это с вежливостью и учтивостью. Это другой вопрос и это не нарушение адаба.

Говорит автор: «Обрати внимание на то, что упоминает Всевышний Аллах, разъясняя правила благопристойного обхождения с тем, кто обучал людей благу в Своих словах: «Не делайте обращения к Посланнику среди вас подобным вашему обращению друг к другу»[67]. С этих слов ‘уляма выводят хукмы об адабах в отношении к обладателям знания, о которых мы с вами говорим.

Этот аят имеет два тафсира (толкование):

  • — «Не делайте обращение к Посланнику подобным вашему обращению друг к другу» — ради этого смысла автор и привёл этот аят здесь.
  • — «Не делайте призыв Пророка к вам подобным призыву одних из вас к другим», то есть если пророк ﷺ призывает к чему-то, то нужно обязательно отвечать на его призыв. А если призывает кто-то из людей, то тут можно отвечать, а можно не отвечать, в зависимости от ситуации, но, если призывает посланник Аллаха ﷺ, то нужно обязательно ответить и подчиниться. Если приказывает, обязательно выполнять; если запрещает, обязательно оставлять.

‘Уляма говорят: «Даже так, когда люди совершали намаз, во времена пророка и, если он звал, то человек должен был ответить, потому что Аллах приказал», то есть прервать намаз и ответить, даже если этот намаз обязательный.

Из этого следует, что у этого аята два значения:

  1. Не обращайтесь к пророку так, как вы обращаетесь друг к другу (по именам и т. д.), а говорите: «О, посланник Аллаха! О, пророк Аллаха!», то есть в таком случае слово «расуль» будет здесь «маф’уль бихи» — тот, на кого распространяется действие. То есть, если обращаетесь к пророку — делайте это не так, как к простым людям.
  2. Призыв самого пророка и тогда уже «расуль» здесь будет «фа’иль» — тот, который совершает действие.

Оба эти тафсира правильные. Мы с вами учили правило, что, если аят несёт два смысла, которые не противоречат друг к другу, тогда оба эти смысла верны и на них можно опираться. То есть это довод на то, что мы говорили.

Говорит автор: «Так же, как не подобает, обращаясь к твоему родителю, отцовство которого связано с прахом, говорить: О, такой-то!, или: О, мой отец, такой-то!, неподобающе допускать это в отношении твоего шейха», то есть здесь автор указывает на то, как ты не обращаешься к своему биологическому отцу по имени, не обращайся так и к твоему учителю. И он говорит: «…тот, который имеет отцовство глины (отцовство праха)», то есть он твой биологический отец. Если к своему биологическому отцу не обращаешься неподобающе, то и к тому, который имеет в отношении тебя духовное, религиозное отцовство, — к нему также не обращайся так.

Далее говорит автор: «Придерживайся почтительного отношения к собранию (религиозному уроку) и выказывай радость от урока и получения пользы от него». Это также важный критерий. Придерживайся почтительного отношения к собранию, кружку знания? Следи за тем, какая у тебя поза, чем ты занят, обращай внимание на своё положение, пусть твоё пребывание в этом собрании будет почтительным.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Выказывай радость от урока и получения пользы от него, радуйся уроку как будто ты зашёл в сад, где соберёшь вкусные плоды, жди урок с нетерпением». Человек должен проявлять радость за пользу, которую он получает от урока, показывать, что ждёт урок с нетерпением. Не так, как делают некоторые, у которых кислые лица или с трудом идут на урок, волоча еле-еле ноги. Тъалибуль-’ильм необходимо показывать, что урок для него действительно радость, милость Аллаха , ведь он узнаёт о том, что повелел ему Аллаха и от чего Он его предостерёг, узнаёт законы и постановления Всевышнего Аллаха, Создателя всего сущего на земле и на небесах, и слова пророка ﷺ. Разумеется, это Аллах оказал ему такой почёт, поэтому нужно выказывать радость и благодарить Аллаха за оказанную ему милость. Аллах говорит в Коране: «Благости и милости Аллаха — пусть этому они возрадуются. Это лучше того, что они копят»[68], осколки этого мира — деньги, имущество, а вы собирайте знания о, искатели знания!

Иногда можно увидеть, как учащийся ворочается на уроке, листает страницы в то время, как учитель ведёт урок, что-то чертит на листке ручкой, пальцем выводит какие-то рисунки, или вдруг достаёт сивак и начинает чистить зубы, или теребит на себе одежду, или того хуже ковыряется в телефоне и тому подобное, отвлекается во время урока. Это показывает его незаинтересованность знанием, ему скучно, он не радуется уроку, он тяготится им и это конечно не почтительно и не позволительно для обучающегося, для тъалибуль-’ильм, и конечно такой ученик не извлечёт никакой пользы из уроков.

Дальше говорит автор: «Если же ты заметишь ошибку со стороны шейха или нечто неправильное (уахм), кажущееся ему правильным, то пусть это не опустит его в твоих глазах, ибо из-за этого ты можешь лишиться его знания. Да и кому удалось избежать ошибок?!».

Если ты заметил какую-то ошибку на уроке со стороны шейха, то ты должен понимать, что нет такого человека, который бы не ошибался. Это не означает, что если он допустил ошибку, то тебе не следует брать от него знания или принижать его достоинство в твоих глазах. Нет ни одного человека, который бы не допускал ошибок (ма’сум).

В случае, если шейх допустил ошибку, то обязательно в этом случае придерживаться адаба (благопристойности и приличия). Также обязательно нужно учитывать обстоятельства. В основе на ошибку следует указать шейху после уроков, наедине, соблюдая меры благопристойности, например, сказать: «О, шейх, я услышал такие слова, не знаю, правильно расслышал или нет…», но не подобает обращаться с такой речью, как, например, «Шейх, ты ошибся» и тому подобная, непочтительная речь. Обязательно нужно подбирать учтивые слова, при обращении к обладателю знания. Возможно, шейх оговорился, произнёс какое-то слово, имея ввиду другое.

Но бывают ситуации, когда нужно сделать указание на ошибку во время уроков, потому что на уроке могут присутствовать какие-то люди, которых в следующий раз не будет и они могут выйти с урока с неправильным понимание вопроса. Или, например, делается запись урока на устройства, и сказанная ошибка может распространиться, в таком случае также можно указать учителю на его ошибку, но, разумеется, это должно сопровождаться учтивостью и соблюдением уважения и почёта к шейху. [Нынче по милости Аллаха появилась возможность редактировать запись урока, корректировать ошибки, и поэтому, в этом случае также желательно указать шейху на ошибку после урока, наедине. Раньше этого сделать было невозможно, шла запись и невозможно было откорректирровать]. Из этого следует, что, когда есть опасность того, что, если ошибка не будет исправлена во время урока, то она распространится, тогда нужно сделать это во время урока, соблюдая учтивость, мягкость и уважение к шейху.

Умолчать об ошибке, если шейх не заметил её, нельзя. Надобно сообщить об этой ошибке, потому что это может навредить как самому шейху, также и тебе, и другим ученикам. Вопрос в том, где это сделать, на самом уроке или после уроков?! В основе своей после уроков, наедине, но могут быть ситуации, когда потребуется во время уроков, в зависимости от обстоятельств. Но в любом случае, как сказал шейх: «Ошибки учителя не должны умалить его достоинство в твоих глазах», учитель может говорить тысячу правильных, полезных слов, и одно, сказанное неправильно, не должно умалять его достоинства. Другое дело, когда, что ни слово — то ошибка, что ни слово — то какое-то заблуждение, то такой человек вовсе не должен быть твоим учителем, и нельзя у такого обучаться чему-либо.

Затем автор (да помилует его Аллах) говорит: «Остерегайся практиковать в отношении него что-то, что его раздражает. Сюда относится то, что любители заимствований именуют войной нервов (“харбуль-а’съаб”). Имеется в виду проверка крепости знания шейха, его научных способностей и выдержки».

Некоторые обучающиеся могут позволять себе подобное поведение с шейхом: что-то делают или говорят, раздражающее учителя, например, говорят: «Проверим-ка его, какая у него выдержка, насколько он крепок в знании» и начинают экзаменовать шейхов. Например, находят какие-то затруднительные вопросы, ставящие его в тупик, потом получают какой-то ответ или видят реакцию шейха, и начинают рассказывать об этом направо и налево. Бывает, что шейх даёт ответ на вопрос, а они начинают говорить: «А если так и так?». Шейх говорит: «Хукм такой-то», а они: «А если так, а если так?», пытаются испытывать терпение учителя, будет раздражаться или нет, надоест ему или нет, разгневается или нет. Но мы скажем, если учитель разгневается в такой ситуации, то имеет право на это. Так-как такое обращение с обладателем знания недопустимо. Это может быть признаком недалёкости ума, отсталости и неблаговоспитанности. Некоторым тъуллябуль-‘ильм присуще это. Пусть Аллах наставит нас всех на путь истины.

Говорит автор: «Если тебе видится необходимым перейти к другому шейху, то желательно испросить разрешения у своего учителя, потому что тем самым ты проявишь уважение и почтение к нему, и вызовешь в его сердце любовь и расположение к тебе».

Из адабов благопристойности ученика в отношении шейха. Если ты видишь необходимость перейти к другому шейху для обучения чему-то, например, чему-то другому (не тому, чему обучаешься у этого шейха), тогда адабом является получение разрешения у своего учителя. Какая польза в этом? Автор говорит: «В первую очередь это является проявлением почтения и уважения к нему; во-вторых, ты в его сердце сохранишь любовь и расположение к себе». Кроме того, польза может быть и в том, что, твой учитель, может быть, знает о человеке, к которому ты собираешься идти учиться, и он посоветует тебе что-то в отношении него, а может быть предостережёт на основании какого-то знания о нём.

Шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах) говорит: «Многие молодые люди обманываются красноречием каких-то людей, их способностью изъясняться, тем, что у них есть привлекательная манера говорить. Они думают, что этот человек великий обладатель знания, потому что он умеет красиво говорить, красиво преподносить, но этот человек может оказаться в опасности». Поэтому спросить у шейха разрешение, очень полезно.

Ещё один важный вопрос. Если ученик решает куда-то уехать, и зная о том, что его учитель из тех, которые внимательно следят за тем, кто присутствует на уроке, а кто отсутствует, то ему в первую очередь, крайне желательно будет поставить шейха в известность, дабы не занимать его сердце переживанием из-за его отсутствия, и не занимать его время поисками. Поэтому следует ученику подойти и сказать: «Я собираюсь уехать», чтобы сердце шейха не было занято его отсутствием. Во-вторых, чтобы он не заподозрил его в лени, нерадивости, в нежелании получать знание и т. д. Необходимо подойти и объяснить причину.

Говорит шейх: «А также придерживайся остальных норм благопристойности, которые являются сами собой разумеющимися для каждого благословенного и успешного искателя знания». Человек, которому Всевышний Аллах дал по Своей милости благодать (барака), дал Своё содействие (тауфик), дал Своё благословение, такой человек является «муваффакъ», «мубарак», — он многие вещи понимает сам, понимание этого для него само собой разумеющееся, и ему следует придерживаться этого. «И, тем самым, соблюди право твоего шейха как твоего религиозного отца, или, как выражаются некоторые “того, кто вскормил тебя молоком воспитания”. Однако термин религиозное отцовство, используемый некоторыми учёными, более уместен».

Говорит он: «Знай, что степенью твоего почтения к шейху определяется твой успех и твоё счастье, а наличие признаков провала и неудачи зависит от степени упущения в этом вопросе», чем больше у тебя упущений в вопросе почтительного отношения к шейху, тем больше вероятность провала и неудач для тъалибуль-’ильм. Если тъалибуль-‘ильм не будет уважать своего шейха, то не получит от него пользы.

Дальше говорит он (да помилует его Аллах): «Важное замечание: да защитит тебя Аллах от того, что делают инородцы», он здесь указывает на не мусульман; «последователи суфийских тарикатов, а также приверженцы религиозных новшеств, предпочитающие поздние пути (то есть не саляфия, а халяфия), и не следующие путём праведных предшественников следующих по пути пророка которые проявляют к учителям смиренное почитание, выходящее за рамки шариатских норм (вот от этого тебя предостерегает): они облизывают им руки, целуют их плечи, хватают их правую руку обеими руками при приветствии, как это делают взрослые, желающие проявить ласку к детям, наклоняются, когда приветствуют, используют в обращении слова, указывающие на слабость, на подобострастие, зависимость и низкопоклонство, такие как: Мой господин, Мой властелин Мой покровитель и прочие фразы, произносимые слугами и рабами».

И говорит он: «Познакомься с превосходными словами, сказанными по этому поводу выдающимся учёным, последователем праведных предшественников, шейхом Мухаммадом аль-Баширом аль-Ибрахими аль-Джазаири (умер в 1380 г. х.), (да смилуется над ним Аллах). Да, это важное замечание, то есть предостережение теперь от другой крайности: то, что делают многие последователи суфийских тарикатов, то, что делают не мусульмане, последователи бид’а». И он перечисляет некоторые действия, которые просто являются примером выхода за рамки почтения в сторону излишества, чрезмерности, например, облизывают руки. Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Я, конечно, не знаю такого, но наверно это есть, раз автор книги (да помилует его Аллах) упоминает об этом». Дальше говорит он здесь: «Целуют их плечи».

Шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах) говорит, что целовать руку учёному — нет проблем, но при условии, что это не выходит за рамки, то есть без чрезмерности. Всякий раз, как видят, целуют руку и ещё при этом с таким поклоном и т. д., нет, такое недопустимо, это является чрезмерством! Если иногда, при каких-то обстоятельствах поцеловал руку учёному, то это имеет место быть, другое дело — учёный, он не позволит тебе сделать этого. Каждый делает то, что ему приказано: ему приказано проявлять скромность, а тебе приказано проявлять к нему приличие.

Целовать плечи, в некоторых местах принято, как в знак уважения. Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Сказать, что эта вещь порицаемая — нельзя однозначно, и что это похвально — тоже нельзя», — зависит от ситуации, например, давно не видел, приехал откуда-то, из путешествия. Ничего, если он поцелует его лоб или голову, или поцелует его плечо. Нет здесь вреда.

Говорит шейх: «…наклоняются, когда приветствуют», — поклон при приветствии недопустим, запрещён, то есть способ приветствия такой, что ты наклоняешься при приветствии, — это порицаемый поступок, и запретил приветствовать друг друга поклонами пророк ﷺ в достоверных хадисах. К сожалению, очень многие люди кланяются или наклоняют шею, или голову при приветствии. Такое можно увидеть и в нашей стране, и даже в нашей мечети. Надо обязательно объяснять, что это действие запрещено в Исламе. Понятно, что человек хочет проявить уважение, но это не допустимо, запрещено пророком ﷺ.

Далее говорит: «…наклоняются, когда приветствуют,», другое дело, когда, например, сидит учёный, и человек хочет поцеловать его в лоб, то придётся при этом наклониться, нагнуться. Но относится ли это к тому, что запрещено? Нет, почему? Потому, что в этом случае человек просто вынужден наклониться, чтобы поцеловать его голову. В данном случае действие наклона происходит не для возвеличивания. Кроме того, здесь нет возвеличивания, так-как поклон подразумевает, что ты становишься положением ниже, а в этом случае здесь ты всё равно будешь над ним.

Дальше он говорит: «Брать его правую руку двумя руками». Некоторые учёные порицают это, бывает человек со всеми просто здоровается правой рукой за правую руку, а здесь именно хватает двумя руками его руку и держит. Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Нет, не совсем правильно сказать, что это однозначно нельзя, потому что ибн Мас’уд передаёт (да будет доволен им Аллах): Меня учил пророк так, что он держал мою кисть между своими двумя кистями». Это один из методов обучения. Например, дозволено при обучении чему-либо ребёнка или ученика, держать двумя руками его ладонь между своих двух рук, — и это передано в Сунне пророка ﷺ. Поэтому шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Сказать однозначно, что это действие запрещено, мы не можем».

Другое дело, если в этом есть чрезмерство, тогда это недопустимо. «Если в обществе среди людей такое принято, то ничего страшного», — говорит шейх ибн аль-’Усаймин. Иначе говоря, нет в этом греха и это не запрещено. Но, основой и правилом является то, что человек здоровается правой рукой за правую руку — это есть основа. Но делать это обычаем, при приветствии хватать руку двумя руками — это не совсем правильно. В некоторых случаях, когда человеку хочется проявить какую-то нежность, уважение и он так делает. Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Тогда не видим здесь проблем».

Вывод такой: лучше, в любом случае, если здороваешься, то делать это правой рукой за правую руку. Здороваться двумя руками и делать это привычным для себя способом и методом — это не соответствует Сунне. Но если принято у людей иногда, как проявление любезности, нежности, ласки и уважения, то говорит шейх ибн аль-’Усаймин: «Сказать, что однозначно нельзя, мы не можем».

Дальше говорит он: «Использование каких-то таких выражений, которые указывают на подобострастие, низкопоклонство, на какую-то зависимость»; во-первых, говорить «мой господин» («саййиди») учителю, в этом вообще нет нужды, потому что он для ученика и так господин (саййид). Но использовать те или иные выражения, в которых есть низкопоклонство, подобострастие — это недопустимо. Но мы с вами проходили хадис, что пророк ﷺ разрешил это для раба или невольника в отношении своего господина или хозяина: «Пусть говорит ему “саййиди ва мауляи”», т. е. такие обращения присущи для рабов, для слуг и т. п. Поэтому, не является адабом благочестия обращаться к учителю такими словами, но как мы упоминали ранее, можно обращаться с такими словами, как «наш шейх» («шайхъана»), «благородный шейх» («фадъиляту шайхъ») и т. д.

И затем он указывает на книгу «Аль-басъаир», в которой изложены эти вопросы.

Глава 19
Твой капитал, полученный от шейха, о, искатель знания

Автор (да помилует его Аллах) говорит: «Твоим основным капиталом, полученным от шейха, является следование его благим нравственным качествам и благородным чертам. Что же касается получаемых знаний и разъяснений, то это дополнительный доход. Но пусть тебя не охватывает безумный порыв в любви к шейху, так, что ты окажешься в безобразном положении, которое будет незаметно тебе, но заметно для каждого, кто тебя видит. Не подражай ему в голосе и интонации, в походке, движениях и во внешнем виде, ибо он стал почтенным шейхом благодаря тем вышеупомянутым благим качествам, а не из-за этих вещей. Так не унижай же себя, следуя за ним в этом».

Итак, автор (да помилует его Аллах) говорит здесь, что одна из важных вещей для тъалибуль-’ильм — это следование шейху в его благородных нравственных качествах. Разумеется, если учитель имеет высокую нравственность, благородные моральные качества, тогда сделай его для себя примером (къудва). Но может быть и наоборот, когда у учителя есть какие‑то плохие нравственные качества, недостатки, в таком случае не следуй за ним в этих отрицательных качествах, но бери от него его хорошее. Не следуй за ним во всём, только потому что он твой учитель, нет! Следуй за ним только в благородных нравственных качествах.

Автор говорит здесь, что следование его благим нравственным качествам, его благородным чертам — это и есть основной твой капитал, а уже получаемые знания, разъяснения — это уже дополнительный доход. Шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах) говорит: «Всё-таки, наверно, не совсем правильно говорит он, потому что и это, и то важно. Потому что, всё-таки, ты пришёл к этому человеку не только за нравственностью», то есть, если тебя спросить: «Зачем ты учишься здесь?». Не скажет человек: «Я пришёл учиться для получения нравственных качеств». Человек скажет: «Я пришёл, чтобы получить знание», поэтому, как бы то ни было, шейх для тебя и в знании учитель и в нравственности он для тебя учитель.

И вы, как требующие знания, как люди, у которых будут ученики, те, кого вы будете обучать религии Всевышнего Господа, должны помнить о том, что вы для ваших учеников будете не только передатчиками знания, источником получения какой-то информации, а будете для них образцом нравственности. Поэтому требующий знание должен быть очень внимательным к тому, как он себя ведёт, так как на нём двойная ответственность. Мусульманин должен иметь хорошую нравственность, тем более, если это учитель. Потому что вы — являетесь примером, и люди будут следовать за вами. Если они будут следовать за вами в плохом, то и на вас будет доля ответственности за это; если за вами будут следовать в хорошем, то вам будет награда за это от Аллаха.

Говорит автор: «Пусть этот безумный порыв любви к шейху не побудит тебя к тому, что ты окажешься в каком-то безобразном положении, незаметном для себя и заметном для других», а именно, когда начинают подражать в голосе, в интонации, в манере разговора, в походке или в движениях. Некоторые люди так начинают любить своих учителей, что начинают им подражать во всём этом.

Шейх ибн аль-’Усаймин делает здесь оговорку и говорит: «Конечно, если походка или манера речи у шейха такая как у пророка и человек из любви к пророку начинает также ходить, также говорить, то нет здесь проблем, потому что здесь его образец — это пророк а не определённая личность».

То же самое, вопрос движения, автор говорит: «В этом тоже ему не подражай», потому что говорит шейх ибн аль-’Усаймин: «Может быть, у учителя есть какие-то движения, которые не являются хорошими, не стоит ему подражать в этом. Некоторые люди, когда разговаривают, они при каждом слове двигаются всем телом, и не стоит в этом подражать. Но если какое-то движение есть у шейха, которое полезное, похвальное, может он делает какие-то движения при разъяснении, которые полезны для понимания, позволяет лучше донести знания, то есть становится причиной для того, чтобы ученик взбодрился, заставляет его слушать, то в таком случае взять от учителя это движение, в качестве примера для себя, последовать в этом — проблемой не будет», то есть не однозначно нельзя следовать в движениях ему. Если это что-то похвальное, полезное движение, то в таком случае можно в этом подражать ему. «Это неплохо, потому что мы видим большую разницу между учителем, у которого при разъяснении есть какие‑то движения, которые подчёркивают смысл того, что он говорит или какие-то чувства, которые у него есть при этом в сердце; и между учителем, который излагает урок монотонно, есть разница», — говорит шейх ибн аль-’Усаймин.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Когда мы были учениками в институте знаний в Эр-Рияде, у нас был учитель по Нахву и он, разъясняя что-то, что нуждается в движении, делал движения, и мы с ним из-за этого были внимательны. Потому что, когда он разъяснял что-то важное, в каждом необходимом месте он делал какое-то специальное движение, и это заставляло нас быть внимательными, мы следили за его объяснением и, тем самым, он нас будил, если мы засыпали. А приходил другой учитель, у которого не было никаких движений, и он монотонно излагал, и такой человек убивает активность, и вызывает какую-то леность, усталость», то есть этот вопрос не однозначен. Он нуждается в более подробном разъяснении, уточнении. Если эти движения полезные, то нет проблем, если человек возьмёт их для себя.

Дальше говорит он: «Не подражай ему во внешнем виде», здесь также не однозначно, если внешний вид хороший. Говорит шейх ибн аль-’Усаймин: «Нельзя сказать: Оставь полностью подражание или Подражай. Если это что-то хорошее, соответствует Сунне или может быть это пример муруа: благородство в одежде, как одевается он, в соответствии со своим возрастом, положением; и если ты берёшь пример в этом, то это неплохо, а, если он одевается как-то неопрятно и т. д., то конечно, тогда не бери. Но если будешь брать в пример то, что соответствует Сунне и то, что соответствует благопристойности, благородству, то это неплохо».

Дальше говорит он: «Так не унижай же себя, следуя за ним в этом. Потому что он стал почтенным шейхом благодаря тем благим качествам, которые у него есть, а не из-за голоса его или интонации, или из-за его движений, или его внешности». Поэтому говорит он: «Не унижай себя, следуя за ним в этом, но если что-то из этого похвальное и ты следуешь, то ты тем самым себя не унизишь».

Глава 20
Активность шейха на уроке

20-я норма, которой должен украситься тъалибуль-’ильм, связана с активностью шейха на уроке. Это очень важно.

Говорит автор (да помилует его Аллах): «Активность и деятельность шейха на уроке зависят от степени внимания учеников, их сосредоточенности и их эмоционального взаимодействия с шейхом во время урока. Поэтому остерегайся того, чтобы помешать ему передать знание, проявляя лень, вялость, прислоняясь к чему-то, отвлекаясь или расслабляясь умом».

Аль-Хатъиб аль-Багдади (да смилуется над ним Аллах) сказал: «Правом пользы (то есть её «хакк», у пользы есть право) является то, что она должна передаваться только человеку, жаждущему её получить, и преподносится она только тому, кто к ней стремится. Если передатчик знания замечает со стороны слушающего некую вялость — ему следует замолчать. Один из просвещённых сказал: Активность и бодрость оратора зависят от степени понимания слушателя».

Затем аль-Хатъиб привёл со своей цепочкой передачи сообщение Зайда ибн Уахба о том, что ‘Абдуллах сказал: «Рассказывай людям до тех пор, пока они внимательно смотрят на тебя. Если ты замечаешь с их стороны вялость и утомление, то прерви речь».

Это очень важный пункт. Это украшение искателя знания: когда он присутствует на уроке, чтобы у него было рвение, было стремление, чтобы он внимательно слушал учителя, следовал за речью учителя, потому что из-за этого и учитель тоже становится активным. Когда перед тобой аудитория, которая внемлет, хочет узнать, которая смотрит жадным взглядом, ищет знание, следит за твоей речью, взаимодействует с тобой эмоционально, тогда учителю легко говорить и слова подбираются легко, тогда Аллах делает так, что учитель начинает вспоминать вещи, которые он давно забыл, они приходят ему на ум — это милость Аллаха, награда этим ученикам, которые хотят знания, Аллах даёт им это знание.

Активность шейха и его деятельность напрямую зависят от состояния учеников. Не показывай учителю, что тебе надоело, скучно, ты устал. Не сиди, опираясь на что-то, не сиди развалившись, не смотри то направо, то налево, не поглядывай всё время на часы. Как учитель будет что-то объяснять, если видит ученика, который всё время смотрит на часы или переворачивает страницы, отвлекается и т. д.? Это то, что касается ученика, а то, что касается самого учителя, вам это тоже пригодится в будущем если, на то будет воля Всевышнего Создателя.

Если вы будете преподавать урок, и тем более, если перед вами будут простые люди — то преподавайте им до тех пор, пока они действительно стремятся, изъявляют желание, пока они с нетерпением и желанием ждут, что вы им скажете. В таком случае, — это будет как дождь, который выпал на сухую землю, которая ждёт дождя, впитывает этот дождь. А если заставлять их, навязывать себя, то пользы будет мало; может вызвать у слушателей отторжение или, к самому учителю, или к тому, что он говорит, а он может говорить очень важные вещи. Поэтому не стоит этого делать.

Конечно, в каждой ситуации своё определённое поведение. Если это уже требующие знания (тъуллябуль-’ильм), которые вручили себя в руки шейха и он передаёт им какую-то науку, какое-то ремесло, то всё время отталкиваться от того, что они хотят или не хотят, внимательны или нет, тогда мало что удастся им передать, в таком случае учителю приходится бороться с их ленью, приходится их заставлять, но это уже другой вопрос. Мы говорили об общей аудитории, которой обладатель знания что-то преподаёт: тогда учитывает её состояние, особенно, если это начинающие тъуллябуль-‘ильм или простые люди.

В итоге, если вы видите, что люди внимательно слушают вашу речь, тогда говорите. Если же видите, что ситуация иная, тогда остановитесь, то есть не отягощайте их.

Передано от ‘Абдуллаха ибн Мас’уда (да будет доволен им Аллах): «Пророк делал нам увещевания в некоторые дни», то есть чередовал: иногда делал, иногда нет, «боясь, что нам наскучит». Поэтому вы, как учитель должны учитывать этот факт.

Передаётся от Хатъиба аль-Багдади слова: «У пользы знания есть своё право (хаккъ)». Она не каждому даётся. Некоторые мудрецы говорят: «Передать знания тому, кто не достоин знания — это всё равно, что повесить ожерелье из жемчуга на шею свиньи», то есть знание, религиозная польза имеет своё право. Говорит он: «Передавать её нужно человеку, который хочет её получить». Преподноси её (пользу) человеку, который стремится к ней. Если доносящий знания видит вялость со стороны слушателя, тогда пусть замолчит. И далее он передаёт слова некоторых просвещённых: «Активность и бодрость оратора зависит от степени понимания слушателя». Здесь лучше сказать не «от степени понимания слушателя, а от степени внимательности», потому что понимание — это вопрос скрытый, мы не знаем: понял он или нет. Также для обучающегося, если он хочет получить пользу от знания, пусть посмотрит на то, как он себя ведёт на уроке.

Но, опять же, как мы сказали ранее: «У каждой ситуации — своё поведение», чтобы вы не подумали, что обладатель знания, призывающий должен говорить только тем, кто хочет его слушать или которые ходят за ним. Призыв — это другой вопрос, нужно разграничить две вещи. Проведите разницу между ними:

  1. Между уроком. На урок приходят люди, которые уже хотят знания, люди, которые уже встали на этот путь.
  2. Между призывом. В этом случае вам приходится ходить к людям, ходить за ними. Может быть, из-за одного человека вам придётся преодолевать большие расстояния, чтобы призвать его, объяснить ему; может быть, он вас будет слушать с неохотой, тогда вы должны подбирать слова, должны искать какие-то альтернативные пути, учитывать его натуру. Призыв — это не так: «Да, он не хочет меня слушать. Меня не зовёт. Не ходит за мной. Не буду его призывать». Нет, это не верно. Конечно, он не будет за вами ходить, если он не знает вашу религию, не знает то, к чему вы призываете — он не знает и цену этой религии.

Глава 21
Записывание за шейхом во время урока и повторения

Следующий адаб (норма благопристойности), которой должен украситься тъалибуль-’ильм — это записывание за шейхом во время урока и во время повторения.

Говорит автор: «Следует понять, что отношение к этому вопросу неоднозначно и отличается в зависимости от учителя. Поэтому здесь существует одно правило и одно условие», правило благопристойности (адаб) и условие (шарт):

  • Адаб — обязательно предупредить шейха, взять у него разрешение о том, что ты будешь записывать или будешь фиксировать его речь на какое-то записывающее устройсто. Потому что, может быть, ему не нравится, когда записывают его слова. Бывает, некоторые люди украдкой записывают на свои телефоны и диктофоны без разрешения шейха. Может быть, это такие слова, распространение которых он не желает, боясь какой-то смуты (фитны) и т. д. Поэтому, в любом случае из адабов благопристойности и уважения, — это то, что ты должен спросить разрешение на запись.
  • Шарт — ты должен указать, обратить внимание на то, что ты записал услышанное так, как ты понял, как ты услышал. Так-как это очень важно! Чтобы читающий мог понять, что это ты так услышал. Если ты скажешь: «Вот сказал, шейх такой-то» и не укажешь, что это ты так услышал, то читающий подумает, что это шейх тебе так продиктовал.

Автор говорит, что отношение к вопросу записывания слов за шейхом во время урока или во время повторения, — оно неоднозначное. В зависимости от шейхов отличается отношение к этому вопросу, например:

  • отношение самих шейхов разное к тому, записывает человек или нет;
  • некоторым шейхам может нравиться, когда обучающийся записывает его речь во время урока, а некоторым может не нравиться;
  • некоторые так быстро произносят свою речь, что не успеваешь записать;
  • некоторые специально диктуют медленно, чтобы ты мог успеть записать;
  • возможно, что урок очень важный, который необходимо записать;
  • бывает, что запись не важна.

Как бы то ни было, шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах) говорит: «В этой ситуации необходимо обратить внимание на одну очень важную вещь. Он может пропустить некоторые слова, не заметив этого и получится совсем не то, что говорит шейх». Нужно проявлять особую внимательность, когда что-то записываешь за шейхом, иногда упускаешь какие-то слова, и из-за этого может получиться совсем обратное тому, что шейх сказал.

Шейх ибн аль-’Усаймин всё время говорит: «Сейчас, по милости Аллаха, есть облегчения для учеников, и мы не нуждаемся особо в том, чтобы записывать то, что говорит шейх, потому что есть записывающие устройства, которые полностью передают слова шейха от начала и до конца. И ты можешь просто внимательно слушать на уроке, а потом уже после урока, включить запись и внимательно всё записать так, чтобы ничего не упустить».

Некоторым шейхам нравится, когда записывают и они говорят: «Когда человек и слушает, и записывает, при этом у него не только слух воспринимает, но и глаза (работают слуховая и зрительная память). Это заставляет его быть более внимательным, запоминать лучше», то есть этот вопрос неоднозначный.

Есть разница между диктовкой и свободным произношением речи. Потому что, когда шейх что-то диктует, это значит, что он диктует слова, которые он уже проверил, продумал и знает к чему они могут привести. И есть разница между тем, когда речь не продуманая заранее, и из уст может вылетить слово, которое он не хотел бы произносить или хотел произнести по-другому, речь может получиться сумбурной и т. д.

Является ли молчание учителя одобрением на запись урока? Молчит, значит, разрешает писать? Здесь есть уточнения. Если у шейха есть возможность высказать порицание, то есть шейх регулирует ситуацию или он может сказать: «Пишите», а может сказать: «Не пишите», то в таком случае его молчание может означать согласие. А в некоторых случаях бывает, что шейх не может высказать порицание, не может запретить писать, потому что бывает такая аудитория, что если он скажет: «Не пишите», то они начнут возмущаться и т. д. Если такая аудитория, что шейх не может высказать порицание, запретить им записывать, то его молчание ещё не означает одобрение.

Шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах) говорит: «Моё молчание означает согласие. Я вижу, как некоторые пишут и ничего в этом страшного. Нет проблем, но с условием, что это не будет отвлекать их от слушания». Не все могут одновременно слушать и писать. Слушать важнее, тем более что сейчас есть записывающие устройства.

Глава 22
Получение знания у приверженца нововведений

Мы продолжаем изучение третьего раздела книги «хильяту тъалибиль‑’ильм», который посвящён нормам благопристойности (адабам) искателя знания, обучающегося в отношении к его учителю.

Следующий очень важный вопрос — «получение знаний у приверженца нововведений». Это очень важный раздел книги — раздел, посвящённый тому, что крайне необходимо игнорировать последователей заблуждения, еретиков, отказаться от получения знания у них какой бы то ни было науки.

В этом вопросе существуют некоторые важные правила;

  1. Религиозное нововведение, ересь (бид’а) влияет на разум человека, и он уже не может понимать религию Аллаха должным образом, не может отличать истину от лжи так, как человек, который имеет правильные убеждения, приверженец Сунны (последователи пути пророка Мухаммада ﷺ), почему?
  2. правильное понимание Ислама — это помощь от Аллаха. Аллах дарует понимание некоторым Своим рабам, и чем ближе человек к Сунне, тем у него будет больше понимания;
  3. последователи Корана и Сунны, у них есть спокойствие, они тверды в своих убеждениях, у них нет беспокойства, сомнений, колебаний души, тревоги, у них есть способность различать и понимать религию Создателя (Ислам) должным образом.

У последователей заблуждений в душе сомнения, колебания, которые влияют на их разум, закрывают способность к правильному знанию и обучению, они склонны к лживой информации.

Поэтому мы должны выбирать учителей из числа ахлю c-Сунна ва ль‑джама’а (последователей Сунны и единой общины), тех, которые строго придерживаются Корана и Сунны (пути пророка ﷺ), потому что у них есть убеждённость, спокойствие и способность различать и понимать, которой нет у последователей бид’а.

  1. Религиозные вопросы разных отраслей знания, так или иначе связаны друг с другом. Когда ты приходишь к заблудшему еретику (последователю бид’а); он не будет сразу выявлять тебе свои заблудшие убеждения, а будет говорить о каких-то других вещах; и ты можешь подумать, что нет связи между тем, что он тебе говорит и его заблуждением. Он может давать тебе некое следствие, какой-то итог, вывод, связанный с какой-то наукой, и ты возможно не будешь подозревать, что у этого следствия есть основание, связанное с его неправильным религиозным убеждением.

Например, ты пришёл изучать «Усъулю ль-фикъх» к кому-то, кто известен своими отклонениями в понимании религиозных убеждений и говоришь: «Я же к нему не вероубеждение (‘акъиду) пришёл изучать. Это у него в ‘акъиде есть нарушения, а в терминологии фикъха нету. Буду обучаться у него только Усъулю ль- фикъх».

Или другой пример, ты хочешь изучать «Нахв» — арабский синтаксис у кого-то из последователей бид’а. Но известно, что в науке «Нахв» есть очень много вопросов, которые связаны с ‘акъидой. Ты станешь изучать у него «Нахв», и когда, например, дойдёте до вопроса частиц речи, которые переводят в винительный падеж (насъб), и он тебе скажет: «частица лян указывает на отрицание в будущем навсегда», и может даже привести пример из Корана: «Не будут довольны тобой иудеи и христиане, пока ты не последуешь за их религией»[69]. Скажет тебе: «Видишь, лян указывает на постоянное, вечное отрицание», и это закрепится в твоём разуме, а потом, когда ты станешь читать другие религиозные тексты и прочитаеш аят из Корана, слова Аллаха, где (Аллах Мусе) сказал: «Ты не увидишь меня…»[70], и тут ты вспомнишь, слова учителя, где он сказал, что «лян» — это отрицание навсегда и подумаешь, что, значит видение Аллаха невозможно вообще никогда: ни в этом мире, ни в вечном. А это и есть убеждение заблудшей секты «му’атазилитов», — это они придумали, что частица «лян» — означает никогда.

Последователи же ахлю с-Сунна ва ль-джама’а, те, кто берут свои знания на основании достоверных доводов из Корана и Сунны в понимании праведных предшественников (пророка ﷺ и его сподвижников (да будет доволен ими Аллах), заявляют, что частица «лян» — НЕ означает «никогда» и доказательство на это в словах Аллаха (Коран), Аллах говорит про Марьям (Мария (мир ей)), что она сказала: «Я сегодня не буду говорить с людьми»[71], то есть здесь мы видим, что «лян» НЕ означает «навсегда». Следовательно, привёденный ими аят не указывает на то, что верующие не будут видеть Аллаха в Судный день и наслаждаться лицезрением Всевышнего в Раю.

А заблудшая секта «му’атазилитов» отрицают, что верующие увидят Аллаха и поэтому, когда они преподают «Нахв», они говорят, что «лян» означает отрицание навсегда, тем самым преподавая «Нахв» или другую науку они дают какой-то итог, а ты даже не подозреваешь, что корень этих слов в его заблуждении (ереси). И, когда ты получаешь знание от такого, это может отразиться на твоём вероубеждении (‘акъиде).

  1. Если приходить к ним за знаниями, пусть даже это будет не ‘ильм об ‘акъиде, не то, в чём у них есть заблуждения, это всё равно повысит их статус, хочешь ты того или нет. Ты будешь способствовать тому, что повысит их репутацию, они станут значимыми среди людей и люди скажут: «Раз к ним ходят получать знания, значит они действительно уважаемые обладатели знания», и это побудит других стремиться к ним, и ты станешь причиной их популяризации и заблуждения тех, кто придёт к ним за знаниями.
  2. Если ты будешь посещать такого человека, то люди станут относить тебя к нему, к его убеждениям. Они станут говорить: «Раз он туда ходит, значит, он такой же…», и станут отвращать от тебя и от твоего знания, и от твоего призыва. Даже если ты скажешь, что я не обучаюсь у него науке вероубеждения, а всего лишь обучаюсь какой-то науке, например, обучаюсь у него таджвиду (правила чтения Корана). Как передаётся в одном из асаров от аль-А’маша, который сказал: «Саляфы задавали о человеке только три вопроса: где он ходит, к кому он заходит и кого из людей он любит»[72].

И это только если его заблуждение такое, которое не выводит человека из религии, потому что религиозное новшество (бид’а) легче, чем многобожие (ширк). То предостережение от того, чтобы учиться у многобожника (мушрика), обучаться у тех, кто совершает ширк или призывает к ширку (могилопоклонство, поклонение праведникам, испрашивание у мёртвых, обращение к мёртвым за заступничеством, поклонение идолам, пирам и т. д.) — это предостережение тем более сильное.

Говорит автор (да помилует его Аллах): «Остерегайся отца невежества (Абу Джахля), являющегося приверженцем нововведений, того, которого коснулся недуг отклонений в вероубеждении, кого накрыли облака вздорных небылиц, кто делает страсть судьей и называет её разумом, отвращаясь от религиозного текста! Разве разум не иначе как в религиозных текстах?! Эти люди держатся за слабые сообщения и отдаляются от достоверных. Их также называют людьми несостоятельных аргументов и домыслов (ахлю ш-шубухат) и людьми страстей (ахлюль-ахва). По этим причинам ибн аль-Мубарак называл приверженцев нововведений аль‑асъáгир (ничтожные).

Аз-Захаби (да смилуется над ним Аллах) сказал: Если ты становишься свидетелем того, как приверженец нововведений из числа последователей аль-каля́ма (الكلام) говорит: Не приводи мне Коран и хадисы, дай мне указания разума”” — то знай, что он Абу Джахль! Если ты видишь, как последователь той или иной духовной практики, ставящей задачей достижение единения со всем сущим и видения только Бога (суфисткие методы, их тарикаты), говорит: Не приводи нам ни того, что передано в религиозных текстах (ан‑накль), ни того, что относится к указаниям разума. Дай нам духовное ощущение (аз-заук) и экстаз от постижения присутствия Бога (аль‑уаджд)», то есть они говорят: «Вот сейчас мы почувствовали, нашли, постигли присутствие Бога», — это называется «аль-уаджд». Далее он говорит: «Не надо мне ни доводов из религиозных текстов и ‘акъль тоже мне не надо, дай мне ощущение и этот экстаз от постижения присутствия Бога. То знай, что перед тобой Иблис, представший в образе человека или вселившийся в человека. Если остерегаешься его, то беги, а если нет, то вступи с ним в борьбу, прижав коленом его грудь, читая над ним аят Аль‑Курси и сжимая ему шею».

Замечательные слова автора (да помилует его Аллах). Он говорит: «Остерегайся отца невежества (Абу Джахля)». Он имеет в виду последователей религиозных нововведений, потому что человек, у которого есть нововведения, он действительно Абу Джахль. В нём это невежество, и проявляется оно во многом:

во-первых, в том, что он отвергает тексты Корана и Сунны, не делает аяты и хадисы судьей, не обращается к ним за решением;

во-вторых, в том, что он самовольничает, распоряжается религиозными текстами как пожелает. То, что соответствует его страсти он принимает, а то, что не соответствует отвергает, то есть на своё усмотрение;

в-третьих, когда уже не принять невозможно что-то из религиозного сообщения, когда это явно, достоверно, то он принимает, но начинает искажать, истолковывать смысл в угоду своим заблудшим взглядам, желаниям и страстям. Поэтому и говорит автор: «Остерегайся Абу Джахля», называя такого — отцом невежества.

«Того, которого коснулся недуг отклонений в вероубеждении», имеется ввиду, что такой отклонился в вопросе вероубеждения (акъида), ‘акъида — это самое важное для человека, — это основа, фундамент. «Кого накрыли облака вздорных небылиц», тот, который находится в тумане лжи «сухубуль‑хъурафа». «Хъурафа», а самого человека называют «хъурафий» — человек, который следует за какими-то вздорными небылицами, лживыми аргументами, выдумками, провокацией, — это называется «хъурафа». Остерегайся таких людей.

Откуда это название «хъурафа»? Говорят, что был такой человек, которого звали Хъурафа, и он рассказывал всякие небылицы: как его забирали джинны, как он общался с ними и т. д. Он очень много рассказывал об общении с джиннами, о том, что присуще им и т. п. И поэтому его именем стали называть таких людей, которые любят рассказывать лживые истории, выдумки, всякую несуразицу. Так остерегайся такого человека, которого накрыли облака этих вот хъурафов — вздорных небылиц.

Дальше он говорит: «Того, кто сделал страсть (аль-хауа) судьей», то есть он обращается за решениями и делает судьей в вопросах не законы Аллаха, а свои пристрастия (аль-ахва), свои желания и называет это словом «разум» («’акъль»), а на самом деле, это не разум, это подчинение своим желаниям, своим пристрастиям и обольщение ими.

Здравый разум не может противоречить постановлениям Аллаха: словам Аллаха (Коран) и достоверным хадисам. Если какой-либо достоверный хадис противоречит их разуму, то они говорят, может быть он не достоверный. Если достоверный хадис не подходит твоим желаниям, твоему мнению, значит ищи проблему в своём разуме, значит твой разум находится в плену твоих страстей.

Разум таких людей искажён, извращён и неудерживаем. Так-как здравый разум (‘акъль) будет удерживать его от порочных, глупых убеждений, действий и слов. А извращённый, искажённый разум, будет удерживать человека от следования прямым путём и будет направлять его к следованию за неправильными убеждениями в угоду страстям и желаниям.

Эти слова автора — предостережение от последователей религиозных нововведений (ахлюль-бид’а), от того, чтобы учиться у них чему‑либо, и это крайне важно. Мы должны остерегаться ахлюль-бид’а. Некоторые из них обладают красноречием, умением красиво преподносить, их уста источают мёд, который в действительности является ядом и это большое искушение, на которое ведутся многие невежественные люди, не обладающие знанием, думая, что раз так красиво преподносит, красноречиво говорит, завораживает умы, значит он говорит истину, но это всего лишь обольщение.

Они облекают свои заблуждения в разные заманчивые формы, разукрашивают их, а человек как жаждущий в пустыне видит мираж, стремится к нему, думая, что это вода. Жаждущий знаний принимает их речи за истину, как жаждущий в пустыне принимает марево за воду, потому что из-за сильной жажды человек представляет себе то, что никогда не придёт ему на ум при других обстоятельствах. Он надеется утолить жажду, но его надежды оказываются ошибочными. Чем ближе он подходит, тем больше становится его разочарование, он теряет надежду и его жажда ещё больше усиливается, — таково положение людей, следующих за тем, что повелевает им их душа, обольщающихся красноречием заблудших, в начале это кажется им прекрасным миражом, а в итоге они получают ложную, искажённую информацию о религии Аллаха и их души не находят удовлетворения, и пребывают в смятении, и сомнении. Аллах сказал: «Когда он подходит к этому мареву, думая, что это вода, то ничего не обнаруживает. Он находит вблизи себя Аллаха, который сполна воздаёт ему по счёту. Аллах скор в расчёте»[73].

Поэтому остерегайся человека, который следует за своими желаниями, страстями и не руководствуется законами и установлениями Аллаха. Эти люди в своих убеждениях, в поклонении, в методе соблюдения религии Ислам руководствуются своим мнением, своими желаниями, своими заблудшими убеждениями, который они называют доводы разума (‘акъль). Они называют это словом «‘акъль», но на самом деле это не «‘акъль», — это страсть, которая удерживает их от следования по прямому пути. Такие люди отклоняются от Корана и Сунны (путь пророка ﷺ) в понимании праведных предшественников, тех, которые были учениками самого пророка ﷺ. Потому, что их порочный «‘акъль» зовёт их к заблуждению. А здравый «‘акъль» никогда не может противоречить словам Аллаха и словам пророка ﷺ так как пророк ﷺ ничего не говорил по своей прихоти, всё, что он говорил было только откровением от Аллаха.

Разум «‘акъль», который свободен от сомнений (шубухат), от разных заблуждений, страстей и прихотей, от влияния похоти, такой разум никогда не противоречит «накълю», то есть переданному в Коране и Сунне. Проблема может быть либо в сообщении, что оно не достоверное, (можно проверить через указанные источники, в книгах учёных), а если достоверное, значит этот разум не является здравым.

Ясный, здравый разум (‘акълю с-съарих) и достоверно переданное в Коране и Сунне (накълю с-съахих) — эти две вещи никогда не могут вступить друг с другом в противоречие.

Аллах множество раз в Коране призывает людей призадуматься, призывает к здравому разуму, так как именно здравый разум не может противоречить повелениям Создателя, идти в противовес достоверным религиозным сообщениям от Аллаха и его посланника ﷺ выходить за рамки шариатских текстов. Человек со здравым разумом не станет ставить своё мнение, свои предположения, свои домыслы выше слов Аллаха и Его посланника ﷺ и говорить: «Не нужны мне религиозные тексты (Коран, хадисы), приведите мне доводы разума».

Аллах говорит в Коране: «Неужели они не разумеют?»[74], «Но призадумываются только обладающие разумом»[75], «Бойтесь Меня, о, обладающие разумом»[76]. Аллах обращает наше внимание на то, что в разуме может быть проблема, и людям нужно об этом заботиться, проверять свой разум, смотреть на то, как он относится к посланию от Аллаха, принимает ли он достоверные шариатские тексты (хадисы, аяты) или отвергает, искажает ли, истолковывает ли их по-своему или принимает и покоряется.

Говорит шейх (да помилует его Аллах): «Эта вещь часто замечается у тех, которые обращаются с какими-то проповедями, увещеваниями или рассказчики, которые хотят побудить людей к чему-то, устрашить их. Очень часто эти люди, которые обращаются с увещеванием и проповедями, используют какие-то хадисы, которые являются слабыми». Они восходят на минбары, и чтобы вызвать у людей реакцию, заставить их устрашиться или побудить к чему-то, не брезгают тем, что начинают упоминать слабые, выдуманные хадисы.

Например, говорят, что якобы сам пророк ﷺ сказал: «Аллах создал за каждую букву суры аль-Ихълясъ тысячу птиц, и у каждой этой птицы тысяча языков, и все они делают ду’а за человека, который прочёл суру аль-Ихълясъ». И вот этот хадис они приписывают пророку ﷺ чтобы побудить людей к чтению суры «аль-Ихълясъ». Много странных вещей говорят, возводя ложь на пророка ﷺ пытаясь указать на превосходство тех или иных деяний, которые на самом деле не имеют никакого основания.

Какая проблема может быть с разумом человека?

  1. Причиной этому может быть то, что в разуме человека заложены какие-то сомнения (шубухат), неправильные доводы, неправильное понимание и заблуждение, на котором уже построены все остальные ошибки.
  2. Человек может думать, что это разум его приводит к такому пониманию, а на самом деле это наущения шайтана, который хочет увести его от истины. Самая главная задача шайтана увести человека от истины в вопросе ‘акъиды, в вопросах методологии (манхаджа).
  3. Может быть, что до человека не дошло знание, не дошли доводы, аргументы и поэтому его разум вступает в противоречие с текстами Корана и Сунны.

Поэтому мы всегда говорим об этом: шайтан неотступно следует за человеком, желая сбить его с пути истины. И тъалибуль-‘ильм должен остерегаться шайтана, не думая: «Я не попадусь на его уловки». Он должен опасаться этого врага всего человечества, прибегать за защитой к Аллаху, много просить Всевышнего защитить его от заблуждений. На устах постоянно должно быть поминание (зикр) Аллаха. А также многочисленное чтение Корана с пониманием, размышлением над ним и выполнением того, что узнал из него.

И говорит шейх: «Из имён, которыми ахлю c-Сунна называют людей бид’а, — это ахлю ш-шубухат», то есть люди сомнений, разных неправильных домыслов и заблуждений. Помимо того, что их называют люди невежества (ахлюль-джахль), они ещё и люди страстей (ахлю ш-шубухат, а также ахлюль-ахуа).

Ибн аль-Мубарак называл их ничтожные (аль-асъáгъир). Очень подходящее описание для последователей религиозного заблуждения. Они ничтожные, потому что оставляют достоверные доводы из Корана и достоверных хадисов от пророка ﷺ и следуют за слухами, ложной информацией и выдумками своих заблудших имамов/предводителей. Тот, кто оставляет Коран и Сунну, непременно станет «съагъúр», хоть и будет возвеличивать себя, считать себя великим мудрецом.

Аз-Захаби приводит два варианта последователей бид’а:

  1. Человек, у которого заблуждения в ‘акъиде: он строит свою ‘акъиду на том, что называет «доводом разума» или «аль-каля́м» (الكلام), такой — приверженец нововведений, говорит: «Не надо нам Коран и Сунну, ты мне приведи довод разума». Если встречаешь такого, то знай, что это невежда (джахль) — это человек не обладающий знаниями о религии Аллаха, даже, если он будет выставлять себя знающим.
  2. Если ты видишь «салика ат-таухиди», «салик» — последователь суфийского тарикъата, какой-то духовной суфийской практики. «Таухиди» — это не значит, что он единобожник (мувахид). Нет, здесь имеется в виду то, к чему они стремятся в процессе своей практики духовной методики, они хотят достичь таухида. Таухид в их понимании — это не поклонение единому Аллаху, таухид в их понимании — это раствориться в мироздании и объединится с ним, и уже не видеть ничего, а видеть только Бога, то есть растворится в таухиде ар-Рубубия, слиться с мирозданием, понять, что всё это — одно единое целое. То есть доходят до единства бытия, и уже не понимают, где Бог, а где творения. Такие, говорит он: «Когда приводишь им аят или хадис, они говорят: Не надо мне аят, хадис, а дай мне заукъ и аль-уаджд””». Весь их путь строится на этом. «Заукъ» — субъективные ощущения и «уаджд» — когда он уже дошёл до такого состояния мистического экстаза, что уже ощущает присутствие Бога. И шейх говорит: «Если ты встретишь такого, знай, что это Иблис в облике человека».

Слова Аз-Захаби (да помилует его Аллах) указывают на то, что он очень много испытал страданий от этих людей. Перенёс от них очень много гонений и тягот, исходя из этого очень точно подчёркивает своеобразность этих заблудших путей и резко обличает их. Говорит он: «Знай, что это Иблис предстал перед тобой в человеческом облике или шайтан вселился в этого человека. Если ты остерегаешься его, то просто уйди». То есть если ты знаешь, что не сможешь опровергнуть его слова, не сможешь вступить с ним в дискуссию, в пререкания, что у тебя нет достаточных знаний, нет опыта, то в таком случае просто уйди, оставь его, и это будет мудро.

«… А если нет, (т. е. не боишься), то вступи с ним в борьбу, прижав коленом его грудь, читая над ним аят Аль-Курси и сжимая ему шею», то есть, если ты можешь вступить с ним в спор, опровергая его слова, приводя ему достоверные доводы, опровергая его ложные воззрения и ты уверен, что твоих знаний достаточно для того, чтобы заставить его замолчать, то тогда сразись с ним. И шейх даже указывает на это в буквальном смысле, физически, потому что есть большая вероятность, что в такого человека вселился шайтан, «то вступи с ним в борьбу, прижав коленом его грудь, читая над ним аят Аль-Курси», чтобы шайтан покинул его.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Действительно, у этих тарикъатов, которые называют себя суфийскими, можно видеть страшные действия, которые они совершают, ужасающие формы ширка и бид’а. ‘Уляма рассказывают, что когда едешь в некоторые страны, где преобладает количество этих сект, то видишь, что их экстазы в процессе практики доходят до состояния безумия: они начинают бить в барабаны, бить палкой или кнутом по земле». Это называется у них термином «тагъбир» («упражнение, методика»), от слова «гъубар» («пыль»): каждый из них берёт палку или кнут и начинают бить по земле, произнося свои зикры. И тот, кому удаётся поднять больше пыли, тот настоящий ученик, последователь (мюрид) этого тарикъата. И это указывает на наибольшую искренность его намерений.

Говорит он: «Аз-Захаби (да смилуется над ним Аллах) также писал: Я читал слова, написанные рукой шейха аль-Муваффакъа, в которых говорится: Мы посещали его (то есть ибн аби ‘Асъруна) уроки вместе с моим братом Абу ‘Умаром, а затем мы перестали это делать. Потом я услышал от своего брата такой рассказ: Как-то раз, позже, я зашёл к нему, и он спросил: Почему вы перестали посещать меня?”” Люди говорят, что ты аш’арит, — ответил я. Клянусь Аллахом, я не аш’арит! — сказал он. Такой общий смысл этого сообщения”».

Зачем автор привёл здесь слова Аз-Захаби? Чтобы указать на то, как сильно боялись саляфы того, чтобы получать знания у ахлюль-бид’а. Они отказывались от получения знания не только у последователей каких-то крайних форм бид’а, но даже от аш’аритов, хотя их бид’а в сравнении со многими другими бид’а легче. То есть не доходит до уровня куфра, но они всё равно боялись посещать их уроки.

Дальше он приводит от имама Малика (да смилуется над ним Аллах) такие слова: «Знание не берётся от четверых:

  1. «От глупца (сафих), выражающего свою глупость открыто, даже если он знает сообщений больше, чем кто-либо», это человек, который делает поступки, о последствиях которых он не думает. То есть у него много информации, много чего вызубрил, но нет понимания.
  2. «От приверженца нововведения, который призывает к своей страсти».
  3. «От человека, который лжёт в беседах с людьми, даже если не могут обвинить его во лжи при передаче хадисов». Вроде, когда человек передаёт пророческие хадисы, он не обманывает, но в беседах с людьми он лжёт. Почему нельзя брать от такого знания? Потому что, если человек лжёт в малом, иногда при разговоре, то не многое его удерживает от того, чтобы при донесении религии тоже лгать.
  4. «От праведного, много поклоняющегося, почтенного человека, если он плохо помнит то, что рассказывает»[77]. То есть у него плохая память и такой, передавая какие-то хадисы, какие-то асары искажает их, не из-за дурного умысла, а из-за плохой памяти. Можно брать пример с его поклонения, если он поклоняется правильно, усердно, искренне, но нельзя брать от него знания о религии, так как он слаб при передаче знания, плохо помнит, плохо понимает и может искажать шариатские тексты, плохо.

И затем он (да помилует его Аллах) обращается, говоря такие замечательные слова: «О, искатель знания! Если есть у тебя возможность и выбор, то не бери знание от приверженца нововведений: шиита/рафидита, хъариджита, мурджи’ита, къадарита, къубурита (почитателя могил) и прочих, ибо тебе не удастся тогда достичь тех целей, которых достигают истинные мужи — правильных религиозных убеждений, прочной связи с Аллахом, здравых воззрений, следования за преданиями (аяты, хадисы, слова сподвижников) — иначе как оставив приверженцев нововведений и их ересь».

Из слов автора можно сделать вывод, что от последователей бид’а, вообще, ничего нельзя брать(!), даже то, что не связано с его бид’а. Например, нашли мы какого-то человека из последователей бид’а, который силён в арабском языке «Баляга», или в «Нахв», или в «Съарф». Можно ли сидеть с ним и получать у него это знание? Из слов автора мы делаем вывод, что нужно оставлять его, не сидеть с ним и это правильно. Нельзя брать у него даже эти науки, потому что мы уже упоминали о вредных последствиях, если ты станешь ходить к этому человеку, это вызовет у него самообольщение, и он не откажется от своего бид’а, даже может ещё более укрепиться в нём; люди начнут обманываться этим человеком, видя, что тъуллябуль-’ильм ходят к нему получать знания. Простой человек или начинающий тъалибуль-’ильм может решить, что этот человек действительно обладатель знания, уважаемый шейх, раз люди к нему ходят получать знания, поскольку он ещё не отличает, где «Нахв», где «Съарф», где манхадж, где ‘акъида, и ты тем самым станешь причиной того, что люди собьются с пути истины.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Мы считаем, что человеку не нужно сидеть с ахлюль-ахуа вообще. Не нужно у них учиться, даже если он не находит того, кто может обучить его Нахв, Съарф, Баляга. Даже если эти знания есть только у них, пусть не сидит и не учится у них. Аллах даст ему блага, даст ему выход по милости Своей».

Вопрос: можно ли обучаться «таджуиду», чтению Корана у кого-то из последователей ереси, если мы знаем, что у него хороший таджуид, он хорошо знает правила. Шейх ибн аль-’Усаймин отвечает: «Нет, нельзя ни читать ему Коран, ни слушать его чтение, не дозволено обучаться у него. Даже если эти уроки будут не по вероубеждению, а по грамматике арабского языка или красноречию — не приближайтесь к ним! Так как (на этих уроках) подсунут они свой яд вбочку с мёдом».

Автор далее говорит (да помилует его Аллах): «Книги, посвящённые биографиям праведных предшественников из числа ахлю с-Сунна и их приверженности Сунне, полны указаний на их решимость покончить с нововведениями, отвергание ими еретиков и отдаление от них, подобно отдалению здорового человека от больного паршой. Существует множество историй и фактов, связанных с этим, разъяснение которых требует долгого времени, но мне хотелось бы указать на самое главное из того, что записано и зафиксировано по этому поводу.

Предшественники (да смилуется над ними Аллах) считали важным и необходимым пренебрежительное и презрительное отношение к приверженцам нововведений, отвергание их самих и их ереси, и предостерегали от общения с ними, обращения к ним за советом, совместных трапез с ними, считая, что очаг суннита не должен быть рядом с очагом приверженца нововведений.

Среди предшественников были такие, кто не совершал погребальную молитву за еретика и уходил прочь. Свидетельства подтверждают, что выдающийся учёный шейх Мухаммад ибн Ибрахим (умер в 1389 г. х., да смилуется над ним Аллах), — учитель шейха ‘Абдуль‑‘Азиза ибн База (да помилует его Аллах) уходил, не молясь за еретика», то есть не совершал по ним салятуль-джаназа.

Среди саляфов были те, кто запрещал совершать намаз за имами‑приверженцами нововведений, и те, кто запрещал передавать, рассказывать их ересь, потому что сердца слабы, а заблуждения, сомнения (шубухаты) хватают людей подобно крючкам.

Сахль ибн ‘Абдуллах ат-Тустари считал, что приверженец нововведений не имеет права есть мертвечину в состоянии крайней необходимости, потому что он, посредством своего бид’а, является несправедливым преступником (бáгъин), в соответствии со словами Всевышнего: «Если же кто-либо вынужден съесть запретное, не будучи преступающим (ба́гъин) …»[78] и до конца аята, а такой преступил посредством своей ереси.

Предшественники изгоняли еретиков из своих собраний, примером чего является, история об имаме Малике (да смилуется над ним Аллах) и человеке, спросившем его об образе истиуа — восхождения Аллаха на Престол. В этой истории сообщается, что, произнеся свой известный ответ, имам малик сказал еретику: Я считаю тебя не иначе как приверженцем нововведения, — после чего приказал вывести его.

Множество сообщений от предшественников указывают на их отвращение к приверженцам нововведений и отказ от общения с ними, по причине опасения их зла и недопущения распространения их ереси, а также для того, чтобы сломить их морально, лишив сил на пропаганду религиозных нововведений. Кроме того, общение последователя Сунны с приверженцем нововведений может быть воспринято начинающим искателем знания и простым человеком ‘аммий как рекомендация для них, ведь слово ’аммий произведено от слова аль-‘ама (слепота), и простой человек, как правило, находится в руках того, кто его ведёт.

Мы находим сообщения по этой теме в книгах, посвящённых терминологии хадиса, этикету получения знания, а также науке о дискредитации и признании добросовестности передатчиков».

Автор (да помилует его Аллах) самым выразительным образом, настойчиво предостерегает нас от ахлюль-бид’а, от того, чтобы общаться с ними, сидеть с ними, учиться у них. Действительно, они заслуживают этого, особенно, если последователи бид’а имеют красноречивый язык, тогда его зло (выразительная речь) ещё страшнее; особенно, если его бид’а доходит до уровня куфра (неверие), который является «бид’а мукаффара», — то есть делает человека неверующим или делает его нечестивцем (фасиком), в очень выраженной степени нечестия (фискъ). Потому что опасность таких людей велика. Особенно, если эти последователи ереси делают вид, что они из ахлю с-Сунна. Потому что у ряда последователей бид’а есть лицемерие (нифакъ), и они делают вид, что они последователи Сунны, особенно, когда ахлю с-Сунна сильные. Если он боится какого-нибудь человека из последователей Сунны, то он начинает вести себя смиренно перед ним, выказывая тем самым свою праведность и приверженность пути Корана и Сунны говоря: «Да, я тоже из ахлю с-Сунна. Нет, у меня нет ненависти к этому сподвижнику, я с вами и т. п.». А на самом деле он лжёт, и подобных людей нужно остерегаться и предостерегать от них людей.

Говорит он: «Среди саляфов были такие, которые запрещали совершать погребальный намаз (джаназа) за последователями бид’а». Если это бид’а, который доходит до уровня куфра, то погребальный намаз не совершается за такого человека, потому что пророку ﷺ Всевышний Аллах ниспослал аят, сказав: «Никогда не совершай молитву над тем, кто умер из них, и не возноси мольбу над могилой его, ибо поистине, они не уверовали в Аллаха и в посланника Его и умерли, будучи нечестивцами!»[79] Имам Абу Бакр ибн аль-‘Араби говорил: «Это прямой текст, запрещающий совершать молитву джаназа над неверными!»[80]

Шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах) говорит: «Да, саляфы считали, что не нужно совершать по нему погребальный намаз». Если его бид’а доходит до уровня неверия (куфра), выводящего из Ислама, такие как, например, мольба (дуа) не к Аллаху, испрашивание у мёртвых, обход вокруг могил, жертвоприношение не ради Аллаха и др. Но, если бид’а не доходит до уровня куфра, то нужно смотреть на пользу и вред, то есть, к каким последствиям может привести.

Если ахлю с-Сунна ва ль-джама’а имеют силу в этой местности, а ахлюль-бид’а в зачатке, то есть их бид’а только начинает развиваеться. То, если ахлю с-Сунна будут оставлять погребальный намаз за таким человеком, тогда это лучше. Потому что это возможно остановит их бид’а с позволения Аллаха, послужит предостережением. Особенно это касается людей влияния. Потому что пророк ﷺ, например, не совершал погребальный намаз за самоубийцу, за должника, или за человека, который до распределения военных трофеев присвоил себе что-то. Если, человек, имеющий влияние в обществе оставит совершение намаза за теми, кто вносит в религию Аллаха новшества, то это может послужить острасткой для тех, кто обольстился разными нововведениями, это побудит их вернуться на путь истины и достоверных знаний об Исламе. Это не значит, что вообще не совершается за них погребальный намаз. Совершается, поскольку кто-то должен совершать погребальный намаз за него, но если люди влияния будут оставлять, то это будет способствовать искоренению бид’а в обществе.

Он упоминает шейха Мухаммада Ибрахима али-Шейха (да помилует его Аллах) — муфтия Саудовской Аравии до шейха ибн База. В своё время он был в этом вопросе очень строгим. Так, что он уходил и не молился, если погребальный намаз совершался за какого-то еретика.

Сюда относится также вопрос совершения намаза за еретиком, то есть если он имам. Человек, тем более должен остерегаться этого, но здесь мы должны смотреть, что бид’а бывает двух видов: «бид’а мукаффара», которое доходит до уровня куфра и бид’а, которое не доходит до уровня куфра. Если это доходящее до уровня куфра бид’а, тогда не нужно совершать намаз за таким человеком. Конечно, если только такая ситуация, когда человек вынужден, но в общем намаз за таким человеком не совершается, потому что его самого намаз под вопросом, как за ним совершать намаз, если его бид’а — это большой куфр.

Если его бид’а меньше большого куфра, намаз, совершённый за ним будет действительным, поэтому у шейха ибн База есть фатва о намазах за аш’аритами, матуридитами и т. д. Да, намаз за ними будет действительный, но совершать или нет? Нужно посмотреть, если в этой местности есть имам с правильными религиозными убеждениями, соблюдающий Сунну пророка ﷺ, то лучше совершать намаз за ним. Если нет такой возможности, то тогда не стоит отказываться от намаза в джама’ате (салятуль-джама’а), также от обязательных джум’а намазов, так как польза сохранения намаза в джама’ате велика и на это пришло множество хадисов от пророка ﷺ.

Дальше, то, что передано от ибн ‘Абдуллаха ат-Тустари. Он говорил, что заблудший еретик не имеет право есть мертвечину, когда он находится в состоянии вынужденности. Если верующий человек, мусульманин, который оказался в состоянии вынужденности (дарура), когда нечего есть и может умереть от голода, тогда ему дозволено съесть мертвечину, но ровно столько, чтобы не умереть. Так вот он говорит, что нововведенец не имеет право есть мертвечину в такой ситуации, и доводом на это являются слова Аллаха в Коране: «Если же кто-либо вынужден пойти на это, не домогаясь запретного (ба́гъин) [тот, который целеустремлённо, сознательно совершает какую-то несправедливость], не проявляя ослушания и не преступая пределы запретного, то нет на нём греха. Воистину, Аллах Прощающий, Милующий»[81]. Он говорит: «Бид’атчик совершает несправедливость, проявляет ослушание Всевышнего Аллаха и преступает пределы запретного — он «ба́гъин», он покушается на религию Аллаха и поэтому ему не дозволено есть в вынужденном состоянии».

Если нововведение (бид’а), которое доходит до неверия (куфра), в таком случае ему нельзя есть не только в вынужденном состоянии, но и обычную пищу в том смысле, что в Судный день Аллах с него спросит за ту пищу, за ту милость, которую он употреблял, будучи неверующим ослушником.

Не будет упрёка за блага, дарованные Всевышнем Создателем только верующим, потому что Аллах говорит: «Кто запретил украшения, которые Аллах даровал Своим рабам, и прекрасный удел?» Скажи: «Они для тех, которые уверовали в этой жизни, без упрёка за это в вечной жизни»[82]. То есть верующим разрешены блага в этом мире и им не будет упрёка в вечной жизни, а неверующий будет спрошен и наказан за пищу и за остальные блага, которыми пользовался в этом мире. Поэтому, если религиозное новшество человека такое, что доходит до степени неверия, то для него не только мертвечина запретна, но и всеми остальными благами он пользуется незаконно.

Но то, на что ссылается здесь ат-Тустари (ба́гъин посягает на религию Аллаха), шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Такое понимание аята под вопросом, потому что под понятием ба́гъин в аяте имеется в виду, что, не посягая на запрет с желанием и стремлением», то есть он это делает только потому, что вынужден, а не потому, что он этого хочет.

Дальше он говорит: «Изгнание из собраний ахлюль-бид’а, так делали саляфы». Да, их изгоняли из собраний. Имам Малик изгонял из мечети еретиков, означает ли это, что и мы можем изгонять их из мечети? В этом вопросе некоторые ссылаются на имама Малика (да помилует его Аллах), и считают, что так можно делать однозначно. Конечно же такое убеждение не верно, так как нужно отталкиваться от многих вещей. Этот вопрос связан с вредом и пользой:

во-первых, люди, которые впали в заблуждение, бывают разного типа. Бывает призывающий к бид’а и тот, который попался на удочку заблудших;

во-вторых, ахлю с-Сунна в какой-то местности бывают сильны, которые могут выгнать кого-то и это послужит на пользу (люди отвратятся от их заблуждения). А бывают слабы, и могут подвергнуться агрессии, и это приведёт ещё к большей слабости.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Учитель/шейх имеет право выгнать из своего собрания и за меньший проступок, чем бид’а. Если он видит, что кто-то из учеников портит процесс обучения», если своим поведением мешает учиться другим или как-то посягает на шейха, преступает границы, не проявляет уважения к шейху, или выказывает какое-то пренебрежение к нему. Учитель имеет право выгнать его со своего урока, потому что такой человек в данном случае считается «муфсид», — тот, который портит, вносит какую-то порчу.

Имам Малик выгнал человека, который спросил про «аль-истиуа», а именно он спросил: «Как Аллах совершил возвышение (истиуа)?». Имам Малик ответил: «Что такое возвышение (истиуа) — ясно [т. е. в языке], а каким образом — это неизвестно, а вопрос об этом новшество. Аллах знает образ этого, верить в это — обязательно, а спрашивать про это — ересь»[83].

Аллах сообщил нам, что он совершил возвышение (истиуа) над престолом, но не сообщил нам как. Если нам не сообщено, если мы этого никогда не видели, как мы можем знать образ этого? Например, если какой-то человек скажет тебе, что он построил дом. Ты даже не сможешь представить сколько там комнат, сколько этажей, как выглядит этот дом, пока тот, кто построил его не сообщит тебе, не расскажет, не объяснит. Пока этот человек не даст тебе описания этого дома, ты ничего не будешь о нём знать. И также атрибуты Аллаха. Он не разъяснил, не сообщил и не описал их нам по Своей Мудрости. Аллах сказал, что совершил восшествие на престол (истиуа). Смысл возвышения мы понимаем, но, «как», этого мы знать не можем, и поэтому должны воздержаться от вопросов «а как?», так как знание об этом только у Всевышнего Господа.

И когда у имама Малика (да смилуется над ним Аллах) спросили об этом, он дал ему свой известный ответ, после чего сказал: «Я считаю тебя не иначе как еретиком», и приказал вывести его из собрания (маджлиса), из мечети.

Затем автор (да помилует его Аллах) указал на четыре вещи, отвечающие на вопрос: «почему сообщения от предшественников указывают на то, что нужно отвращаться от приверженцев нововведений, отказываться от общения с ними»:

  • опасение зла в отношении самого себя, что они окажут влияние на сердце. Потому что их сомнения (шубухаты) небезопасны, и их заблуждения захватывают человека как крючья;
  • не допустить распространения их ереси, чтобы спасти как можно больше людей от их заблуждения;
  • если предостерегать от них, то разумные люди задумаются и перестанут общаться с ними, слушать их, будут их игнорировать и бойкотировать, и это подорвёт их моральные силы, и у них не будет уже такой силы для пропаганды своих заблудших идей;
  • начинающий искатель знания или «аль-‘амми» могут обмануться, если увидят, что какой-то тъалибуль-‘ильм ходит к ним, прислушивается, могут посчитать, что раз он ходит к ним сидит с ними, значит одобряет (будет выглядеть как похвала в их адрес). И он говорит: «“аль-‘амми — происходит от аль-‘ама” (“слепота”)».

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Mне видится, что ’амми от слова ’умум (общая масса)». Но в любом случае «аль-‘амми» — простой человек, джахль (невежественный), а невежество — это слепота. Раз этот человек слепой, то тогда конечно он находится в руках своего поводыря и когда ты ходишь к ахлюль-бид’а, сидишь с ними и получаешь от них знания, ты как будто поводырь, который направил слепого в не том направлении.

Он говорит: «Мы находим сообщения по этой теме в книгах, посвящённых терминологии хадиса, этикету получения знания и в других».

Говорит он далее (да помилует его Аллах): «O, искатель (знания)! Будь последователем предшественников (саляфи), неукоснительно придерживаясь этого ясного, широкого пути, и берегись, чтобы приверженцы нововведений не искусили и не совратили тебя с него, ибо они разработали специальные пути для охоты за последователями и привлечения их в свои ряды обманными способами, прокладывая эти пути при помощи речей, подслащённых мёдом — но только слово мёд читать наоборот (арабское слово ’асаль при прочтении его наоборот превращается в ляса’, что означает яд из жала); при помощи пролития слёз», плачут, показывая, что они такие богобоязненные, праведные и этими своими слёзами обманывают людей; облачаясь в такие одежды, что человек, посмотрев на них, может подумать, что это самый богобоязненный праведник.

Обольщают фантастическими рассказами, удивляют чудесами (карамат), то есть рассказывают про какие-то удивительные чудеса, которые даруются им и тем, за кем они следуют, чтобы люди думали, что они святые, удивлялись бы, восхищались и это склоняло бы к признанию правильности их пути.

Далее говорит он: «Можно видеть, как им облизывают руки, целуют их плечи и т. д., но нет за этим ничего, кроме страсти нововведения и тумана смуты, которую они хотят посеять в сердцах людей, чтобы сделать их одним из них. Клянусь Аллахом, слепые не годятся для того, чтобы вести и направлять других слепых! Что касается взятия знаний у учёных Сунны, то облизывай этот мёд и не переживай, и да поможет тебе Аллах следовать правильной дорогой, дабы ты смог напиться из чистого источника пророческого наследия. В противном случае, пусть тот, кто плачет, плачет о своей религии!», то есть в противном случае, потеряешь свою религию, если не будешь брать её у учёных Сунны. Кто собирается плакать, пусть в первую очередь плачет о своей религии, потому что это самая главная вещь, о которой нужно беспокоиться.

Слова шейха предостерегают нас, указывают на то, что ахлюль-бид’а очень хотят взять искателей знания и отдалить их от пути праведных предшественников. Поэтому находишь у них разные методы, всякие красивые слова, подслащённые мёдом, а на самом деле это ядовитые речи, лживые слёзы, выдуманные рассказы и т. д. Остерегайся их!

Дальше он говорит (да помилует его Аллах): «То, что я упомянул, касается положения, когда у тебя есть возможности и свобода выбора», то есть ты можешь выбрать у кого учиться, а у кого нет; «если же ты получаешь общее образование», то есть государственное образование, «и у тебя нет выбора», — кого назначили учителем, тот и будет; «то будь осторожен в отношении последователя нововведений, проси у Аллаха защиты от его зла и будь бдителен в отношении его происков, поступая по принципу собери плоды, а дрова выброси в огонь, и не пасуй», — не проявляй малодушие; «бросая учёбу, ибо я боюсь, что это будет чем-то вроде побега с поля боя. От тебя требуется лишь удостовериться в том, кто этот человек», необходимо тебе удостовериться в том, что у этого человека взгляды еретика; «и затем остерегаться его зла и раскрыть его сущность».

Автор говорит о втором виде обучения, когда у тебя есть выбор и ты сам выбираешь к какому шейху пойти и тут применяешь все те принципы предостережения, о которых мы говорили ранее. А если это общее образование, когда, например, человек находится в мусульманской стране, он идёт в школу или поступает в университет, и ему приходится учиться у того, кто является преподавателем там. В таком случае нужно избирательно подходить к информации, которую ты слышишь от учителя, необходимо избирательно подходить к информации, сравнивать то, что он говорит со словами учёных ахлю с-Сунна ва ль-джама’а, взвешивать его слова на весах Шариата и быть бдительным к его проискам.

И говорит автор далее: «Это не значит, что ты должен бросить учёбу, потому что это будет похоже на отступление с поля боя».

Действительно, люди сталкиваются с такой ситуацией. Человек поступает в какой-то университет или учится в школе, и у него нет выбора, ему приходится учится у такого учителя. Что делать, если вынуждено учишься в государственном заведении, а преподаватель, например арабского языка или другого предмета последователь заблудших идей. Что делать, если ты вынужден учится у этого преподавателя? Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Возьми, что у него есть из хорошего, и оставь то, что у него есть из плохого».

И дальше говорит шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах): «Если этот учитель произносит какие-то вещи, которые противоречат правильному религиозному убеждению, тогда нужно вступить с этим учителем в обсуждение, нужно ему возразить, но в том случае, если у тебя есть силы, способности и знания, достаточные для этого. А если у тебя нет достаточного знания, в таком случае, остерегайся того, чтобы вступать с ним в дискуссию», потому что не обладающий достаточным знанием не сможет выпутаться из этой дискуссии, не сможет привести достаточных доводов и вред от этого получит не только он сам, но также вред будет нанесён тем убеждениям, которые он попытается защитить. Если не сможет привести убедительных доводов, потерпит поражение перед всеми и тем самым нанесёт вред истине, — поневоле окажется помощником лжи.

Но если у обучающегося есть знания, способность возражать, дискутировать, чтобы разъяснить несостоятельность его слов, тогда нужно опровергнуть неправильные слова преподавателя, вводящие в заблуждение. Сделав это, возможно Аллах даст облегчение, даст содействие (тауфик), и это будет пользой для всех. Во-первых, для тех людей, которые присутствуют там, — они узнают, что это неправильно. Во-вторых, для него самого это будет пользой, — через него Аллах наставит на правильный путь присутствующих и возможно этого учителя. В-третьих, польза для преподавателя, — возможно он не знал истину, а Аллах исправит его, и он откажется от своего неправильного убеждения, встанет на прямой путь.

Некоторые люди спрашивают: «Можно ли придерживаться того же правила в отношении тех учеников, которые испытаны тем, что учатся в каком-то учебном заведении, где есть смешение полов (ихтилят)?». Шейх отвечает: «В этом вопросе нужно сделать оговорку, нужно уточнение. Во-первых, если действительно у человека есть нужда в этом, и он не может найти других школ, в которых не было бы смешения полов, то это уже становится вынужденностью. В таком случае ученику или студенту нужно быть предельно осторожным и внимательным, а именно отдаляться от женщин: отдаляться от того, чтобы сидеть с женщинами, не разговаривать с женщинами по мере возможности, стараться не смотреть на них; отдаляться от фитны насколько возможно», то есть делать всё, чтобы отдалиться от фитны, в полную меру. Если может найти такие школы или учебные заведения, где нет смешения полов, значит нужно обучаться в них. Может быть нет таких, где нет полного разделения полов, но хотя бы частичное разделение, а именно, когда мужчины сидят с одной стороны, а женщины с другой. Бойтесь Аллаха по мере своих сил или скажем более правильный перевод этого не «по мере своих сил», а «в полной мере своих сил». На сколько можете бойтесь Аллаха в этом вопросе.

Дальше он говорит: «Приведём один занимательный пример. Абу ‘Абдуррахман аль-Мукъри (да смилуется над ним Аллах) передал хадис от мурджи’ита, и когда его спросили, почему он делает это, он ответил: Я продаю вам мясо с костями”. Он передал хадис, не допустив какой-либо неясности или обмана, чётко разъяснив, что человек, от которого он его передал, является мурджи’итом», — это как пример того, что было сказано ранее, по поводу того, что человек вынужден. И он привёл это в подтверждение от Абу ‘Абдуррахмана аль-Мукъри (да смилуется над ним Аллах), что он был вынужден передать этот хадис от человека, у которого было заблуждение в ‘акъиде (ирджа). Его спросили: «Почему ты передал этот хадис от мурджи’ита?», он сказал: «Продаю вам мясо с костями», то есть вы возьмите мясо, но я вас предупредил, что в нём есть и кость, — без неясностей и обмана.

Если существует такая нужда, чтобы передать хадис от человека, у которого есть нововведения в религии, то должны соблюдаться условия:

  • обязательно нужно разъяснить, кто этот человек, чтобы не было никакой неясности;
  • чтобы его заблуждение не доходило до степени неверия. Если это так, тогда никаких хадисов от таких людей не передаётся однозначно.
  • некоторые ‘уляма ставят условием, чтобы это не был человек, который призывает к своему заблуждению. То есть может быть у него есть заблуждения в убеждении, но он не призывает к этому других, тогда можно передавать от такого (третья оговорка некоторых учёных).
  • В своей основе от них не передаётся ничего, но в вынужденной ситуации, при соблюдении условий можно.

Автор далее говорит (да помилует его Аллах): «Написанное мною здесь относится к основным принципам твоего вероубеждения — вероубеждения ахлю с-Сунна ва ль-Джама’а. Здесь уместно привести слова шейха аль-Ислама Абу ‘Усмана ‘Исмаиля ибн ‘Абдуррахмана ас-СъАбуни (умер в 449 г. х. (да смилуется над ним Аллах)), сказанные им в Аль-‘акъида ас-Саляфи: Они (ахлю с-Сунна) ненавидят последователей нововведений, которые вводят в религию то, что к ней не относится, не питают к ним любви, не водят с ними дружбу, не слушают их речей, не общаются и не сидят в их кампании, не вступают с ними в споры и прения относительно религиозных вопросов, считая, что нужно оберегать слух от их россказней, которые (их ересь) если входят в уши и закрепляются в сердце, наносят ему вред и влекут в него за собой всевозможные наущения и порочные мысли. Именно об этом Всемогущий Аллах сказал в Коране: «Когда ты видишь тех, которые разглагольствуют о наших знамениях, отвернись от них, пока они не увлекутся другим разговором»»[84].

Это слова ас-Съабуни (да помилует его Аллах). Конечно, они нуждаются в некоторых уточнениях. Он говорит: «Ахлю с-Сунна ненавидят ахлюль‑бид’а. Тех, которые вводят в религию то, что не относится к религии». Вне всякого сомнения, это является обязанностью каждого мусульманина, ненавидеть тех людей, которые вводят в религию Аллаха то, что к ней не относится. Но здесь опять нужно провести разницу между двумя положениями: бид’а, которое доходит до уровня куфра и бид’а, которое не доходит до уровня куфра.

Если его бид’а доходит до уровня куфра, то, конечно, раз человек неверующий, то никакой любви не должно быть, только ненависть. А если его бид’а не доходит до уровня куфра, то тогда правильно, что нужно ненавидеть, но неполная ненависть. С одной стороны, ненавидишь как еретика, приверженца нововведений, но любишь с другой стороны, любишь за тот иман, который есть, любишь за тот Ислам, который у него есть. Но, что касается самого бид’а, то его ненавидишь однозначно, полностью.

Дальше сказано: «Они с ними не общаются, не сидят в их компании…». Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Да, это основа. С ними не общаешься, не имеешь с ними каких-то отношений, если только (ты с ним ходишь или общаешься) нет какой-то цели»; то есть ты сам стойкий в религии Аллаха по милости Аллаха, крепок в убеждении, крепок в знании, а этот человек не из тех, ярых приверженцев, которые призывают к своим заблудшим убеждениям, опасные для тебя, и ты с ним общаешься для того, чтобы привлечь его сердце, чтобы призвать его, в таком случае можно, потому что цель иная — призвать и донести до него истину от Аллаха на основе знаний. Но, если общаешься, призываешь, но видишь, что безуспешно, отчаиваешься, что этот человек исправится, тогда следует оставить его, потому что уже он может представлять опасность для твоей религии, для твоих убеждений, для твоего сердца, — частое времяпровождение с ним может пагубно влиять на тебя.

Дальше его слова: «Они не слушают их речей, не дискутируют с ними, не ведут с ними прения по вопросам религии». Все эти принципы безусловно правильны, но они нуждаются в некоторых уточнениях.

Например, сказано: «не слушают их речей», да, не слушают их речей, потому что это опасно, так как сердце человека слабое. Как мы знаем, праведные предшественники (сподвижники, таби’ины, учёные) боялись нахождения рядом с еретиками несмотря на то, что были имамами в религии. Они боялись слушать их, потому что сердца могут склониться в сторону их приукрашенных заблудших идей, в сердце могут осесть разные сомнения, ложные взгляды. Но бывают ситуации, когда в этом есть необходимость, польза. Например, человек прочен в знании и хочет услышать, что говорит тот заблудший, чтобы опровергнуть его, донести истину.

Если он не будет знать, что тот говорит или пишет, то как он сможет опровергнуть его? Прежде чем судить о какой-то вещи, ты должен иметь представление о ней. Иногда приходится защищать религию Аллаха от еретических воззрений и их распространения, тогда, чтобы оградить её от ереси заблудших, необходимо делать опровержение на их идеи, на их высказывания, и тогда нужно послушать и прочитать, что они говорят.

Дальше шейх ибн аль-’Усаймин говорит одну вещь, которая полезна для людей, которые прочны в знании, в ‘акъиде, и они хотят опровергнуть или, может быть, им приходится вступить в дискуссию с кем-то из ахлю-ль-бид’а. «Если ты что-то говоришь о них, приписывая им какие-то слова, то не бери их источников, в которых ты не уверен», возможно, что какие-то их оппоненты, упоминают о них что-либо, а в действительности они этого не говорят.

Ахлю с-Сунна ва ль джама’а объективны несмотря на то, что ненавидят ахлюль-бид’а, но они не могут приписать людям то, чего они не говорят. Посему, если брать информацию о них из каких-то источников, где сказано об их заблуждениях, где есть какое-то порочение их, то нужно смотреть, чтобы этот источник был надёжным (убедиться, что у них там действительно это сказано): должны быть их книги или ссылки на какой-то их сайт, или цитирование надёжного передатчика.

Иногда некоторые люди делают вывод на основе таких высказываний, которые они где-то прочли, не возвращаясь к первоисточнику, а когда действительно возникает дискуссия, он говорит этому еретику: «Вот, вы говорите так-то и так-то. В ваших книгах сказано так-то», он отвечает: «Нет, мы так не говорим, покажите, где мы так говорим?». И тогда происходит поражение, и, если при этом разговор происходит среди людей, они начинают думать, что он просто болтун и лжец, и склоняются на сторону этого еретика. Поэтому нужно быть очень осторожным, если действительно что-то им приписывать, то максимально необходимо быть убеждённым, что они действительно так говорят.

Потом сказано: «и не вступай с ними в дискуссии и прения», тоже не однозначный вопрос. Аллах порицает прения, споры, но, с другой стороны, Аллах говорит в Коране: «Ведите спор с людьми писания только наилучшим образом [приводя доводы из Книги Аллаха, хорошим нравом и благой речью]»[85]. Всевышний Господь повелел оспаривать истину самым благопристойным образом, проявляя высокие нравственные качества и доброту к собеседнику. Обладающий знанием должен преподносить истину в самом прекрасном виде и изобличать ложь самыми эффективными способами.

Призываемые бывают разные. Бывают такие, которых ты призываешь, и, действительно, с ними приходится дискутировать, они не проявляют упрямства и хотят понять, так как имеют неясности в убеждении. Они приводят свои аргументы, то, что знают, а ты приводишь им доводы — контраргументы, и тогда они принимают и отказываются от своих мнений. В данном случае дискуссия нужна. Необходимо привести доводы из Корана и Сунны (хадисы от пророка ﷺ), из слов предшественников, обязательно при этом вести себя красиво, достойно, подобающим образом. И такая дискуссия может принести пользу с дозволения Аллаха.

Но автор предостерегает от такой вещи, как «аль-мира́» — дискуссия, которая бесполезна, целью которой не является (понять и принять истину), где оппонент не хочет ничего принимать и у него нет цели разобраться, узнать истину, он просто хочет спорить, в таком случае не нужно вступать с ним в обсуждения:

во-первых, чтобы не унижать Сунну, опускаясь до его уровня, сидеть с ним, придавать ему значение, чтобы люди потом сказали: «Раз с ними сидят — значит, они имеют какой-то вес, они важные»;

во-вторых, — это опасно, потому что ты можешь заразиться этими сомнениями (шубухатами);

в-третьих, нет смысла терять время, если он не собирается принимать доводы. Если человек просто пришёл поспорить, победить тебя в споре, опозорить тебя;

в-четвёртых, — это присутствующие. Может быть, твои слова верны, и ты приводишь убедительные доводы, но откуда тебе знать, чьи слова покажутся присутствующим более убедительными, твои или твоего оппонента. Возможно, его слова покажутся им более убедительными, и они склонятся к нему.

Подведя итог всего сказанного, сделаем вывод, что, вступать в дискуссии, опровергать, вести спор с приверженцами религиозных нововведений нужно тогда, когда в этом будет польза и мудрость в первую очередь для чистой религии Аллаха, чтобы отделить истину от лжи.

Известно, что ситуации бывают разные, иногда бывает оппонент упрямый, и основой является то, что мы с ним не дискутируем, а говорим: «Да это просто глупец», и не опускаемся до его уровня. Но иногда так, что отказ от этой дискуссии будет означать побег с поля боя, и тогда приходится брать оружие аргументов и опровергать, потому что иначе люди подумают, что ты просто испугался и у тебя нет доказательств на твои убеждения, и это будет означать поражение для истины, которую ты представляешь.

Шейх ибн аль-’Усаймин приводит в качестве примера историю Абу Суфьяна, после битвы при Ухуде. Он стал обращаться к мусульманам говоря: «Есть среди вас Мухаммад? А ибн Абу Къухафа (Абу Бакр)? А ибн аль-Хъаттъаб есть?» Пророк ﷺ говорил им: «Не отвечайте», — это был отказ от дискуссий, от пререканий. В данном случае не надо было отвечать — и это было унижением для Абу Суфьяна, — это было выказыванием пренебрежения, мудрость. Но, когда Абу Суфьян сказал: «Да возвысится Хубаль (божество, которому они поклонялись наряду с Аллахом)» и стал гордиться этим своим идолом, своим многобожием (ширком), стал объявлять о победе для их религии, для их божеств, тогда пророк ﷺ сказал: «Ответьте ему», здесь нужно было отвечать для защиты истины.

Они (сподвижники) спросили: «Что нам ему ответить?», говорите: «Аллах, Он выше и величественнее!», то есть, если даже вы думаете, что ваш идол возвысился сегодня, то Аллах выше и величественнее. Абу Суфьян сказал: «Этот день, за день Бадра», то есть тогда вы нам нанесли поражение, сейчас мы вам. Тогда победили вы, а теперь победили мы. Что ответили мусульмане? Сказали: «Нет, не одинаково», то есть день «Бадра» и день «Ухуда» — не в одинаковом мы положении. «Наши погибшие в Раю, а ваши погибшие в Аду».

Дальше он говорит: «Саляфы считали, что нужно защищать свой слух от того, чтобы слушать какие-то россказни нововведенцев, которые, если попадают в уши и закрепляются в сердцах, то они наносят вред религиозному убеждению». Действительно, когда к саляфам подходили ахлюль-бид’а и начинали им рассказывать хадисы, и даже если пытались прочитать им аяты из Корана, они закрывали уши. Потому что, вероятно, что они могут добавить в хадисы и аяты какую-то ложь, и именно эта ложь осядет в сердце, и станет звать, тащить всякие сомнения, порочные наущения, мысли, и это может стать убеждением.

Мусульманин должен бояться за себя, слушать речи последователей заблуждений, читать их книги, особенно, если этот мусульманин слабый в знании об Исламе, если он недавно принял Ислам или он в начале поиска знаний. Необходимо отдаляться от тех, кто вносит в религию Аллаха новшества, кто не говорит на основании достоверных хадисов и аятов из Корана в понимании сподвижников так, как до нас доносят учёные, которые стоят на страже религии Аллаха и очищают её от всякой ереси, которую пытаются внести в неё враги Аллаха, враги Его религии (Ислам).

Но, (1) если у него есть твёрдая убеждённость (якъин), (2) если у него есть сила, (3) если у него есть стойкость (прочен в шариатском знании), (4) если есть польза, которую мы упоминали ранее, в том, чтобы послушать, что говорит ахлюль-бид’а, в таком случае может послушать, а иначе — слушать нельзя.

Говорит нам Аллах в Коране: «Если ты видишь тех, которые разглагольствуют о наших знамениях, тогда отвернись от них, пока не погрузятся в другую беседу»[86], но если есть польза и тебе нужно узнать, что они говорят, чтобы потом опровергнуть их ложь, то в таком случае это не относится к этому аяту.

Дальше автор (да помилует его Аллах) приводит некоторые сообщения, которые указывают на то, как предшественники, имамы ахлю с-Сунна отдалялись от ахлюль-бид’а, предостерегали от них, как они бойкотировали (хаджр) их, игнорировали — это из Сунны, из основ ‘акъиды ахлю с-Сунна ва ль-джама’а.

«От Суляймана ибн Ясара передано сообщение о том, что некий человек по имени Сабиг прибыл в Медину и стал задавать вопросы о неясных аятах Корана». В Коране есть аяты муташабихат, смысл которых ясен обладающим знанием, но может быть неясен простым людям, у которых нет знания. «’Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) приказал привести его к себе, приготовив для него пальмовые ветки. Когда Сабига доставили, ‘Умар спросил его: Кто ты?. Я раб Аллаха Сабиг, ответил тот. Тогда ‘Умар взял одну из пальмовых веток и стал бить его до тех пор, пока его голова не стала кровоточить, после чего оставил его на время, пока он не пришёл в себя; затем повторил наказание, и опять оставил его на время. Потом вновь вызвал его, повторить наказание, но Сабиг, когда его привели в третий раз, воскликнул: Если ты хочешь меня убить, то сделай это наилучшим образом!. В других версиях (риваятах) сказано: О, повелитель правоверных, если ты хочешь меня убить, то убей наилучшим образом! А если хочешь, чтобы я понял, то я уже всё понял. Тогда ‘Умар позволил ему уехать в свои края, написав Абу Мусе аль-‘Ашари (да будет доволен им Аллах), находившемуся в Йемене наместником: Пусть не общается с ним никто из мусульман!»[87]. Ради этого слова «хаджр» («бойкотирование») автор привёл это сообщение, чтобы передать нам, как саляфы бойкотировали и отказывались от общения с еретиками, которые пытались искажать религию Аллаха из-за опасности их сомнений (шубухатов), которые они могли посеять в сердца людей.

Это сообщение указывает на то, как и насколько он (‘Умар ибн аль-Хаттаб) был серьёзен и строг в этих вопросах в отношении людей, которые приводят какие-то неясные аяты из Корана и сеют сомнения в сердца людей. Потому что такие люди поднимают сомнительные темы, чтобы сеять сомнения в сердца людей. В Коране существуют ясные (мухкамат) и неясные (муташабихат) аяты, к ясным относятся те аяты, которые понятны каждому, кто хорошо владеет арабским языком, а к неясным относятся неочевидные по смыслу аяты, содержащие в себе выражения и предписания, имеющие неоднозначный смысл или скрытый, которые нуждаются в толковании. Аллах говорит в Коране: «Он — Тот, Кто ниспослал тебе Писание, в котором есть ясно изложенные аяты, состовляющие мать Писания, а также другие аяты, являющиеся иносказательными. Те, чьи сердца уклоняются в сторону, следуют за иносказательными аятами, желая посеять смуту и добиться толкования, хотя толкования этого не знает никто, кроме Аллаха. А обладающие основательными знаниями говорят: «Мы уверовали в него (в Коран). Всё это — от нашего Господа»[88].

Но также надо отметить, что большинство аятов в Коране несут ясный, понятный смысл, и не вызывают никаких сомнений, иначе Коран нельзя было бы назвать разъяснённым, верным руководством, как говорит Аллах в Коране: «Это Писание, в котором нет сомнения, является верным руководством для богобоязненных»[89].

К ибн ‘Аббасу (да будет доволен им Аллах) пришёл один человек и говорит: «У меня есть сомнение, по поводу слов Аллах, где Он говорит:Не скроют, и Аллах говорит, что, они скажут: Клянёмся Аллахом Господом нашим, мы не были многобожниками (мушриками)». Ибн ‘Аббас (да будет доволен им Аллах) ответил ему: «Сначала они так скажут, когда увидят, что для единобожников есть прощение, Рай; что Аллах прощает все грехи, но не прощает многобожие (ширк). Тогда они тоже захотят этого, они скажут: Клянёмся Аллахом Господом нашим, мы не были мушриками (мы не совершали ширк). Тогда Аллах заставит их уста замолчать (наложит печать) и начнут свидетельствовать (говорить) их руки, ноги и другие органы. И Аллах говорит: «Они не смогут скрыть от Аллаха никаких речей»»[90].

Как бы то ни было, эти люди, любители неясного (муташабих), приводят такие аяты, которые как им кажется противоречат друг к другу, и начинают сеять сомнения. И вне всякого сомнения, тот человек, который так делает, он стремится посеять порчу на земле, стремится посеять сомнения в сердцах людей — и это большое зло. И с таким человеком поступить так, как поступил ‘Умар ибн аль-Хаттаб — это действительно правильно, они заслуживают этого, чтобы правитель поступил с ними так.

Некоторые люди приводят какие-то неясности, задают сомнительные вопросы не потому, что они стремятся сеять сомнения, создавать смуту, но им может быть действительно что-то не понятно. И они, боясь Аллаха и прося Его разъяснить, показать им истину, спрашивают у кого-то из обладателей знания. Таких людей, конечно, нельзя порицать, они сюда не относятся.

Но есть такие люди, которые выискивают именно неясность, чтобы ввести в сомнения людей, заблудить их и посеять порчу, это является их целью, люди, которые не могут совмещать религиозные тексты друг с другом. Такие люди всё время выискивает сомнительное, и всё время говорят о них, и сеют сомнения.

Мусульманин не должен выбирать себе этот путь. Необходимо строить своё понимание на ясных сообщениях. Не следует выискивать, идти за неясными религиозными сообщениями, в противном случае есть большая вероятность, что можно оступиться и заблудиться.

По поводу Сабигъа. Он вернулся к себе и не общались с ним мусульмане, остерегаясь его фитны по приказу ‘Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах). Когда ‘Умар умер, к Сабигъу пришли люди и сообщили ему о смерти ‘Умара, затем сказали ему, что он может теперь продолжать свои призывы, и тогда он сказал свои знаменитые слова: «Нет, мне принесло пользу увещевание, которое я получил от праведного раба».

Ан-Науауи (да смилуется над ним Аллах), в книге «аль-Азкар» написал: «Глава об отречении от приверженцев нововведений и грехов». Автор приводит это для того, чтобы имамы говорили об отречении от ахлюль‑бид’а. После чего привёл хадис от Абу Мусы, (да будет доволен им Аллах), где говорится: «Посланник Аллаха отрёкся от вопящей, сбривающей волосы и рвущей ворот», когда кто-то умирает, некоторые женщины вопят, сбривают волосы на голове, разрывают на себе одежду в знак траура (в некоторых народах до сих пор распространены такие обычаи). И то, что они делают — это нововведение, заблуждение. От этого всего пророк ﷺ отрёкся, потому что эти действия содержат в себе недовольство предопределением Аллаха.

Здесь сказано про женщин, которые совершают все эти запрещённые действия, которые запретил Аллах, но на мужчин это также распространяется, просто чаще всего этому подвержены женщины, мужчины более выносливее.

От ибн ‘Умара передано, что он отрёкся от къадаритов (ахлюль-бид’а). Этот хадис приводится у Муслима. Когда пришли к нему и сказали, что в Басре появились такие люди, которые говорят, что дела не происходят согласно предопределению Аллаха, согласно знанию Аллаха. Ибн ‘Умар сказал: «Сообщи, что я отрекаюсь от них, а они не имеют ко мне никакого отношения». Потому что они отвергают предопределение Аллаха. Таких людей называют къадаритами.

Название «къадария» — это отнесение к противоположному. Можно подумать, как будто къадариты верят в предопределение (къадар), но, они наоборот отрицают къадар, и из-за этого их называют къадариты, то есть это обратное название. Это название от отрицания, а не от подтверждения.

Къадаритов называют также зороастрийцы (дуалисты, маджусы) этой уммы и есть хадисы по этому поводу. Например, хадис от ибн ‘Умара, что пророк ﷺ сказал: «Къадариты — это зороастрийцы этой уммы. Если они заболеют, то не посещайте их. Если умрут, то не участвуйте в их похоронах». За почитание огня зороастрийцев также называли огнепоклонники.

Другой хадис от Хузайфа у имама Ахмада (да помилует его Аллах): «У каждой уммы есть свои маджусы». Дуалисты — это те, которые говорят: «Нет предопределения». Они названы маджусами, потому что, они те, кто говорят, что есть два господа: господь света и господь тьмы. Господь света — это тот, кто творит добро, а Господь тьмы, который творит зло.

Къадариты же говорят, что есть два типа событий, такие события как: дождь, облака, ветер — это творит Аллах, и есть такие события как деяния людей, здесь Аллах не творец, а творят сами люди. Некоторые из них даже говорят, что Аллах не знал, что человек будет делать, а некоторые говорят: «Нет, знает, но всё равно здесь никакого отношения к воле Аллаха нет». Имеют ввиду, что человек абсолютно самостоятельный и не находится под волей Аллаха, его воля, и творец своих действий — он сам. То есть они утверждают наличие не одного Господа, а наряду с Аллахом других творцов, управляющих во вселенной.

Вопрос о бойкотировании (хаджр) приверженца нововведений строится на принципе получения пользы или её приумножения и отведения вреда или его уменьшения. Именно от этого зависят законность или незаконность применения бойкота с точки зрения Шариата, как это подчеркивает шейх аль-Ислам ибн Таймия (да смилуется над ним Аллах) в ряде мест его книг.

Очень важно всегда смотреть на пользу и вред того или иного действия. Например, если мы видим, что польза в том, чтобы не объявлять бойкот (хаджр), а польза в том, чтобы попытаться разъяснить этому человеку истину, то нужно это сделать, а если видим, что человек упорствует и не принимает наставления, то нужно применить к нему «хаджр». У шейха Бакра Абу Зайда есть целая книга, посвящённая этому вопросу: как делается «хаджр», когда применяется, а когда нет…

Далее не менее важный пункт, важное правило, связанное с манхаджем (методология) в отношении ахлюль-бид’а. Говорит шейх: «Приверженцы нововведений множатся и проявляются тогда, когда уменьшается знание и распространяется невежество. Именно о них шейх аль-Ислам ибн Таймия (да смилуется над ним Аллах) сказал: Эта категория людей растёт в численности, и начинает проявляться, и доминировать тогда, когда становится много невежества и невежд, когда отсутствуют люди, которые знают пророческую Сунну и следуют ей, способные явить её свет, стирающий мрак невежества и обличить противоречащие ей вещи: обман, многобожие (ширк) и вздор!»

В этих словах указания на то, что, когда человек изучает акъиду ахлю с-Сунна ва ль-джама’а, когда распространяет её, когда призывает к ней, всё время должен думать об этом, о награде за это, потому что, это великая миссия, это защита Сунны пророка ﷺ.

Необходимо каждому мусульманину получать знания, изучать законы Аллаха, постановления Исламского Шариата, потому что если не будет знания, то непременно распространится бид’а (новшества в религии, заблуждения, ересь). У ахлюль-бид’а есть знания в их области: они знают свои методы, которые пытаются внедрить в религию Аллаха, потому что враги Аллаха испытывают ненависть к справедливым законам и установлениям Аллаха, которые нацелены на очищение человека от всякой грязи, от грехов, от несправедливости, но врагам Аллаха это не выгодно, и они всячески пытаются отвратить людей от пути истины, чтобы затем делать с ними что пожелают. Они день и ночь продумывают свои методы, чтобы как можно больше людей отвести от знания об истинных законах Аллаха и направить их на свои выдуманные законы.

И, если вы видите, что в какой-то местности преобладает религиозное заблуждение, где люди живут по выдуманным законам, которые придумали их предки или они сами, который они называют — вот это “Ислам”, то знайте, что в этом виноваты невежественные мусульмане, потому что не изучают свою религию, они поставили вопрос изучения религии на третий, на пятый, на десятый план… либо же читают недостоверную литературу, в которой собраны выдуманные и недостоверные хадисы, удивительные рассказы, истории и прочая ересь, которая вызывает эмоциональный всплеск, слёзы и люди начинают думать, что это и есть религия Аллаха, тем самым впадая в заблуждение.

Этот путь приводит к неправильному пониманию об истинном Исламе, который Аллах установил на земле и приказал каждому человеку соблюдать эту религию на основе знания, и эти знания Аллах послал ко всему человечеству через Своего последнего пророка и посланника Мухаммада ﷺ, а затем Аллах поставил на защиту знания о Его религии многочисленных сподвижников, которые неукоснительно следовали по следам пророка ﷺ впитывая и запоминая каждое его слово и действие, затем передавая другим, распространяя тем самым полученные знания, затем таби’ины (те, которые застали сподвижников и перенимали от них знания), затем таби таби’ины, затем выдающиеся учёные, которые полностью посвятили свою жизнь изучению Исламского Шариата и так до наших дней и вплоть до Судного дня.

В наши дни ни у кого не может быть оправдания в том, чтобы не изучать законы Аллаха, не изучать руководство от Аллаха, от Создателя, который создал эту землю, создал людей и не оставил Свои творения без верного руководства, так как в наше время знание об Аллахе и Его истинной религии максимально доступны для каждого. Аллах говорит в Коране: «В месяц рамадан был ниспослан Коран — верное руководство для людей, ясные доказательства из верного руководства и различение»[91].

Аллах ниспослал Своё слово (Коран) через пророка Мухаммада ﷺ чтобы он обучил людей и разъяснил людям слово Аллаха. Сказано в Коране: «А тебе (Мухаммад) Мы ниспослали Напоминание (Коран) для того, чтобы ты разъяснил людям то, что им ниспослано, и для того, чтобы они призадумались»[92]. Поэтому каждый мусульманин обязан изучать постановления этой пречистой религии Ислам, которую наш Создатель установил для людей на земле, как последнюю религию, которая является ключом к Раю, ключом к достижению вечного блаженства после смерти и правильной, счастливой жизни на земле. И только правильные знания, правильное соблюдение даст человеку достичь этой великой цели, к которой стремится каждая душа.

А слепое следование без знаний приводит ко всякому роду заблуждениям, к образованию сект и разных группировок, и каждый радуется тому, на чём находится, каждый думает, что именно он на верном пути, Аллах говорит: «Но они разорвали свою религию на части, и каждая секта радуется тому, что имеет [знаниям, которые им достались[93], но верный путь не может быть основан на слухах и домыслах, на предположениях и собственном мнении, верный путь основывается только на основании знаний из Корана и Сунны, и человеку, который хочет изучать религию Всевышнего Создателя, не обойтись без руководства и объяснений учёных, учителей, которые обладают обширным знанием, которым Аллах даровал правильное понимание Его религии, чтобы они могли обучать Его искренних рабов, которые действительно стремятся узнать истину и приходят к учёным за знаниями об Исламе, религией, которая приведёт их к довольству их Господа и вечным Райским Садам и наслаждениям в них. Аллах говорит в Коране: «Спросите же обладателей знания, если сами вы не знаете»[94]. Они (учёные) могут правильно расставить приоритеты в изучении наук об Исламе, правильно донести смыслы аятов из Корана, смыслы хадисов, дошедших до нас от пророка ﷺ и асаров от его сподвижников. А Ислам — это великая наука, которая требует к себе большого внимания, усердия и правильного следования по пути обучения.

Поэтому изучая религию Аллаха или обучая ей других, всё время помни, что ты выполняешь очень важную миссию — через это знание стираются заблуждения и люди возвращаются к правильному пониманию религии Аллаха, которую Он установил на земле, через правильное понимание Корана, как понимали его праведные предшественники и правильное понимание Сунны пророка ﷺ.

Говорит он: «Когда ты укрепишься в знании, то рази, подавляй приверженцев нововведений и их ересь языком доводов и разъяснений», то есть разъясняя то, что их заблуждения противоречат Шариату Аллаха. И (очень важный совет от учёных) постарайся максимально не придавать еретику никакого веса, никакого значения, не делай его известным, не распространяй его имени. Если единобожник (муваххид) начинает упоминать еретика, его имя, то, тем самым он возвышает его статус. Необходимо всегда это помнить. Их имена можно упоминать и предостерегать от них тогда, когда уже они стали известны, когда у них много последователей, когда их труды получают распространение. Тогда ты уже вынужден упоминать их имена и предостерегать от них, а иначе не нужно.

Не становитесь причиной их известности, их славы, ибо это и может быть их целью, и они будут всячески провоцировать. И даже если наталкиваешься на их труды, на их записи, будь то в печатном виде или в виде видео роликов, старайся не комментировать, не оставлять своё мнение, не опровергать, даже если видишь, что его читают, смотрят какое то количество людей, где он говорит какую-то ересь, призывает к многобожию, порочит учёных, порочит требующих знание и т. д. Потому, что внимание единобожника (муваххида) к нему придаст ему вес и сделает его значимым в глазах людей. Подавляй и принижай их насколько возможно. Когда единобожник упоминает имя какого-то заблудшего, тем самым возвышает его статус среди людей.

Иногда имамы нашей уммы (община мусульман), учёные, вынужденно упоминают имена каких-то последователей бид’а, заблудших, предводителей каких-то сект, например, му’тазилитов, ихвануль-муслимин, так как зло их заблуждений уже распространилось повсеместно. Заблудшие еретики всегда существовали, их было очень много, но имамы ахлю с-Сунна ва ль-джама’а не упоминали их имён, игнорировали их, и не осталось от них никакого следа, не осталось о них памяти в истории. И если даже захочешь почитать их биографию, то ничего не находишь.

Поэтому если есть возможность, то лучше будет полностью игнорировать призывающего к своим заблуждениям. Лучше будет разъяснить неверность его заблуждения не упоминая о нём самом, затем разъяснить людям какова правильная позиция Исламского Шариата в этом вопросе, и тем самым ты добьёшься двух целей: во-первых, ты предостережёшь людей от его нововведения в религии и разъяснишь им истину; во-вторых, ты не дашь этому человеку добиться цели, потому что их цель — прославиться. Зачастую они несут ересь чтобы обрести славу, известность, провоцируя верующих единобожников упоминать о них, возмущаясь их речам.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит об этом: «Мы считаем, что человеку нельзя вступать в спор с еретиком, если у него нет достаточных сил, знания, способностей для спора». То же самое касается и с неверующими. Ты можешь вступить в спор с неверующим только в том случае, если ты убеждён, что ты победишь, что способен с ним дискутировать. Если нет у тебя такой убеждённости, тогда не делай этого, иначе получишь обратный результат, ты поспособствуешь его победе и победе того заблуждения, в котором он пребывает. И из-за тебя будет нанесено поражение таухиду и Сунне, которые ты представляешь.

И последний вопрос, на который указывает автор (да помилует его Аллах). Вещь, которая получила очень сильное распространение: под прикрытием предостережения от бид’а, происходит посягательство на честь учёных ахлю с-Сунна: обвинение их в нововведении и порочение их. Это очень опасная болезнь.

Шейх ибн аль-’Усаймин умер в 2000 году. Прошло 17 лет, и эта болезнь зарождалась уже тогда. Мудрость Аллаха в том, что он предостерёг от этого ещё в те времена. И в наше время распространяется смута (фитна) табдия — это смута обвинения учёных ахлю с-Сунна в бид’а. В эту смуту попали очень многие, и стали порочить ‘уляма и призывающих к Сунне.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Порочение учёных — это внушения от шайтана». Если человек порочит учёных, посягая на их честь, то такой человек является преступником, несправедливым. Злословие (гъиба) в отношении учёных, — оно не как злословие в отношении простых людей. Потому что злословие в отношении учёных — это нанесение вреда и ему (этому учёному) — посягание на его честь и нанесение общего вреда — тому знанию, которое он несёт. Если этот учёный падёт в глазах людей из-за твоего злословия в его адрес, то люди перестанут принимать от него что-либо, и это будет преступлением против Шариата Ислама, против шариатского знания, носителем которого он является.

Поэтому, если человек действительно искренний, добросовестный и слышит что-то, что передают от какого-то учёного, от призывающего, то, что он находит неправильным — он связывается с ним и выясняет. Может быть то, что до него дошло, является ошибкой и тот не говорил этих слов, а если и говорил, то, может быть, он не знает обстоятельств или просто не понимает, и когда он разъяснит свою позицию, ты возможно он поймёт прав он или нет. Возможно, ситуация такая, что ‘алим вынужден был это сделать или сказать для какой-то очень большой пользы или отвращения какого-то очень большого вреда, а ты не знаешь.

Поэтому те, которые посягают на честь ‘уляма, совершают преступления против самих ‘уляма и против того ‘ильма, которое они несут. И обязанностью людей является уважать ‘уляма, особенно, если этот учёный известен тем, что он приверженец истины, что он всегда старается для распространения единобожия и знания из Корана и Сунны. Да, возможно учёный ошибся в каком-то вопросе, но никто не застрахован от ошибки. Нет ни одного человека, который бы не ошибался. Как об этом сказал пророк ﷺ: «Каждый человек ошибается, но лучший из ошибающихся — это кающиеся»[95].

Если какой-то человек всё время порочит ‘уляма, порочит призывающих тъуллябуль-‘ильм посягает на их честь, то обязанностью требующих знание является в первую очередь самим остерегаться нахождения в его обществе, а во-вторых предостерегать от него, чтобы люди не попали в это, не обольстились его речами, чтобы это не погубило их. Но, конечно, сначала этому человеку нужно сделать наставление (насыха), так как может быть, что он сам обманулся, обольстился, поддался влиянию, которое ввело его в заблуждение. Поэтому может быть, если ты сделаешь ему наставление, то это принесёт ему пользу. Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Эта болезнь (говорить об ‘уляма) губительна». Шайтан знает, что если человек почувствовал вкус от поедания мяса учёных, мяса тъуллябуль-‘ильм, то шайтан начинает добавлять ему ещё больше эту болезнь.

Сначала они вроде начинает говорить лёгкие вещи про ‘уляма, а потом входят во вкус, всё больше и больше им начинает это нравиться, а шайтан увеличивает в них эту болезнь. Есть некоторые люди, которые специально выискивают лекции или записи уроков, или какие-то книги, брошюры учёных, выискивают там какие-то ошибки и промахи, и где бы они ни находились, они не находят себе покоя, пока не выберут себе какой-то объект (кого-то из ‘уляма, из тъуллябуль-’ильм, из призывающих), и не начнут его порочить. Таких людей нужно остерегаться и предостерегать от них других.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Выискивание пороков у мусульман запрещено (харам), особенно, если это ‘уляма». И в хадисе пророка ﷺ сказано: «О, вы, которые уверовали своими языками, но иман не вошёл в ваши сердца, не злословьте о мусульманах, и не выискивайте их пороки (недостатки). Ибо, поистине, тот, кто начнёт выискивать пороки (недостатки) мусульман, Аллах будет выискивать его пороки. А тот, у кого Аллах начнёт выискивать пороки, то опозорит его даже в его собственном доме»[96]. Остерегайтесь этого — выискивать пороки и ошибки у мусульман, а тем более у учёных и требующих знания. Выискивание пороков — это само по себе порок (‘аурат). “Тот, кто выискивает пороки людей, тот сам попадёт в порок”.

Всегда старайся защитить своего брата мусульманина, отыщи ему оправдание (‘узр): возможно человек что-то не понял или понял своеобразно (та’уиль), особенно, если человек известен своей правдивостью, искренностью, любовью к распространению знания о религии Аллаха, поэтому нужно защищать таких людей и это будет твоей великой миссией перед Аллахом, за которую ты получишь великое вознаграждение, а это сокрытие твоих собственных грехов и ошибок, и каждый человек в этом нуждается. Как передаётся в хадисе от пророка ﷺ: «Если (один) раб покроет другого в мире этом, Аллах обязательно покроет его (самого) в День воскресения»[97].

ЧЕТВЁРТЫЙ РАЗДЕЛ
Нормы благопристойности в отношении товарищей

Глава 23
Остерегайся плохого товарища

Автор (да помилует его Аллах) говорит: «Kак корень непременно оказывает скрыто своё влияние, так и чьё-то плохое поведение, непристойность скрыто оказывают своё влияние, поскольку нравственные качества переходящи, а натуры переимчивы. Люди подобны стаям куропаток — по природе устроены так, что уподобляются друг другу. Посему остерегайся общения с такого рода людьми, ибо это гибель, ведь “предотвратить всегда проще, чем исправить и устранить”. Исходя из сказанного, выбери себе для дружбы и товарищества того, кто будет помогать тебе идти к желанной цели, приближать тебя к твоему Господу, того, чьи благородные устремления и цели совпадают с твоими».

Слова автора (да помилует его Аллах) взяты из Корана и Сунны пророка ﷺ. Он сравнил праведного товарища с продавцом благовоний, от которого получаешь пользу в любом случае. И сравнил плохого товарища с человеком, который раздувает мехá, от которого получаешь вред. Поэтому тъалибуль-’ильм и, вообще любой мусульманин, должен непременно стремиться к тому, чтобы выбирать для себя товарища праведного, который будет указывать ему на благое, помогать ему в праведных деяниях и удерживать от плохого. Также нужно остерегаться иметь общение и дружбу с плохим товарищем. Потому что человек находится на религии своего товарища, — какова будет религия человека, с которым он общается, такова будет и его религиозность.

Сколько было людей, которые шли по прямому пути, которые были праведными, но вот он связался с каким-то шайтаном из числа сынов Адама (бану Адам) (шайтаны бывают из числа людей и из числа джинов), и тот сбил его с прямого пути. И, наоборот, сколько было людей, которые были известны своей порочностью, распутством и Аллах даровал им на пути человека, который указал им на благое, и они стали благими по причине хорошего товарищества.

Некоторые часто задают вопрос: «Если я плохой и хочу исправиться, значит, я должен общаться с хорошими, праведными людьми. Но, ведь, праведный не захочет со мной общаться, потому что я плохой, и он не захочет испортиться».

Шейх ибн аль-’Усаймин отвечает: «Если человек праведный, обладатель знания, человек, который призывает к Аллаху общается с грешным человеком для того, чтобы наставить его, призвать его, и это его намерение, то ничего, если он общается с ним», но здесь должно быть условие в первую очередь, чтобы он сам был прочным в знании и богобоязненности, чтобы не получилось так, что он захочет призвать его к благому, а тот, наоборот призовёт его к своему порочному пути.

Во-вторых, чтобы это не повредило его репутации в глазах людей, чтобы люди видя, что он общается с этим нечестивцем, не подумали, что он такой же и нельзя доверять его знаниям. И сколько было людей, которых Аллах наставил на прямой путь по причине их общения с праведниками, людьми знания.

Это украшение, которым должен украситься тъалибуль-’ильм, о котором говорит шейх (да помилует его Аллах) — выбрать себе товарища, который будет помогать в благом (но поскольку речь здесь идёт о тъалибуль‑’ильм, то прежде всего, конечно, в получении знания), и, наоборот, этот раздел говорит нам о том, что нужно отдалиться от плохих товарищей (которые отвлекают его от получения знания).

Аллах в Коране сказал: «В тот День врагами станут все любящие друзья, кроме богобоязненных»[98], существует очень много шариатских текстов в Коране и в хадисах, которые побуждают к тому, чтобы выбирать себе праведных людей, побуждающих к благому. Как в хадисе пророка ﷺ, который мы с вами упомянули ранее. Хадисы пророка ﷺ отличаются от обычной речи. И одно из отличий, что человек не устаёт от поминания и чтения этих хадисов, как сказал один из предшественников: «Всякий раз, когда мне рассказывают хадис пророка ﷺ, я слушаю так, как будто слышу в первый раз, хотя я слышал этот хадис ещё до того, как этот рассказывающий человек родился».

Хадис, о котором мы упомянули, в котором пророк ﷺ побуждает мусульман быть особо бдительными при выборе друзей и дружить лишь с хорошими и праведными людьми: «Поистине, праведного товарища и дурного товарища можно сравнить не иначе как с продавцом мускуса и человеком, раздувающим кузнечные меха. Что касается продавца мускуса, то он либо одарит тебя чем-то из своего товара, либо продаст тебе его, либо, как минимум, ты ощутишь приятное благоухание, исходящее от него. Что же касается раздувающего меха, то он либо прожжёт твою одежду, либо, как минимум, ты ощутишь исходящее от него зловоние»[99]. Или другой хадис, в котором пророк ﷺ сказал: «Человек исповедует ту же религию, что и его друг. Так пусть же посмотрит каждый из вас, кто является вашим близким другом!»[100].

Могут быть два варианта полезного общения:

  1. Когда человек, с которым ты общаешься, является примером (къудва), — на него можно равняться. Аллах приказал нам брать пример с пророка ﷺ, сказав: «Был для вас в посланнике Аллаха хороший пример для тех, которые надеются на Аллаха и верят в Судный день, и поминают Аллаха премного»[101].
  2. Человек сам по себе не является для тебя примером таким, что у тебя с ним большие отличия, но, если это хороший товарищ, тоже тъалибуль-’ильм, от него тоже можно получить пользу с дозволения Аллаха.

В первом случае он пример для тебя, — обладает большими религиозными познаниями, красивыми нравственными качествами и т. д. Во‑втором случае, люди устроены так, что перенимают друг от друга, оказывают друг другу поддержку. Иногда люди нуждаются в поддержке хороших товарищей. Бывает так, что тъалибуль-’ильм находится один, что-то читает, изучает, а душа начинает уставать, душа человека такая, называется «малюля», то есть она устаёт, ослабевает, иногда становится скучно, но, когда с ним находится товарищ, он смотрит на него и его заряжает сила, преободряется, и в этом тоже польза. И, таким образом, вместе они помогают друг другу продолжать совершать праведное дело, в частности поиск религиозного знания. Душа человека так устроена, что ей необходимы эти перемены.

Слова автора (да помилует его Аллах): «Корень непременно оказывает скрыто свое влияние». Как корень дерева что-то всасывает в себя и это влияет на растение. Корня мы не видим, но он скрыто оказывает своё влияние на растение, точно также, товарищ с плохим поведением, с плохим нравом, оказывает на тебя влияние, незаметное вначале.

И следующие слова автора: «Потому что нравственные качества переходящи, а натуры переимчевы», — человеческая натура переимчива, то есть берёт пример с окружающих. Сам этого человек может и не чувствовать, но будет вести себя так, как те люди, в обществе которых он часто пребывает.

Шейх говорит: «Люди подобны стаям куропаток». Мы говорили об этом — это на самом деле слова шейха аль-Ислама ибн Таймии (да помилует его Аллах). Они всегда держатся стаями и склонны уподобляться друг другу.

Затем говорит он: «Посему остерегайся общения с такого рода людьми, ибо это гибель», то есть сторонись общения с плохими людьми, потому что это гибель. Гибель как в этом мире, так и в вечном мире.

И далее его слова: «Предотвратить всегда проще, чем исправить и устранить», если человек уже начал общаться с кем-то, у них завязалась дружба, товарищество, отношения, то прервать это или потом избавиться от влияния, которое оказало на тебя это общение сложно. Посему лучше сразу предотвратить это, не начиная товарищество, дружбу, чтобы потом не испытывать трудности, пытаясь избавиться от пагубного влияния на тебя плохого товарища.

Человек, часто пребывая в обществе нечестивых товарищей, постепенно перестаёт ощущать степень их грехов и со временем эти грехи становятся незначительными в его глазах, понемногу начинает ослабевать и подстраиваться под них. Например, товарищи любят смотреть на запретное будь то в интернете или по телевизору смотрят фильмы, смотрят на непокрытых женщин или на что-то другое запретное, или же на улице смотрят на проходящих женщин, не опускают взоры или слушают музыку. Общаясь с такими людьми поначалу человеку это кажется страшным, но постепенно, находясь в их обществе он начинает привыкать и втягиваться, становиться таким же, как и они, и. т. д.

Поэтому шейх говорит: «Исходя из сказанного, выбирай для дружбы и для общения человека, который поможет тебе идти к твоей цели», когда твоя цель благая, — это получение довольства Аллаха, путём получения шариатского знания, выполнение его и распространение.

Мусульманину следует выбирать себе такого товарища, который будет направлять его и помогать идти к благой цели, «который будет приближать его к Господу», который будет помогать делать то, что угодно Аллаху. А из самых великих богоугодных дел — это конечно же требование знаний на пути Аллаха — это самый главная борьба (джихад) — получение шариатского знания. И как говорит ибн аль-Къаййим: «Если тот, кто выпускает стрелу, поражает только одного из врагов, то человек, который получает знание, распространяя его — он поражает множество врагов». Через него возвышается слово Аллаха, и он спасает большое количество людей.

И далее его слова: «Выбирай для дружбы и товарищества такого человека, с которым у тебя совпадают цели», то есть у тебя есть благородная цель — поиск религиозного знания, то выбирай себе такого товарища, у которого такая же цель, и вы сможете быть поддержкой друг для друга.

И как далее сказал шейх Бакр Абу Зайд (да помилует его Аллах): «Предотвратить легче, чем устранить». Это на самом деле важное правило фикъха. Ибн Раджаб (да помилует его Аллах) упоминает это среди правил фикъха: “Предотвращение всегда проще, чем устранение. Приблизительно такое же правило действует и в медицине: “профилактика проще и лучше, чем лечение”. Потому что предотвращение — это устранение причин, которые могут привести к болезни, но если зло уже случилось, то его становится трудно устранять и решать эту проблему.

Дальше говорит автор (да помилует его Аллах) такие замечательные слова: «Далее я приведу тебе наиболее точную классификацию друзей. Они делятся на три вида:

  • друг по корыстному интересу;
  • друг по наслаждениям (удовольствиям);
  • друг по стремлению к достоинствам.

Первые два вида отсекаются, и дружба с ними прерывается, как только прерывается причина для неё — корыстный интерес в первом случае и удовольствие во втором.

Что касается третьего вида дружбы, то именно на него нужно опираться и именно при нём побудительной причиной является обмен убеждённостью в необходимости укрепления достойных качеств в каждом из двух друзей.

Друг по стремлению к достоинствам — это редкая монета, которую очень непросто найти».

Далее он говорит: «Хишаму ибн ‘Абдуль-Mалику (умер в 125 г. х.) принадлежат такие ценные слова: Из удовольствий этой жизни не осталось не испробованным ничего, кроме брата, в общении с которым на меня будет возложен труд — беречь праведность между нами», то есть два друга, которые побуждают друг друга к праведности и достоинству. Берегут праведность друг друга, общаются, побуждая друг друга к праведности перед Всевышним Господом.

Шейх Бакр Абу Зайд говорит: «Одним из изящных и полезных разъяснений являются слова некого человека про уединение и отшельничество: отшельничество (аль-‘узляту), без буквы айн, которая указывает на ‘ильм, превращается в заблуждение (заллятун), а без буквы зай, указывающей на аскетизм зухд, превращается в недуг (‘илля)».

Итак, автор (да помилует его Аллах) привёл нам три вида друзей:

1-й вид — друг по корыстным интересам, — этот человек дружит с тобой, пока может получить какую-то мирскую выгоду: имущество, деньги, или пользуется твоим авторитетом, твоими связями и т. д. До тех пор, он с тобой дружит; если перестаёт получать от тебя выгоду, то отдаляется от тебя, перестаёт дружить, и делает вид, как будто он тебя и не знал, в лучшем случае, а может и стать врагом, и наносить вред, например, раскрывая твои секреты, злословя за спиной, препятствуя твоим делам и. т. д.

Если ты что-то ему дашь, он останется доволен тобой, если не дашь, то он злится на тебя и раздражается. Он вроде твой близкий друг, которого ты таковым считаешь, одним из самых дорогих людей, но, если вдруг попросит у тебя что-либо, а ты ему откажешь, например, попросит у тебя почитать книгу, а ты скажешь ему: «Клянусь Аллахом, эта книга нужна мне сейчас самому, я позже её тебе отдам…». И ты видишь, как он надувается от обиды, и он уже твой враг. Разве может такой являться тебе другом?! Это называется «садъикъ манфа’» — друг по корыстному интересу.

2-й вид — друг по какому-то наслаждению, удовольствию, — этот дружит с тобой, потому что ему интересно проводить с тобой время: в разговорах каких‑то или вместе сидеть чай пить, или вместе с тобой играть в игры. Он не приносит тебе никакой религиозной пользы, и от тебя тоже не получает. Только такое вот общение, основанное на взаимоудовольствии. Это конечно пустая потеря времени, и отсутствие пользы, поэтому необходимо остерегаться того, чтобы вот так терять время в пустоделии, и остерегаться товарища, который становится для тебя причиной потери времени. ‘Уляма, тъуллябуль-’ильм, и каждый верующий мусульманин должен очень сильно дорожить своим временем.

3-й вид — «садъикъ фадъиля» — друг по какому-то достоинству, каким-то достойным деяниям и качествам, — такой друг, который побуждает тебя ко всему, что тебя украшает и старается тебя удержать от всего, что тебя портит. Он для тебя открывает двери к благу, указывает тебе на благо. Если ты ошибся, оступился, то он тебя поправляет, он тебе указывает таким образом, что не задевает твою честь. Это друг по достоинству. И как говорит автор: «Первые два вида отсекаются, и дружба с ними прерывается, как только прерывается причина для неё».

Наиболее распространённое из этих трёх групп друзей — это первая группа (друг по корыстному интересу), потому что корыстных интересов много: может быть из-за денег, может быть из-за твоего положения, из-за твоих связей, может ты ему удобен для каких-то других целей, пользуется тобой, может быть, из-за твоей профессии общается с тобой. Да, пока ты, например, успешный бизнесмен, врач или ещё кто-то, он общается, пропал интерес, и он тебя забыл, как пропадёт выгода, так и пропадёт его дружба с тобой.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Знай, что на самом деле, это не друг, это враг».

  • Каждому нужно запомнить эту классификацию:

1-й — «садъикъ аль-манфа’» — когда вас связывает наличие выгоды, — это также могут быть, какие-то торговые отношения, совместный бизнес, в этом нет греха, но это не будет называться дружбой, и в таких отношениях нет любви верующих друг к другу ради Всевышнего Аллаха.

2-й — «садъикъ аль-лязза» — дружба по наслаждению, совместные посиделки, развлечения, они могут быть как запрещённые, так и дозволенные. Если они запрещённые, тогда это уже совершение греха, а если развлечение не запрещённое, но частое, то для мусульманина лучше такую дружбу прервать. Это не значит, что ты не можешь с кем-то из своих братьев мусульман, людей, которые побуждают тебя к благому иногда допускать какие-то дозволенные развлечения: игры, прогулки, посиделки, путешествия или ещё что-то из дозволенного. Это допустимо, но только если это не происходит постоянно, часто, если же основой дружбы становится такое пустое времяпровождение, то следует прервать такое общение, потому что из‑за такого товарища ты потеряешь много времени, гуляя с ним много и отвлекаясь от того, что действительно может быть для тебя важным, пользой для твоей жизни мирской и вечной.

3-й — «садъикъ аль-фадъиля» — друг по достоинству, — это друг, за которого ты должен ухватиться коренными зубами, друг, который побуждает тебя ко всему хорошему и удерживает от всего плохого. Такой друг сходится с тобой, чтобы вместе приобретать полезные знания, помогать друг другу поддерживать достойные качества, совершать вместе благие деяния, побуждать друг друга к хорошим делам и удерживать от злодеяний, от грехов. Если Аллах даровал тебе такого товарища, то вцепись в него и не отпускай. Таких друзей на самом деле очень мало. И такие друзья могут стать причиной твоего успеха в обоих мирах с дозволения Аллаха.

«Эти первые два вида дружбы прерываются, как только прервётся причина», — говорит автор (да помилует его Аллах). Закончилась выгода — закончилась дружба; или закончилось наслаждение — закончилась дружба. И никакой награды за эти виды дружбы нет. И большая награда от Аллаха за третий вид дружбы. И нужно просить у Аллаха в своих дуа таких товарищей, которых автор описал в 3-м виде и просить защиты от двух первых видов друзей.

Хадис о великой награде за такую дружбу. Говорит пророк ﷺ: «Семерых укроет Аллах в Своей тени в тот День, когда не будет иной тени, кроме Его тени: справедливого правителя, юношу, росшего в поклонении своему Господу, человека, сердце которого подвешено в мечетях, тех двоих, которые любят друг друга ради Аллаха, встречаясь и расставаясь (только) ради Него»[102] и до конца хадиса, потому что они любят Аллаха, потому что они верующие, они помогают друг другу в богоугодных делах, «и они расстались на этом», из-за смерти одного из них или пришлось уехать человеку куда-то, но они расстались, любя друг друга ради Аллаха.

Есть ещё один замечательный хадис, который приводится у имама Ахмада, у имама Малика в «аль-Муватта». Может быть, немногие знают этот хадис, но хадис с великим смыслом, где пророк ﷺ приводит слова Всевышнего Аллаха. Такие хадисы называются «къудси» или «иляхи». Говорит Аллах: «Моей любви обязательно удостоятся полюбившие друг друга ради Меня, собирающиеся вместе ради Меня, навещающие друг друга ради Меня и ничего не жалеющие на Моём пути»[103].

И автор говорит: «Такой друг — это ценная монета», то есть очень трудно её найти, потому что она редкая. Затем привёл слова Хишама ибн ‘Абдуль-Mалика — одного из халифов. Затем указал на такую вещь, как уединение (аль‑‘узляту), когда человек ни с кем не общается, отшельник. Автор приводит такие мудрые слова, о такой вещи, как «аль – ‘узляту» в чём её опасность? «Аль-‘узляту» (‘айн, зай, лям, та-марбута): если убрать из этого слова «’айн». Какое слово начинается с этой буквы? ‘Ильм. Во что превратится это слово? Останется «заллятун» (зай, лям, та-марбута) — заблуждение, ошибка, промах. Если теперь из этого слова убрать букву «зай», то получится «‘илля» (‘айн, лям, та-марбута) — болезнь, недуг, а «зай» указывает на слово «зухд» («воздержанность») в отношении этого мира, на аскетизм человека. То есть, если человек хочет быть таким (уединённым, изолированным, не общаться ни с кем), то обязательно у него должны быть эти две вещи: ‘ильм и зухд, прежде чем он изолируется от людей. Если человек остаётся один, ни с кем не общается, у него нет товарищей и при этом у него нет знаний, то получится «залля» («заблуждение»).

Если у человека нет знания, и он пытается изолироваться, начинает сам как-то поклоняться Аллаху, совершать какие-то деяния поклонения, то он будет поклоняться на основе невежества (джахля), и это приведёт его к заблуждению. Он будет пытаться приближаться к Аллаху какими-то путями, которыми не доволен Аллах — путями джахилии. Сколько таких людей, которые не хотят общаться с мусульманами, получать от них знания, наставления. Уединяются и сами себе чего-то придумывают, потому что у них нет знания. Они впадают в заблуждение и духовно погибают из-за этого. Очень важно общаться человеку с праведными людьми, спрашивать у них, искать знания и просить Аллаха приумножить ему полезного знания об Исламе.

Второй вариант, когда он остался один. Да, у него может быть есть ‘ильм, но нет «зухда» (отрешённости, воздержанности в отношении мирского, неприхотливости и т. д.) Если такой человек останется один, даже если у него нет знания, то это приведёт к болезни (‘илля). Эта причина каких-то психических заболеваний, отклонений и т. д.

Возникает вопрос. Если у человека есть и зухд, и знание, то это (отшельничество) само по себе хорошо или нет? Нет, в своей основе это не приветствуется, потому что пророк ﷺ — он, тот, который является для нас примером — общался с людьми, учил, призывал, делал добро людям, находился в их среде. Поэтому это основа, но конечно бывают ситуации, когда «‘узля» (отшельничество, самоизоляция) лучше во времена фитны: когда человек боится за свою религию, за свою веру (иман).

ПЯТЫЙ РАЗДЕЛ
Нормы благопристойности ученика в его жизни на поприще знания

Глава 24
Великое рвение в знании

Великое рвение в знании (кибаруль-химма) или говорят «‘улюль‑химма» — возвышенное устремление, великое рвение. Вещь, которой, к сожалению, так не хватает многим тъуллябуль-’ильм.

Говорит автор (да помилует его Аллах): «К неотъемлемым качествам мусульманина, которые установлены Шариатом Ислама, является желание украситься великим рвением и устремлением. Это качество является магнитным центром твоей личности, контролирующим твои органы. Великое рвение и устремлённость привлечёт к тебе, с позволения Аллаха, неиссякаемое благо, благодаря чему, ты сможешь подняться на ступени совершенства. В жилах твоих потечёт кровь доблести (шахама). Благодаря этому качеству, ты сможешь мчаться по поприщу знания и деяния, и люди всегда будут видеть тебя стоящим лишь у дверей достоинств», то есть у дверей блага, достойных деяний и качеств, «и простирающим руки только к важным делам».

В этом разделе мы с вами проходим 24-ое качество, которым должен украситься тъалибуль-’ильм — это «кибаруль-химма филь-‘ильм» — великая устремлённость к знанию о религии Аллаха, знанию Исламского Шариата (закон). Человеку необходимо ставить для себя великие задачи, высокие цели. Он не должен ограничиваться какими-то незначительными целями. Выводы к этому побуждению взяты из хадиса, если ‘Уляма ахлю с-Сунна говорят что-либо, то говорят на основе довода. Пророк ﷺ сказал: «Когда просите у Аллаха, просите у Него Фирдаус, ибо, поистине, это самая средняя и самая возвышенная часть Рая. Над ним — Трон Милостивого, и из него берут начало Райские реки», в этом хадисе пророк ﷺ побуждает стремиться к Фирдаусу (наивысшая степень Рая). Не так, как говорят некоторые люди: «Хотя бы какое-то место в Раю мне хватит, хотя бы туда попасть». Нет, мы должны стремиться к самым высоким степеням.

Вот так же в знании, человек, получая знания должен стремиться к тому, чтобы овладеть всеми видами религиозного знания, насколько он может. И принести посредством своего знания огромную пользу себе, своей семье, окружающим, всему миру, всей умме. Таким должно быть его устремление. Стать имамом (тот, за кем следуют) — предводителем для богобоязненных. Тем самым достичь довольства Аллаха, получить Его вознаграждение в этом мире и в вечном.

Стремись к высоким целям, и не считай, что у тебя мало сил и нет возможностей. Не считай, что ты не способен овладеть какой-то религиозной наукой. Делай всё, что от тебя зависит с дозволения Аллаха, если у тебя будет искренность и усердие, ты сможешь добиться своей цели, сможешь овладевать науками религии Ислам. А для Аллаха нет ничего невозможного! Он может дать тебе всё, к чему ты будешь искренне стремиться!

У многих тъуллябуль-’ильм нет понимания этого вопроса, мы видим, что у очень многих обучающихся, требующих знания, — слабое устремление. У многих из них нет стремления принести пользу умме (община мусульман), посредством донесения знания, обучения, у многих из них нет рвения стать предводителями для мусульман, указывать на благое и удерживать от порицаемого, от грехов, от неправильных действий.

Чтобы лучше понять этот вопрос, мы приведём пример, допустим человек учится в учебном заведении, и на экзамене он стремится получить высокий бал, например 100 балов из 100, он будет всё делать для этого, будет стараться, не спать ночами, сидеть изучать предмет, повторять его усердно, чтобы получить самый высокий бал и получить те возможности, которые за этим последуют, в итоге он может и не получит того самого высокого бала, но всё равно получит высокий бал, хоть и не самый, немного меньше, например, 95 из 100, но в любом случае из-за своего великого усердия и старания он получит высокий бал.

Второй человек, который говорит: «Мне достаточно просто получить зачёт и всё, большего мне не надо», такой человек зачастую не только зачёт не получает, но и вовсе проваливает экзамен, а всё потому, что он не старался, не стремился к этому, не делал для этого причины.

Поэтому автор говорит (да помилует его Аллах): «Из этих качеств, которые установлены Исламским Шариатом — это украситься качеством кибаруль-химма», то есть высоким стремлением. Чтобы целью тъалибуль‑’ильм были самые высокие степени.

Говорит он: «Это магнитный центр твоей личности», то есть эта вещь, будет тебя побуждать к тому, чтобы совершать благие деяния, проявлять сильное старание на поприще усердия и стремления к великим делам, к делам, которыми доволен Всевышний Аллах.

И далее говорит он: «Великая устремлённость (кибаруль-химма) привлечёт к тебе непрерывные блага, позволит тебе подняться на самые высокие ступени совершенства, и заставит течь по твоим жилам кровь доблести», то есть ты будешь человеком, обладающим рвением, который постоянно трудится, который не останавливается, и делает всё, что от него зависит на этом поприще знания и деяния, «и заставит тебя находиться у дверей всего хорошего», то есть это качество будет побуждать тебя находиться там, где всё благое, там, где для тебя будут открываться возможности проявления достойных качеств мусульманина.

У каждого тъалибуль-’ильм должна быть цель! Не просто проводить время на занятиях и говорить: «Все учатся, и я учусь», обязательно должна быть «химма».

Как мы сказали ранее, что одной из целей у него должна быть — стать предводителем для мусульман. Это не значит, что он должен хотеть лидерства или власти, или авторитета среди людей, чтобы люди показывали на него пальцами, уважали его и ходили за ним. Нет, этим он должен желать устранить от себя невежество (джахль), затем помогать людям избавляться от невежества, обучать их правильным знаниям об Аллахе, о Его религии, о Его законах и установлениях, чтобы возвысилось слово Аллаха и рабы Аллаха поклонялись Аллаху на основе правильных знаний о Его религии, на основе того, как Он Сам повелелел поклоняться Ему, а этого можно достичь только если люди будут иметь знания, если каждый человек будет знать установления и законы Самого Аллаха.

Тъалибуль-’ильм должен стать тем, кто будет связывать людей с Шариатом Аллаха, тем, в чьих знаниях об Исламе рабы Аллаха будут испытывать нужду, тем, к кому люди смогут обращаться за помощью достижения ими довольства и любви Аллаха. Тъалибуль-’ильм должен быть связующим звеном своими знаниями между Господом и людьми, обучая их Шариату Аллаху. Это самая высокая степень, которая может быть дарована Аллахом Своему рабу, обладатели знания о религии Аллаха (Ислам) — они наследники пророков и нет категории высше этой.

Каждый мусульманин должен осознавать какую милость оказал ему Всевышний Аллах, избрав его из множества людей на земле и в первую очередь приведя его к единобожию, к поклонению Ему, наставив его на путь истины. Затем каждый тъалибуль-’ильм должен понимать и осознавать, что Аллах одарил его великим благом, неоценимым добром, направив его к требованию шариатского знания, в то время, как Он (Аллах) не нуждается в нас, а мы, творения Его нуждаемся в Нём и в знании о Нём, и даровав тебе возможность узнать о Нём больше и о Его религии, тем самым Он (велик Он и возвышен) наделил тебя огромной милостью даровав тебе возможность получить великие вознаграждения, заслужить самые высокие степени Рая и быть самым почётным среди Его рабов, среди Его созданий. Твоя задача в свою очередь быть благодарным Аллаху, и твоя благодарность должна выражаться в усердии на пути этого знания, стремиться получить как можно больше знаний об Аллахе, о Его законах, о Его повелениях и запретах, и затем распространять это знание на земле среди рабов Аллаха, желая возвысить слово Аллаха, желая избавить рабов Милостивого от невежества, спасти их от сурового наказания Великого Творца, который обещал наказание тем, кто не подчинится Ему, не склонится перед Ним в земном поклоне, не станет поклоняться Ему должным образом и не последует за Его указаниями, а обратится к выдуманным божествам, следуя выдуманным законам.

О, тъалибуль-‘ильм, Аллах доверил тебе великую миссию, открыл для тебя знания о Его религии, которую Он избрал для этого мира, и поручил тебе, избрав именно тебя, среди множества, изучать и распространять знания. Поэтому не становись тем, кто не оценил Милость, дарованную Аллахом, и оказался в убытке, не использовав её по назначению. Не стремись помимо шариатского знания к чему-то другому, к каким-то мирским делам, когда путь к знаниям открыт для тебя, не меняй это благо на мирские удовольствия, на мирские выгоды, не будь как сыны Исраиля, когда Аллах дал им манну и перепелов, а они сказали: «О Муса (Моисей)! Мы не сможем вынести однообразную пищу. Помолись за нас своему Господу, чтобы Он взрастил для нас из того, что произрастает на земле, овощи, огурцы, чеснок, чечевицу и лук. Он сказал: “Неужели вы просите заменить лучшее тем, что хуже? Спуститесь в любой город, и там вы получите всё, о чём попросили”. Их постигли унижение и бедность. Они навлекли на себя гнев Аллаха…»[104], они захотели заменить лучшее тем, что хуже, и поэтому Аллах разгневался на них и лишил их Своей Милости.

Не дай нам Аллах оказаться неблагодарными Аллаху. Шейха ибн База спросили: «Почему некоторые тъуллябуль-’ильм оставляют поиск религиозного знания, по какой причине?». Он сказал: «Либо они были неблагодарны Аллаху за эту милость, которую Он им оказал. Либо они не просили Аллаха укрепить их на этом пути, защитить их от желаний души, противоречащим Шариату и от наущений сатаны».

Дальше говорит автор про достоинство этой вещи: «Украситься этим качеством — значит избавиться от глупых и никчёмных надежд и деяний; оно избавит тебя, вырвав с корнём от дерева униженности, презренности, заискивания и угодливости». Это всё плоды устремлённости. Если у тебя будет высокая устремлённость к довольству Аллаха, получению и распространению знания, то это избавит тебя:

1-е: от глупых надежд;

2-е: от никчёмных деяний, поступков;

3-е: от униженности, презренности, вырвет с корнем из тебя это (заискивание, угодливость).

«Великое рвение и устремлённость — означает крепость духа и стойкость сердца; с этим качеством ты будешь человеком, которого не пугают те или иные ситуации, позиции и взгляды кого-либо. Кто же лишен этого великого качества (рвения и устремлённости), тот труслив и малодушен, и уста его закрыты из-за неспособности произнести слово», — великие слова. Если у тебя есть кибаруль-химма, то оно отдаляет тебя от этих вещей.

Во-первых, пустые, никчёмные надежды и деяния становятся от тебя далекими. Во-вторых, это качество вырывает из тебя дерево презренности, униженности, если есть в тебе какая-то угодливость, заискивание. Тем самым ты не оставляешь истину ради того, чтобы понравиться людям, потому что у тебя высокое стремление. У тебя только одна цель — это довольство Аллаха.

Если у тебя высокие устремления, — это укрепит твой дух, сделает его сильным. Тебя перестанет пугать мнение осуждающих, препятствующих в твоих достижениях. Если человек теряет высокую устремлённость, он начинает бояться каждого звука, колебаться из-за любого потрясения, боится возразить, не может отстаивать истину. Посмотрите на шейха аль-Альбани, на шейха ‘Усаймина, на шейха ибн База, какими они были борцами за истину. По причине наличия у них высокого устремления к довольству Аллаха!

Что значит никчёмные надежды? Это когда человек питает какие-то надежды, но не стремится их достигать. Верующий человек — благоразумный, его не отвлекают какие-то бесплодные надежды и мечты, если у него есть благая цель, он в первую очередь уповает на Всевышнего Аллаха, затем устремляется к ней со всем рвением, старается достичь её и ждёт плодов своих стараний от Аллаха, он не живёт пустыми мечтами, бесплодными надеждами, в отличии от многих.

А у человека, у которого нет высокого устремления, — его постоянно отвлекают пустые заботы, и он говорит: «Да, надо будет почитать, надо будет выучить. Повторю как-нибудь. Эту неделю отдохну, надо запастись новыми силами, потом я это сделаю» или приступает к делу, затем говорит: «сейчас, я только 10–15 минут посмотрю этот ролик или почитаю эти новости», а потом у него и вовсе не получается, так и будет отвлекаться на всё подряд. И таким образом человек барахтается среди пустых надежд и мечтаний. Так проходят годы, десятилетия, а он всё в таком же положении. В 17 лет, он говорил: «К 20 годам выучу Коран наизусть», и при этом он ничего не делал, тешил себя бесплодными надеждами. Исполнилось 20 лет, всё ещё не начал, к 25 — тоже ничего. Уже ему за 40, а человек так и не закончил джуз «‘Амма», и это реальные случаи из жизни. Такого человека отвлекают всякие глупые, никчёмные мечтания и надежды, которые он не стремится осуществлять, только тешит себя пустыми обещаниями.

Или бывает, человек открывает книгу, чтобы изучить какой-то вопрос (как часто бывает), начинает листать её и вдруг увидел что-то другое интересное, и переключает своё внимание, забывая зачем он открывал эту книгу. Или открыл содержание, потому что ему нужно найти какой-то вопрос, но тут увидел что-то другое интересное и переключает своё внимание, такой человек, который всё время живёт пустыми надеждами, бесплодными мечтаниями, он всегда на всё отвлекается, в результате не получает пользы ни от чего, всё время прыгая от одного вопроса к другому, от одного недоконченного дела к другому, от одной начатой книги к другой, и так, пока не соберёт свою волю в кулак и не обратится за помощью к Аллаху, Великому Создателю и Покровителю верующих, не поставит себе цель, например, начать изучение Корана или изучение арабского языка или какое-либо другое благое великое дело, которое приведёт его к довольству Аллаха, приведёт его к усовершенствованию своих нравственных качеств, вопреки всем наущениям и страстям, не устремится к этой великой цели, отталкивая от себя все препятствия, которые будут чинить ему шайтан и его собственная душа. А пустые надежды приведут к неудаче. Поэтому будь сильным, имей высокое стремление, чтобы ничто не колебало тебя и не отвращало от твоей цели.

Пример этому хадис, где пророк ﷺ говорит: «Стремись к тому, что тебе полезно, проси помощи у Аллаха, и не ослабевай…»[105]. А практический пример пророка ﷺ — хадис, который мы часто приводим. Передают со слов Махмуда ибн ар-Раби‘ аль-Ансари (да будет доволен им Аллах), что (в своё время) сподвижник Посланника Аллаха ﷺ и участник битвы при Бадре из числа ансаров по имени ‘Итбан ибн Малик явился к Посланнику Аллаха ﷺ и сказал: «О Посланник Аллаха, зрение моё ослабло, а я провожу намазы со своими людьми, и поэтому во время дождя, когда вади, отделяющее меня от них, наполняется водой, я уже не могу приходить в их мечеть и проводить с ними намаз. О Посланник Аллаха, я хотел бы, чтобы ты пришёл ко мне домой и помолился там, а потом я устроил бы там место для своих намазов». Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Я сделаю это, если будет угодно Аллаху!» ‘Итбан сказал: «И на следующее утро, когда взошло солнце, посланник Аллаха пришёл ко мне вместе с Абу Бакром и попросил разрешения войти, и я пригласил его в дом. Войдя, он не стал садиться, а (сразу) спросил: “Где именно мне помолиться?”» ‘Итбан сказал: «И я показал ему одно место в своём доме, после чего Посланник Аллаха встал (там) и произнёc слова “Аллах велик”, a мы встали (за ним) и выстроились в ряд. И он совершил намаз в два ракаата, завершив её словами таслима»[106]. Придя, он ﷺ не стал садиться и отвлекаться, а встал и совершил намаз, то, ради чего он пришёл. И когда он выполнил действие, которое поставил себе целью, тогда сел с людьми и начал общаться, и принимать пищу.

И как в этом примере, тъалибуль-’ильм, а также обычный мусульманин, поставив себе какую-либо цель, должен иметь высокую устремлённость выполнить эту задачу, не отвлекаясь ни на что, не живя пустыми надеждами.

Говорит дальше автор: «Но не ошибись, перепутав высокую устремлённость с высокомерием, потому что между ними такая же разница, как между небом, обладателем возвращения, и землёй, обладательницей разрыва. Высокая устремлённость — украшение наследников пророков, а высокомерие — недуг несчастных тиранов».

Не перепутай кибаруль-химма и высокомерие. Высокая устремлённость — это когда у тебя сильное стремление достичь поставленной цели, а высокомерие — это кичливость перед людьми, ставить себя выше людей, не принимать истину. «И между ними разница как расстояние между небом, обладателем возврата», — один из тафсиров (толкование) этого, — это облака, поднимающиеся к небу, когда вода возвращается на небо. «И землёй, обладательницей разрыва», — когда выпадает дождь, земля раскалывается и растения вырастают, прорывая почву. И между этими двумя качествами такая же разница.

Кибаруль-химма (высокая устремлённость) — это качество наследников пророков. Кто такие наследники пророков? Аль-’уляма — обладатели знания о религии Аллаха. Высокая устремлённость — это качество аль-‘уляма. А аль-кибр (высокомерие) никак не может быть качеством ‘уляма. Учёный не может быть учёным, если у него есть такое качество, как высокомерие. Это болезнь другой категории людей, это болезнь высокомерных, несчастных, тиранов.

Обрати внимание на постановления (хукмы) Исламского Шариата, они побуждают человека к кибаруль-химма, то есть к высокой устремлённости в знании (‘ильме) и в деяниях. Например, Шариат побуждает тебя к праведным деяниям. Абу Хурайра передаёт, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Поистине, Аллах сказал: Самым любимым для Меня из всего, что делает раб Мой в стремлении приблизиться ко Мне, является то, что Я вменил ему в обязанность. И раб Мой будет искать приближения ко Мне посредством дополнительного поклонения (навафиль), пока Я не полюблю его. Когда же Я полюблю его, то стану его слухом, посредством которого он будет слушать, и его зрением, посредством которого он будет видеть, и его рукой, которой он будет брать, и его ногой, с помощью которой он будет ходить. И если он попросит Меня о чём-то, то Я дарую ему это, и, если он станет искать у Меня защиты, Я непременно защищу его. И ни в чём из совершаемого Мною Я не проявляю колебание больше, чем в извлечении души из тела Моего верующего раба, который не желает умирать и которому Я не желаю причинять страдания, [но смерть для него неизбежна]”»[107]. Здесь побуждение к ’улюль-химма, к кибаруль-химма, не ограничиваться только обязательными видами поклонения (фардами), а стремиться выполнять также и дополнительные виды поклонения (науафиль), особенно это касается тъуллябуль-’ильм.

Тъалибуль-’ильм не позволительно оставлять Сунны, дополнительные намазы, которые совершаются перед намазами и после намазов (рауатиб), если только не крайний случай (уважительная причина); также не позволительно оставлять совершение намаза в джама‘ате в мечети, если у него есть возможность совершать намаз в мечети; или также не следует тъалибуль‑’ильм не совершать витр намаз, хотя бы минимальное количество в три или пять ракаатов и т. д.

Поэтому, как приходит в хадисе, в котором есть побуждение от Всевышнего Господа: «Самым любимым для Меня из всего, что делает раб Мой в стремлении приблизиться ко Мне, является то, что Я вменил ему в обязанность. И раб Мой будет искать приближения ко Мне посредством дополнительного поклонения (навафиль), пока Я не полюблю его». Это указывает нам на ’улюль-химма или кибаруль-химма. Это, что касается деяний.

Что касается побуждения к знанию, то это слова Аллаха: «И говори: «О, Господь мой, увеличь моё знание»[108], это обращение Аллаха к Своему посланнику ﷺ. И сказано, что существует две вещи, которыми не может насытиться человек: имущество и знание. Когда человек не насыщается имуществом — это порицаемо, но, когда человек не насыщается знанием о религии Аллаха — это похвально.

Итак, кибаруль-химма — вещь похвальная, когда человек бережёт своё время. Он знает цену своему времени. Не тратит своё время без пользы, не отвлекается на то, что отвлекает его. Но не проявляй высокомерие под предлогом, что у тебя высокое стремление. Потому что, возможно к тебе будут приходить люди, у которых будут вопросы или какие-то нужды, или просто захотят поговорить с тобой. Например, придёт какой-то человек, который станет тебя отвлекать, в то время, когда у тебя нет времени, ты занят, тебе надо учить, и вот тут ты должен знать, как поступить мудро в этой ситуации, не проявляя высокомерия красиво выйти из этой ситуации, вежливо объясняя, так, чтобы не затронуть чувства человека.

Высокомерный человек относится к людям свысока, как говорит шейх ибн аль-’Усаймин: «Смотрит на людей так, как будто это лягушки (жабы)», всё время видишь, как он кривит свою щёку и отворачивается от людей. Это не имеет ничего общего с высокой устремлённостью.

Дальше говорит автор: «О, искатель знания! Начерти для себя дорогу (план) высокой устремлённости, и не сворачивай с неё! Шариат указал на неё в тех вопросах фикъха, с которыми тебе приходится сталкиваться на протяжении жизни, чтобы ты был всегда начеку и был готов приобрести её», то есть высокую устремлённость. Даже в вопросах фикъха, связанных с тахарой (ритуальное омовение мусульманина) или чем-то ещё, Шариат приучает тебя к тому, чтобы ты имел высокую устремлённость.

Далее говорит он: «Среди этих вопросов фикъха — дозволенность тайаммума для взрослого и дееспособного человека (мукъалляф), когда у него нет воды и снятие с него обязанности принимать в качестве подарка деньги на покупку воды для омовения. Потому что это сделает его обязанным тому человеку, что окажет влияние на его устремлённость. И по принципу этого вопроса можешь судить и о других вопросах. А Аллаху все ведомо лучше!».

Посмотри на этот вопрос. Если у совершеннолетнего мусульманина (мукъалляфа) (обязанного выполнять шариатские предписания) нет воды, то ему дозволено совершать тайаммум (очищение песком). Аллах говорит: «Если вы не нашли воду, то найдите чистую землю и оботрите ею ваши лица и руки [совершите таяммум[109].

Предположим, что с тобой вместе другой человек. Воды у вас нет и найти её вы не можете, но воду можно приобрести за деньги и у того человека есть деньги. И вот он говорит тебе: «Возьми деньги, купи себе воду и соверши омовение». Обязан ли ты принять этот подарок в данном случае, чтобы купить себе воду? ‘Уляма/факъихи говорят: «Нет». В таком случае ты не обязан принимать эти деньги и тебе дозволено сделать таяммум. Потому что у дающего превосходство над берущим, и ты становишься обязанным тому, кто тебе дал, а это вредит высокой устремлённости (‘улюль-химма). Это для нас с вами (тъуллябуль-’ильм) предостережение, чтобы мы из-за чьих-то подачек не лишились своёго намерения и ни в коем случае не оказались обязанными кому‑либо по причине их подачек и не лишились сильной устремлённости к довольству Аллаха.

Потому что, когда тъалибуль-’ильм начинает ходить и брать там-тут, просить людей, они начинают давать ему. А дающая рука всегда выше берущей. Это начинает вредить ‘улюль-химма человека. Говорит пророк ﷺ: «Рука дающего лучше руки берущего…»[110]. Автор привёл это здесь, чтобы указать на то, что вредит высокому устремлению требующего знание. Тъалибуль-’ильм не должен засматриваться на то, что есть у людей. Потому что, если он будет засматриваться на блага людей, ожидать от них, что они помогут как‑то, дадут что-то, тогда люди начнут владеть им. Он станет чем-то вроде их раба, раба той услуги, которую они ему оказали.

И это вдействительности так, как говорят ‘уляма: «Они начинают владеть тобой и твоей шеей». Если человек даёт даже один грош, то начинает чувствовать, что его рука выше той руки, которой дал. Поэтому не надо протягивать свои руки к людям, не надо ждать от них, не надо засматриваться на их блага, на их имущество, как в этом примере с человеком, у которого нет воды: даже если он тебе дарит деньги и говорит: «Пойди и купи себе воду…», ты можешь этого не делать, тебе в этом случае разрешается ограничиться тайаммумом, — так говорят учёные. Но если у тебя самого есть деньги, чтобы купить воду, тогда ты обязан купить воду и совершить омовение водой. Ты не имеешь право ограничиться тайаммумом.

Конечно же есть некоторые исключения, когда, например, ты знаешь, что тот человек, который предложил тебе деньги не из тех, которые думают при этом, что он оказал тебе какую-то услугу или, который может тебя упрекнуть в будущем, или будет считать тебя обязанным ему, например, если это твой отец, или сын дяди, или твой брат, или какой-то очень хороший твой товарищ, с которым у тебя хорошие отношения. Если ты знаешь, что человек не такой, тогда ты можешь взять его деньги, которые он предлагает и купить воду, чтобы совершить омовение. Или же, если ты знаешь, что, взяв у него деньги, приняв его подарок ты окажешь ему честь, сделаешь ему приятно. В таком случае ты также можешь взять у него деньги и купить себе воду.

Это предостережние для тъуллябуль-’ильм от того, чтобы просить людей, избегать этого насколько возможно. Некоторые люди привыкают к этому и постоянно ожидают от людей подачек, и живут на эти подачки, а пророк ﷺ сказал своим сподвижникам: «Кто гарантирует мне, что не будет ни о чём просить людей, взамен я гарантирую ему Рай»[111], или как сказано в другом хадисе: «Человек будет обращаться с просьбами к людям до тех пор, пока не явится он в День воскресения без единого кусочка плоти на своём лице»[112], и есть много других хадисов о плохом положении тех, кто просит у людей. Потому что каждый раз, когда человек просит у кого-то, заискивает, он теряет своё моральное лицо. И поэтому в Судный день, когда всё, что в этом мире несёт нематериальный характер, там станет материальным и это отразится на его лице. Если в этом мире попрошайка терял своё моральное лицо, то в Судный день он потеряет своё физическое лицо и это обернётся для него несчастьем.

Некоторые люди так привыкают просить, что, если ему понравилась какая-то вещь он прямо говорит: «За сколько ты купил? А где ты купил? Мне так нравится и. т. д.», намекая, чтобы человек отдал ему эту вещь, и тот человек, у которого он это спрашивает понимает, что тот хочет, и из-за своего стеснения вынужден бывает отдать ему. Эта такая косвенная просьба, которая также порицается. И в заключение напомним ещё об одном хадисе, который передаётся со слов Абу Са’ида аль-Худри (да будет доволен им Аллах), что посланник Аллаха ﷺ сказал: «Того, кто станет стремиться к воздержанности, Аллах приведёт к воздержанности, того, кто станет пытаться обходиться своими силами, Аллах избавит (от необходимости обращаться к другим), а тому, кто станет проявлять терпение, Аллах внушит терпение, и никто ещё не получал лучшего и более щедрого дара, чем терпение»[113].

Глава 25
Жажда получения знания

Мы продолжаем изучение замечательной книги «хильяту тъалибиль‑’ильм» — украшения искателя знания, и в этом 5-ом разделе книги мы с вами изучим нормы, касающиеся его жизни на поприще получения знания.

«Жажда получения знания», — говорит автор (да помилует его Аллах), — это следующее качество, которым должен украситься тъалибуль-’ильм.

И говорит он: «Если ты знаешь слова, относимые к праведному халифу ‘Али ибн Абу Тъалибу (да будет доволен им Аллах): Цена каждого человека определяется тем, что он хорошо умеет. Говорят, Нет слов, которые были бы способны также побудить к получению знания. Так остерегайся ошибки, допускаемой теми, кто говорит: Что оставил первый для второго?. Правильно говорить: Сколь много оставил первый для второго!».

Жажда получения религиозного знания, — это горячее желание постичь знание, впитать его, раствориться в нём, занять всё своё время познанием религии Аллаха. Жажда к знанию тъалибуль-’ильм не должна угасать ни в коем случае. Всё время должно быть стремление к изучению шариатских наук. Не следует удовлетворяться малым, говорить: «Ну, всё, хватит, я уже всё знаю и мне достаточно…». Эта жажда, это стремление, это желание должны сохраняться у него до конца, как сказал имам Ахмад, когда ему сказали: «Ты уже такой старый и ты ходишь до сих пор с бумагами, с чернильницей», он сказал: «С чернильницей до могилы».

И, как мы ранее приводили хадис пророка ﷺ, где сказано, что есть две вещи, которыми не может насытиться человек: деньги (имущество) и знания. И это второе (знание), чем не может насытиться тъалибуль-’ильм и сказать: «Всё, мне уже больше не нужно», — это похвальное ненасыщение. Какого бы уровня знания он не достиг, нельзя останавливаться у какой-то определённой черты, потому что ‘ильм — это безбрежный океан. Некоторые говорят: «Ну, вы же ничего не привнесёте нового, зачем мучиться, если уже всё изучено, всё написано, всё рассказано и объяснено. Зачем поиск знания, зачем себя загружать?»

Мы ответим на этот вопрос: «Во-первых, мы получаем религиозное знание ради довольства Аллаха, потому что это один из лучших видов поклонения Всевышнему. Наша цель — это довольство Создателя, Райские сады наслаждения и многочисленные прекрасные вознаграждения, обещанные нам нашим Господом.

Во-вторых, одно из бесконечных проявлений милости Аллаха — это то, что Аллах сделал так, что в каждую эпоху учёные узнают, открывают что-то, чего не было до этого у предшественников. Это не значит, что они вносят новшества в религию, нет, речь не об этом, а о том, что возникают какие-то вопросы, которые не возникали во времена праведных предшественников и учёные составляют труды для решения их. Например, книги Сунан Абу Дауд и ат-Тирмизи и др. шейх аль-Альбани разделил их на два сборника: Съахих Абу Дауд, Да’иф Абу Дауд или Съахих ат-Тирмизи и Да’иф ат‑Тирмизи, то есть последующим поколениям всегда что-то остаётся.

В-третьих, время от времени люди проходят такой период, когда забывается знание в том или ином месте, в какую-то эпоху невежество получает распространение. И тъуллябуль-’ильм (искатели знания, ‘уляма) помогают людям решать те или иные вопросы, используя новые полученные знания, указывающие на путь пророка ﷺ и его сподвижников — предшественников этой уммы.

В-четвёртых, в каждой эпохе есть люди, которые сеют какие-то заблуждения, сомнения (шубухат), и обязанность обладателей знания — развеивать эти сомнения, заблуждения, указывать людям на них, и призывать к истине, призывать к изучению религии Аллаха, законоположений Его религии, чтобы в первую очередь должным образом, на основе истинных знаний выполнять акты поклонения Ему, а во-вторых, чтобы различать между истиной и заблуждением. Различать между приказами, повелениями и предостережениями Аллаха, и между выдумками каких-то народов и отдельных людей».

Автор затем говорит: «Если ты знаешь слова, относимые к праведному халифу ‘Али ибн Абу Тъалибу: Цена каждого человека — это то, что он делает хорошо». Эти слова очень верные, например, какой-то человек хорошо знает науки Исламского Шариата (‘акъиду, фикъх и др.), а другой человек хорошо владеет каким-то ремеслом, например, плотник. Будет ли у них одинаковая ценность? Конечно же нет! Безусловно, цена человека определяется тем, что он хорошо умеет, и мы привели в пример двоих, каждый из которых знает своё дело хорошо, но какая огромная разница между этими двумя.

Затем он говорит: «Говорят, что нет слов, которые были бы способны так же побудить к получению знания». Слова действительно побуждают к получению знания, если ты знаешь, что цена человека определяется тем, что он хорошо умеет, а самая высокая ценность человека перед Аллахом, — это владение им Исламским религиозным знанием, соответственно, если человек обладатель этого знания, то и цена его будет наивысшей. И, конечно, это заставляет человека быть искателем знания, чтобы занять эту высокую степень.

Несомненно, слова Аллаха в священном Коране: «Скажи: “Разве могут сравниться те, которые знают и те, которые не знают»[114], или слова Аллаха: «Возвышает Аллах тех из вас, которые уверовали и тех, кому дано знание на степени»[115], или слова пророка ﷺ: «Кому Аллах желает добра, тому Он даёт понимание религии»[116], или «Поистине, учёные — наследники пророков»[117], и подобные тексты в Коране и Сунне, которые побуждают к поиску знания, являются куда более лучшим побуждением к поиску и требованию религиозного знания, нежели слова ‘Али ибн Абу Тъалиба, о которых автор сказал: «Нет слов, которые были бы способны также побудить к получению знания». Безусловно, это хорошие слова, ёмкие, но они не могут быть самыми лучшими словами, побуждающими к поиску и требованию религиозного знания.

Далее говорит: «Остерегайся ошибки, допускаемой теми, кто говорит: Что оставил первый для второго?. Правильно говорить: Сколь много оставил первый для второго!». Эти слова «Что оставил первый для второго?» можно понять следующим образом. Частица «ма» — отрицающая частица, то есть «Ничего не оставил первый для второго».

А также частицу «ма» можно понять, как вопросительную частицу: «Что оставил первый для второго?», эти слова люди говорят в том смысле, что до тебя всё уже разъяснено, написано, изучено и для тебя уже ничего не осталось. Первые ничего не оставили для последующих.

Так вот, остерегайся этих слов, потому что эти слова ошибочны, и наоборот, говори правильные слова: «Как много оставили первые для последних!», потому что эти слова заставят тебя, побудят искать истину, изучать религию Аллаха. И действительно много оставили первые поколения для последних, и для тъуллябуль-’ильм очень много работы.

Мы с вами обсудили почему нужно изучать религию Ислам. Существует много религиозных мнений, которые высказывали предшественники. И очень важно изучение их, сравнение (какое из них более достоверно, какое из них более прочное), составление книг. Мы привели в пример шейха аль-Альбани (да помилует его Аллах), какую огромную работу провёл он в эту эпоху, спустя столько столетий после смерти пророка ﷺ. Он взял «Сунан» — сборник по Сунне, и выделил достоверные хадисы в отдельный сборник и слабые хадисы в отдельный сборник, и тем самым оказал помощь умме мусульман, принёс пользу для Ислама. Или шейх ибн аль-’Усаймин (да помилует его Аллах), составленные им замечательные книги по ‘акъиде, например, «’Акъида ахлю с-Сунна ва ль джама’а», которую мы проходили ранее. Очень ёмкая книга — одна из наилучших кратких книг, в добавок он сделал к ней своё разъяснение, а также шейх ибн Баз и др. Поэтому правильно говорить не «что оставили первые для последних?», а «как много оставили первые для последних!».

Дальше говорит автор: «Поэтому ты обязан стараться получить как можно больше из наследия Пророка ﷺ, приложить все усилия для поиска, приобретения и исследования. И какого бы уровня знания ты ни достиг, помни: «Как много оставил первый для второго!».

Автор далее говорит, что ты обязан стремиться получить как можно больше из наследия пророка ﷺ. Это побуждение к изучению нами наследия пророка ﷺ, который не оставил имущества после себя, а оставил нам ‘ильм (знание), потому что, как приходит в хадисе: «Пророки (аль-анбия) (мир им) не оставляют в наследство ни динаров, ни дирхамов, но оставляют в наследство одно только знание, а тому, кто приобрёл его, достался великий удел»[118].

Но мы должны знать, что из наследия пророка ﷺ это — шариатское знание, которое состоит из Корана и Сунны. Что касается Корана, то в отношении него вопрос с достоверностью отпадает с самого начала, то есть на нас нет никакой задачи рассматривать достоверен Коран или нет, какой иснад у аятов Корана, потому что Коран не нуждается в том, чтобы рассматривать иснад, то есть цепочку его передачи. Потому что он передан не просто путём «мутаватир» — когда огромное количество передатчиков передаёт следующему огромному количеству передатчиков следующего поколения, и так на всём протяжении. Коран — «мутаватир» в самой большой степени. Поэтому в отношении Корана исследовать цепочку передач не нужно, и даже в достоверности одной буквы из Корана не может быть никакого сомнения.

А в отношении Сунны мы должны смотреть на иснад (цепочка передатчиков). Прежде всего смотреть, а правильно ли относить то или иное сообщение к пророку ﷺ или нет, то есть достоверный этот хадис или нет. Если тъалибуль-’ильм сам может исследовать этот вопрос, то это прекрасно, значит он достиг такого уровня, что может уже работать над этим. Изучать иснад, разбирать достоверный хадис или нет. Конечно, это лучше, но если ещё не достиг такого уровня в обучении, тогда следует за ‘уляма, которые являются специалистами в этом вопросе.

Далее говорит автор: «Прилагай все усилия для изучения, для приобретения и для исследования». Тъалибуль-’ильм необходимо не только изучать, но и исследовать, учиться различать правильное мнение от неправильного, учиться узнавать то, что полезно. Потому что многие просто изучают какие-то мнения, не смотрят, какое мнение достоверно, какое более предпочтительное, какое весомое, какое нет. Тъалибуль-’ильм должен быть исследователем, умеющим различать.

Многие из тъуллябуль-’ильм ошибаются, говорят: «Да, мы стремимся к Сунне», берут просто поверхностный смысл хадиса, не изучив как правильно понимать этот хадис. Может быть, этот хадис имеет общий смысл, но у него есть «мухассъассъ» (то, что конкретизирует смысл этого хадиса) или может быть он имеет абсолютный смысл, но есть что-то, что является «такъйидом» (то есть ограничивает понимание этого хадиса) и т. д.

Мы видим, что появляются некоторые, которые не исследуют хадисы, не занимаются изучением, пониманием этого хадиса. И это приводит к тому, что потом они начинают сталкивать один хадис с другим, затем спешат с какими-то выводами и постановлениями, сами на своё усмотрение делают выводы из какого-то хадиса, не исследовав мнения учёных и понимание праведных предшественников по поводу того или иного хадиса. Это большая опасность.

Говорит автор: «Какого бы уровня знания ты не достиг помни, сколь много оставили первые для последних», эти слова указывают: во-первых, на то, что для каждого поколения учёных, для каждого поколения тъуллябуль-’ильм есть очень много работы для укрепления этой религии, по оказанию помощи ей, по развитию знания. Во-вторых, какого бы уровня знания не достиг учащийся, всё равно есть степени выше и останавливаться на этом нельзя.

Шейх ибн аль-’Усаймин говорит: «Да, это прекрасно, помнить эти слова, но ещё лучше помнить слова Аллаха, который сказал: «Мы возвышаем степени того, кого пожелаем: и ведь выше каждого обладателя знания есть знающий»[119], или следующие слова Всевышнего: «И дано вам (о, люди) из знаний лишь немного»[120]. Слова Аллаха более ясно указывают на этот смысл».

Дальше автор (да помилует его Аллах) говорит: «В книге Тарих Багдад аль-Хатъиб, описывая биографию Ахмада ибн ‘Абдуль-Джалиля, приводит такие слова из его къасъиды:

Кто имеет возвышенное устремление, тот не подобен человеку с презренной целью;

И обладатель ума не подобен глупцу;

Цена человека определяется тем, что он хорошо умеет,

Таково суждение имама ‘Али»,

то есть повелителя правоверных ‘Али ибн Абу Тъалиба (да будет доволен им Аллах).

Итак, последнее, что говорит автор в этой главе: «Цена человека определяется тем, что он хорошо умеет». Если требующий знание, обучающийся мусульманин будет хорошо владеть знанием, а выше шариатского знания нет ничего другого, соответственно ценность его будет определяться этим, и чем выше будет его знание, тем выше будет его ценность. Поэтому не меняйте лучшее на то, что хуже, на то, что ниже. Аллах дал вам самое высокое. Выше этого нет ничего, поэтому цените милость Аллаха и благодарите Его.

Глава 26
Путешествие ради обретения знания

Следующее качество тъалибуль-’ильм — это стремление к поиску знания, отправляясь в путешествие ради обретения знания на пути Аллаха.

Говорит автор (да помилует его Аллах): «Кто не отправляется в путь, к тому не отправляются в путь», то есть тот, кто не выезжает в поисках знания, чтобы найти учителей и обучаться у них, тот вряд ли станет достойным того, чтобы ехали к нему, «потому что эти учёные, проведшие много времени в изучении, обучении и передаче знания, так тщательно изучили вопросы, так точно поняли их, постигли такие научные тонкости и приобрели такой опыт, что найти всё это в толще книг весьма сложно».

«Путешествие для получения знания», — это когда человек отправляется в путь для того, чтобы встретиться со знающими людьми, получить у них знание. Аллах рассказывает нам в Коране историю Мусы (мир ему), когда Муса отправился к Хъидъру (мир им) для того, чтобы учиться у него, чтобы получить от него пользу.

Посмотрите также на сообщения от сподвижников (да будет доволен ими Аллах). Они отправлялись для получения знания, оставляя всё. Малик ибн Хувайрис приехал к пророку ﷺ чтобы получать знания, Абу Хурайра, Абу Зарр (да будет доволен ими Аллах) также были из тех, которые приехали к пророку ﷺ и всё время находились возле него. Ценой того, чтобы всё время находиться возле пророка ﷺ, чтобы получить от него как можно больше знаний было то, что им приходилось переносить голод и тяготы.

И испокон веков и поныне учёные Ислама (‘уляма) отправляются в путь для получения шариатского знания. И это путешествие для получения знания несёт в себе много пользы:

  1. Он имеет возможность встретиться с разными учёными, получить знание от разных учёных, соответственно, он может познакомиться с разными методологиями (манхадж), программами, способами обучения; сможет получить разные науки от разных учёных, потому что тот или иной учёный может являться хорошим специалистом в той или иной сфере и превосходить других в ней.
  2. Он приучает себя, и это вырабатывает в нём желание получать знания, стремление, желание знакомиться с людьми знания, общаться с ними, желание стать специалистом в разных областях, в разных отраслях шариатского знания.
  3. У него появляется время, достаточное для того, чтобы изучать шариатское знание. И это одна из причин, усиления желания к знаниям. То есть, если человек занимается этим, если Аллах даёт ему много времени, то путешествие становится стимулом для получения и сохранения знания, в отличии от человека, который находится у себя дома, которого отвлекают разные мирские дела, какая-то занятость, и у него остаётся мало времени для изучения.
  4. Он встречает тех людей, которые являются равными ему по знанию, людей, которые имеют такую же цель, как и он, такие же искатели знания. Его общение с такими людьми, имеющими такую же цель — будет влиять на его устремление, на его настроение, на его дух, побуждая его к активности, стимулируя его в получении и обучении шариатскому знанию.
  5. Это поможет ему оценить самого себя, понять какова цена ему самому. Потому что человек, находящийся дома, в своём обществе, порой обманывается, самообольщается, думая, что у него всё в порядке, что он в очень хорошем состоянии, в плане знания и в плане деяний. Но когда он отправляется в путешествие и видит ищущих знание о религии Аллаха, видит призывающих, видит ‘уляма, видит их уровень, видит их стремление — это помогает ему оценить самого себя, избавиться от самообольщения и устремиться к повышению своего уровня.

Автор разъясняет в этой главе, почему нужно отправляется к ‘уляма и учиться у людей знания. Он говорит: «Потому что эти учёные провели много времени в изучении, обучении и передаче знания, и поэтому у них есть тахриратзнают тонкости религиозных вопросов, у них есть дъабтони хорошо понимают слова и их смыслы. Ты узнаешь от них это». У них есть такая вещь, как знание нюансов, тонкостей, связанных со знанием. Человек не получит эти знания (тонкости и нюансы) в книгах. Их можно получить только от людей знания, шейхов, ‘уляма, у которых есть опыт. Они столько лет провели в изучении религии, в передаче религиозного знания. Они знакомы с большим количеством других учёных. Они знают разные методы, пути получения и передачи знания. У них есть большой опыт в отношении людей. Они знают людей и знают положение, и состояние их. Они знают саму суть многих вопросов, так как им приходилось наблюдать и у них есть опыт.

Например, человек может читать какую-то книгу, но не иметь опыта и поэтому это будет мешать ему овладеть правильным знанием. Например, вопрос судопроизводства (аль-къада). Человек не может изучать судопроизводство просто из книг. Конечно, он может действительно выучить всё, но он упустит многое и не получит тех знаний, которые получил тот, кто практиковал, знакомился с опытом учителей в вопросе судопроизводства, потому что учитель обращает внимание на такие вещи, которых нет в книгах, и это в любой отрасли. Особенно важно в вопросах знания о религии Всевышнего Создателя, от которой зависит твоё благополучное проживание в этом мире и после смерти.

Более того, в книге может много раз использоваться какое-то слово, несущее некий смысл, который может разъяснить только обладатель знания, учитель, имеющий опыт и разбирающийся в тонкостях той или иной науки. Тот, кто читает и изучает книги сам, не отправляясь к людям знания, может понять эти слова неправильно, соответственно получив неправильное знание.

Например, в книгах по фикъху. В разделе, который посвящён хаджу, в фатвах в том числе, очень часто упоминается такая вещь, как «‘аляйхидам» («жертвоприношение»), то есть искупление за грех, за нарушение в виде жертвоприношения. Он должен пролить кровь животного «‘аляйхидам». Те, которые сами читают эти книги, сами изучают, не обращаясь за толкованием, за разъяснением к учёным, думают, что это обязательное искупление, что нужно обязательно зарезать животное, принести искупление «‘аляйхидам». А на самом деле знатоки исламкого права (фукъаха) имеют в виду под этим другое — искупление (фидья), «фидьятуль-аза», а это означает необязательное жертвоприношение, имеется выбор, как сказано в Коране: «Выбор между кормлением или постом, или резанием животного»[121].

Дальше говорит автор: «Остерегайся отказа от этого и не следуй путём праздных последователей съуфизма, которые знанию на бумаге (‘ильмуль-уаракъ) предпочитают знание рубищ и лохмотьев (‘ильмуль-хъиракъ)». Остерегайся уподобления последователям съуфизма, которые отказались от путешествия к учёным, от нахождения возле них, от получения знания от обладателей знания, потому что они говорят: «Есть два знания: ‘ильмуль‑уаракъ и ‘ильмуль-хъиракъ». ‘Ильмуль-уаракъ (знание на бумаге) — это то, что изучает тъуллябуль-’ильм, а есть ещё особое, потайное знание — ‘ильмуль-хъиракъ (знание рубищ и лохмотьев). У последователей съуфизма есть такая вещь, как «хъирка» — одеяние, накидка, рубище, лохмотья. Учитель (шейх) передаёт свою одежду, своё одеяние ученику (мюриду), и тем самым он как бы передаёт ему это потайное знание. Они (последователи съуфизма) говорят, что лучше ‘ильмуль-хъиракъ, чем ‘ильмуль-уаракъ.

Когда одному из таких сказали: «Почему ты не едешь к ‘абду р‑Раззаку (один из выдающихся имамов Йемена, передающих хадисы), чтобы послушать от него хадисы?». Он ответил: «Зачем слышать от ‘абду р-Раззака тому, кто слышит от Самого Создателя». Или в другой версии: «Зачем слушать от ‘абду р-Раззака тому, кто может слушать от Самого Ар-Раззака (имя Аллаха Наделяющий)», ‘абду р-Раззак, в переводе (раб Наделяющего). Последователи съуфизма утверждают, что Аллах обращается к ним напрямую, якобы они имеют общение с Аллахом. Некоторые из них даже говорят, что Аллах посещает их, или что они посещают Аллаха. Да упасёт Аллах от такого заблуждения. Конечно, это всё суеверия и небылицы.

Последователи съуфизма считают, что источником знания является внушения в сердце от Аллаха, озарения (ильхам, кашф). Строят постановления в религии на каких-то ощущениях в сердце. Откуда им знать от кого эти внушения у них, от Аллаха или это наущения шайтана, что больше вероятно и зачастую так и происходит. Ахлю с-Сунна ва ль-джама’а говорят, что источником знания является Коран и Сунна в понимании сподвижников. Религия Аллаха не строится на подозрениях, предположениях, ощущениях, на снах, на видениях и тому подобном. Религия Аллаха строится на словах Аллаха (Коран) и откровениям и передачам от Аллаха Его посланнику Мухаммаду ﷺ в Сунне, которого наш Создатель и Покровитель отправил, чтобы он ﷺ обучил людей религии Ислам, религии Единобожия, разъяснил людям слова Аллаха (Коран) и призвал людей к обращению всех видов поклонения Единому Господу Аллаху (намаз, пост, мольба, жертвоприношение, упование и т. д.) и отречению от всяких ложных божеств.

И автор говорит: «Остерегайся этих людей, которые не принесли пользу Исламу и не сломили врагов, а, напротив, стали для Ислама бедствием и злом», — они и Исламу не принесли пользу и не нанесли вред врагу (неверующим), а напротив, принесли Исламу большую беду, стали для Ислама большим злом; и сами заблудились, и других ввели в заблуждение.

Автор взял эти слова из слов шейха аль-Ислама ибн Таймии (да помилует его Аллах), которые он сказал о последователях аль-каля́ма (мутакъаллимах). Он сказал: «Они ни Исламу не помогли, ни философов не смогли победить». Ахлюль-каля́м не принесли пользу Исламу, с которым пришёл пророк ﷺ, и они не смогли победить философов — взять над ними верх, когда эти философы стали выступать, восставать против Ислама. Напротив, они стали искажать тексты с именами и атрибутами Аллаха, то есть стали отводить эти тексты от очевидного смысла; стали делать то, что они называют «та-уиль» — трактовка, а на самом деле это искажение текстов.

Они стали делать эти трактовки на основании того, что они считали и называли разумом (‘акъль). Они хотели тем самым принести пользу Исламу, но не принесли и не сломали философов, а наоборот, усилили позицию философов, которые нападали на Ислам. Потому что это дало философам основание сказать: «Раз вы позволяете себе делать та-уиль имён Аллаха, аятов, рассказывающие об именах и атрибутах Аллаха, хадисов, рассказывающих об именах и атрибутах Аллаха, хотя эти аяты и хадисы явные, очевидные, то уж тогда позвольте нам трактовать аяты и хадисы, которые рассказывают о Судном дне и загробной жизни. Если вам можно трактовать это, то почему нам нельзя тракт